16 цитат из книги «Наталья Тимошенко, Лена Обухова. Мёртвым вход разрешен» — топ по популярности

16 цитат из книги «Наталья Тимошенко, Лена Обухова. Мёртвым вход разрешен» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Вы любите ее как мужчина любит женщину, а она вас – как сестра брата, как подруга друга. Как угодно, но не так, как вы ее. Но знаете, у такой любви тоже есть плюсы. Она безусловная. Сколько бы лет ни прошло, что бы между вами ни случилось, она всегда будет вас любить одинаково, эта любовь не пройдет и не уменьшится. А та, другая, требует вложений, нуждается в постоянной поддержке, ждет взаимности, доверия и компромиссов. И она заканчивается. А даже когда не заканчивается, может случиться что-то такое, из-за чего от нее будет проще отказаться.

   Вы любите ее как мужчина любит женщину, а она вас – как сестра брата, как подруга друга. Как угодно, но не так, как вы ее. Но знаете, у такой любви тоже есть плюсы. Она безусловная. Сколько бы лет ни прошло, что бы между вами ни случилось, она всегда будет вас любить одинаково, эта любовь не пройдет и не уменьшится. А та, другая, требует вложений, нуждается в постоянной поддержке, ждет взаимности, доверия и компромиссов. И она заканчивается. А даже когда не заканчивается, может случиться что-то такое, из-за чего от нее будет проще отказаться.

   — Айя · книга
2. «

   Признаться кому-то в том, во что еще недавно сама не верила, трудно, даже если этот кто-то утверждает, что видел многое. Никогда нельзя знать заранее, где именно заканчивается то самое многое.

   Признаться кому-то в том, во что еще недавно сама не верила, трудно, даже если этот кто-то утверждает, что видел многое. Никогда нельзя знать заранее, где именно заканчивается то самое многое.

   — Анжелика Соколова · книга
3. «

   Знаешь, как иногда бывает, ты вроде бы что-то собираешься сделать, потому что от тебя этого хотят, но не думаешь об этом, не представляешь все это.

   Знаешь, как иногда бывает, ты вроде бы что-то собираешься сделать, потому что от тебя этого хотят, но не думаешь об этом, не представляешь все это.

   — Александра Рейхерд · книга
4. «

   Наверное, в этом заключается прелесть детства: даже семилетние мальчишки, которые уже кое-что понимают, все равно еще не до конца способны оценить степень опасности, а потому не впадают в панику. Это не так уж хорошо, если задуматься, ведь они запросто могут недооценить опасность, когда сделать это стоило бы.

   Наверное, в этом заключается прелесть детства: даже семилетние мальчишки, которые уже кое-что понимают, все равно еще не до конца способны оценить степень опасности, а потому не впадают в панику. Это не так уж хорошо, если задуматься, ведь они запросто могут недооценить опасность, когда сделать это стоило бы.

   — Войтех Дворжак · книга
5. «

   Именно обида толкает человека на те поступки, которые ему самому и не нравятся. Обида – она другая. Она заставляет поступаться своими принципами, делать то, что не приносит облегчения. Обидеть в ответ не значит перестать обижаться самому.

   Именно обида толкает человека на те поступки, которые ему самому и не нравятся. Обида – она другая. Она заставляет поступаться своими принципами, делать то, что не приносит облегчения. Обидеть в ответ не значит перестать обижаться самому.

   — Айя · книга
6. «

   В экстренных ситуациях проще довериться лестнице, чем ждать лифт, а потом медленно и степенно подниматься на нем.

   В экстренных ситуациях проще довериться лестнице, чем ждать лифт, а потом медленно и степенно подниматься на нем.

   — Александра Рейхерд · книга
7. «

   Никто не может обидеть сильнее, чем человек, которого любишь.

   Никто не может обидеть сильнее, чем человек, которого любишь.

   — Айя · книга
8. «

   Любое наше действие, любой поступок и решение являются как бы точкой бифуркации, после которой миры расходятся и множатся.

   Любое наше действие, любой поступок и решение являются как бы точкой бифуркации, после которой миры расходятся и множатся.

   — Александра Рейхерд · книга
9. «

   Сам же он лучшим отдыхом считал лежак где-нибудь у моря, но ради этого ему было лень куда-то выбираться.

   Сам же он лучшим отдыхом считал лежак где-нибудь у моря, но ради этого ему было лень куда-то выбираться.

   — Максим Рейхерд · книга
10. «

    Те, кто говорят, что история не знает сослагательного наклонения, просто дураки, ничего не понимающие в устройстве Вселенной. История может пойти по разным дорогам, множа и формируя бесконечное количество миров.

    Те, кто говорят, что история не знает сослагательного наклонения, просто дураки, ничего не понимающие в устройстве Вселенной. История может пойти по разным дорогам, множа и формируя бесконечное количество миров.

    — Войтех Дворжак · книга
11. «

    Осенние ночи в Ленинградской области всегда были холодными. Горячий кофе прекрасно скрашивал вечер.

    Осенние ночи в Ленинградской области всегда были холодными. Горячий кофе прекрасно скрашивал вечер.
12. «

    Есть теория, что все миры, даже расходящиеся в какой-то точке, стремятся вернуться на одну линию.

    Есть теория, что все миры, даже расходящиеся в какой-то точке, стремятся вернуться на одну линию.

    — Нев · книга
13. «

    За рулем нужен холодный и ясный ум, а также быстрая скорость реакции.

    За рулем нужен холодный и ясный ум, а также быстрая скорость реакции.

    — Александра Рейхерд · книга
14. «

    Ему когда-то попадалась статья, в которой говорилось, что человеку для нормального состояния необходимо спать количество часов, кратное четырем: четыре, восемь, двенадцать.

    Ему когда-то попадалась статья, в которой говорилось, что человеку для нормального состояния необходимо спать количество часов, кратное четырем: четыре, восемь, двенадцать.

    — Войтех Дворжак · книга
15. «

    Она всегда была такой: бросалась на помощь даже тогда, когда знала, что это грозит ей неприятностями, и не понимала, как может быть по-другому.

    Она всегда была такой: бросалась на помощь даже тогда, когда знала, что это грозит ей неприятностями, и не понимала, как может быть по-другому.

    — Александра Рейхерд · книга
16. «

    Взрослые имеют одну удручающую черту: они в большинстве своем не верят в то, чего не видели.

    Взрослые имеют одну удручающую черту: они в большинстве своем не верят в то, чего не видели.

    — Войтех Дворжак · книга