Подборка из книги: 19 цитат — «Нил Гейман. Хрупкие вещи»

Собрали 19 цитат из книги «Нил Гейман. Хрупкие вещи» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Есть те, которые есть такие, какие есть. А есть те, которые не такие, какими кажутся. И есть ещё те, которые только кажутся такими, какими кажутся.

   Есть те, которые есть такие, какие есть. А есть те, которые не такие, какими кажутся. И есть ещё те, которые только кажутся такими, какими кажутся.
2. «

   Задача писателя – показать людям мир, в котором они живут. Мы держим для них зеркала.

   Задача писателя – показать людям мир, в котором они живут. Мы держим для них зеркала.
3. «

   Я один, рядом нет никого. В груди уже не болит. Я не чувствую ничего. Вообще ничего. Мне хорошо.

   Я один, рядом нет никого. В груди уже не болит. Я не чувствую ничего. Вообще ничего. Мне хорошо.
4. «

   Сказки – штука заразная. Они передаются от человека к человеку, из поколения в поколение. Сказки – это валюта, единая для всех. Сказки объединяют нас с теми, кто жил в этом мире задолго до нас.

   Сказки – штука заразная. Они передаются от человека к человеку, из поколения в поколение. Сказки – это валюта, единая для всех. Сказки объединяют нас с теми, кто жил в этом мире задолго до нас.
5. «

   Истории — тоже хрупкие вещи, как люди и бабочки, как птичьи яйца, сердца и сны, они складываются из трех десятков тщедушных букв и горстки знаков препинания. Или сплетаются из слов — из звуков и идей, абстрактных, незримых, что исчезают, едва прозвучав, — что может быть хрупче? Но есть истории — короткые незамысловатые рассказы о том, как кто-то отправился на поиски приключений или творил чудеса, о волшебстве и чудовищах, — которые пережили всех рассказчиков, а некоторые пережили и земли, где родились.

   Истории — тоже хрупкие вещи, как люди и бабочки, как птичьи яйца, сердца и сны, они складываются из трех десятков тщедушных букв и горстки знаков препинания. Или сплетаются из слов — из звуков и идей, абстрактных, незримых, что исчезают, едва прозвучав, — что может быть хрупче? Но есть истории — короткые незамысловатые рассказы о том, как кто-то отправился на поиски приключений или творил чудеса, о волшебстве и чудовищах, — которые пережили всех рассказчиков, а некоторые пережили и земли, где родились.
6. «

   – Разве можно продать свою мать? – так ответили первые люди, когда у них попросили продать ту землю, по которой они ступали.

   – Разве можно продать свою мать? – так ответили первые люди, когда у них попросили продать ту землю, по которой они ступали.
7. «

   Говорят, никогда нельзя смотреть, как готовят колбасу и пишут законы.

   Говорят, никогда нельзя смотреть, как готовят колбасу и пишут законы.
8. «

   — Вообще-то я не люблю кошек, — вдруг сказал Эдди. — Ну, не особо. Мне больше собаки нравятся. Они большие и верные. И всегда знаешь, чего от них ждать. А кошки, они не такие. Целыми днями гуляют сами по себе, ты их и не видишь. Когда я был маленьким, у нас дома жил кот, звали Рыжик. А в доме по соседству тоже был кот, Мармелад. Так выяснилось, что это один и тот же кот. Жил на два дома и ел за двоих. Они хитрые, кошки. Своего не упустят. Им нельзя доверять.

   — Вообще-то я не люблю кошек, — вдруг сказал Эдди. — Ну, не особо. Мне больше собаки нравятся. Они большие и верные. И всегда знаешь, чего от них ждать. А кошки, они не такие. Целыми днями гуляют сами по себе, ты их и не видишь. Когда я был маленьким, у нас дома жил кот, звали Рыжик. А в доме по соседству тоже был кот, Мармелад. Так выяснилось, что это один и тот же кот. Жил на два дома и ел за двоих. Они хитрые, кошки. Своего не упустят. Им нельзя доверять.
9. «

   Теперь, раз она умерла, она старается помнить только любовь. Каждый удар воображает поцелуем, макияж, неумело скрывающий синяки, сигаретный ожог на бедре – это были знаки любви, решает она. Ей интересно, как поступит её дочь. Ей интересно, кем станет её дочь. В смерти своей она держит торт. Тот самый торт, который она всегда собиралась испечь для своей малышки. Может, они испекли бы его вместе. Сели бы за стол, все вместе, втроём, и съели бы этот торт, и улыбнулись бы, и квартирка медленно наполнилась бы смехом и любовью.

   Теперь, раз она умерла, она старается помнить только любовь. Каждый удар воображает поцелуем, макияж, неумело скрывающий синяки, сигаретный ожог на бедре – это были знаки любви, решает она. Ей интересно, как поступит её дочь. Ей интересно, кем станет её дочь. В смерти своей она держит торт. Тот самый торт, который она всегда собиралась испечь для своей малышки. Может, они испекли бы его вместе. Сели бы за стол, все вместе, втроём, и съели бы этот торт, и улыбнулись бы, и квартирка медленно наполнилась бы смехом и любовью.
10. «

    История учит нас по меньшей мере тому, что хуже может быть всегда.

    История учит нас по меньшей мере тому, что хуже может быть всегда.
11. «

    Экран погас – со мной даже не попрощались. «Не пытайтесь перенастраивать свой телевизор, — подумал я, — Неисправность в самой реальности».

    Экран погас – со мной даже не попрощались. «Не пытайтесь перенастраивать свой телевизор, — подумал я, — Неисправность в самой реальности».
12. «

    Я никогда не боялась мертвых. Знаешь? Мертвые не сделают тебе зла. В этом городе много страшного, а мертвые не страшные. Живые делают больно. Очень больно.

    Я никогда не боялась мертвых. Знаешь? Мертвые не сделают тебе зла. В этом городе много страшного, а мертвые не страшные. Живые делают больно. Очень больно.
13. «

    ...при пробуждении сон превращается из золота в жухлые листья, из шёлка — в драную паутину.

    ...при пробуждении сон превращается из золота в жухлые листья, из шёлка — в драную паутину.
14. «

    Точка зрения меняется в зависимости от того, откуда смотреть.

    Точка зрения меняется в зависимости от того, откуда смотреть.
15. «

    В конце концов, в мире столько хрупких вещей. Люди ломаются так легко. Так же легко, как умирают мечты и разбиваются сердца.

    В конце концов, в мире столько хрупких вещей. Люди ломаются так легко. Так же легко, как умирают мечты и разбиваются сердца.
16. «

    Люди не просто так появляются в нашей жизни. У всего есть причина.

    Люди не просто так появляются в нашей жизни. У всего есть причина.
17. «

    Лишние деньги, они никогда не лишние.

    Лишние деньги, они никогда не лишние.
18. «

    Как ни посмотри, я был мертв. Может, где-то внутри я кричал, плакал и выл раненым зверем, но то был другой человек, совершенно другой, лишенный доступа к губам, к лицу, ко рту, к голове, так что на поверхности я улыбался, пожимал плечами и как-то шевелился. Если бы я мог прекратить свое существование, просто перестать быть, не предпринимая ничего, — выйти из жизни легко, как выходят за дверь, я бы успел не раздумывая. Но каждую ночь я засыпал и каждое утро просыпался, и расстраивался, что по-прежнему здесь, и смирялся с тем, что надо жить дальше.

    Как ни посмотри, я был мертв. Может, где-то внутри я кричал, плакал и выл раненым зверем, но то был другой человек, совершенно другой, лишенный доступа к губам, к лицу, ко рту, к голове, так что на поверхности я улыбался, пожимал плечами и как-то шевелился. Если бы я мог прекратить свое существование, просто перестать быть, не предпринимая ничего, — выйти из жизни легко, как выходят за дверь, я бы успел не раздумывая. Но каждую ночь я засыпал и каждое утро просыпался, и расстраивался, что по-прежнему здесь, и смирялся с тем, что надо жить дальше.
19. «

    В мире, где всё совершенно, можно будет сношаться, не отдавая другим частичку своего сердца. Каждый искрящийся поцелуй, каждое прикосновение тела к телу – это еще один мелкий осколок сердца, который ты больше никогда не увидишь. До тех пор, пока ходить (просыпаться? кричать?) в одиночестве кажется невыносимым.

    В мире, где всё совершенно, можно будет сношаться, не отдавая другим частичку своего сердца. Каждый искрящийся поцелуй, каждое прикосновение тела к телу – это еще один мелкий осколок сердца, который ты больше никогда не увидишь. До тех пор, пока ходить (просыпаться? кричать?) в одиночестве кажется невыносимым.