14 фраз из книги «Олег Рой. Амальгама счастья» — избранное

Собрали 14 цитат из книги «Олег Рой. Амальгама счастья» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я не встречаюсь с этим парнем. Я люблю его. Это ведь не одно и то же, верно?

   Я не встречаюсь с этим парнем. Я люблю его. Это ведь не одно и то же, верно?

   — Даша · книга
2. «

   Что вообще может человек, если он не сумел распорядиться даже собственной судьбой, не сумел отстоять ни одной ценности в своей жизни?

   Что вообще может человек, если он не сумел распорядиться даже собственной судьбой, не сумел отстоять ни одной ценности в своей жизни?
3. «

   Если и так всё кончено – не все ли равно, какая фраза будет последней?..

   Если и так всё кончено – не все ли равно, какая фраза будет последней?..
4. «

   Вечная как мир игра между мужчиной и женщиной — с её недомолвками, осторожными приближениями друг к другу и мгновенным бегством, мимолётными взглядами и медленно разгорающейся страстью — эта вечная игра началась между ними, и актёры вышли на сцену, произнося свои роли словно в первый раз, импровизируя на ходу.

   Вечная как мир игра между мужчиной и женщиной — с её недомолвками, осторожными приближениями друг к другу и мгновенным бегством, мимолётными взглядами и медленно разгорающейся страстью — эта вечная игра началась между ними, и актёры вышли на сцену, произнося свои роли словно в первый раз, импровизируя на ходу.
5. «

   Мы можем бороться с врагами, с собой, с любовью и ненавистью, даже с болезнью и смертью мы можем потягаться, но время – единственное, с чем мы не можем справиться в нашей жизни.

   Мы можем бороться с врагами, с собой, с любовью и ненавистью, даже с болезнью и смертью мы можем потягаться, но время – единственное, с чем мы не можем справиться в нашей жизни.
6. «

   Вмешиваться в чужую судьбу и судить другого, исходя из собственных представлений о добре и зле – это преступление.

   Вмешиваться в чужую судьбу и судить другого, исходя из собственных представлений о добре и зле – это преступление.
7. «

   Сложно повлиять на натуру, которая давно сложилась и обросла собственным, непререкаемым жизненным опытом.

   Сложно повлиять на натуру, которая давно сложилась и обросла собственным, непререкаемым жизненным опытом.
8. «

   Кто может знать, что творится в душе у 15-летней девочки, упрямой и испуганной, озадаченной пробуждением первых чувств, ни в чем не сознающейся себе самой – и уж тем более окружающим?

   Кто может знать, что творится в душе у 15-летней девочки, упрямой и испуганной, озадаченной пробуждением первых чувств, ни в чем не сознающейся себе самой – и уж тем более окружающим?
9. «

   Эмоции – плохие советчики. Чаще всего именно они толкают нас на совершение непоправимых поступков.

   Эмоции – плохие советчики. Чаще всего именно они толкают нас на совершение непоправимых поступков.
10. «

    Никому не дано проникнуть в души тех, кто рядом, и мы можем отвечать за чистоту лишь своих, а не чужих помыслов.

    Никому не дано проникнуть в души тех, кто рядом, и мы можем отвечать за чистоту лишь своих, а не чужих помыслов.
11. «

    Разве чистая радость и желание вечно идти по этой дороге — не достаточные основания сами по себе? Разве нужно непременно кому-то отчитываться в том, что делаешь, и исполнять придуманные другими людьми неписаные правила чужой игры?..

    Разве чистая радость и желание вечно идти по этой дороге — не достаточные основания сами по себе? Разве нужно непременно кому-то отчитываться в том, что делаешь, и исполнять придуманные другими людьми неписаные правила чужой игры?..
12. «

    Никому на земле не дано знать о последствиях собственных слов и действий.

    Никому на земле не дано знать о последствиях собственных слов и действий.
13. «

    Вещи не всегда таковы, какими кажутся в данный момент и то, что сегодня печалит нас, завтра может неожиданно обернуться утешением.

    Вещи не всегда таковы, какими кажутся в данный момент и то, что сегодня печалит нас, завтра может неожиданно обернуться утешением.
14. «

    Мир лежал у её ног, расстилаясь знакомым пространством собственной квартиры, раздвигая, точно театральный занавес, темные винные шторы ее окна, впуская в дом декорации звездного неба, звуки засыпающего города, сырые запахи ноябрьского ветра… И она режиссировала этот мир, мир своей жизни – неумелый режиссер, уже понимающий, что сам играет в замысленной кем-то пьесе, – и ничто не случайно, ничто не экспромт в этой странной игре, которую люди привыкли называть судьбою.

    Мир лежал у её ног, расстилаясь знакомым пространством собственной квартиры, раздвигая, точно театральный занавес, темные винные шторы ее окна, впуская в дом декорации звездного неба, звуки засыпающего города, сырые запахи ноябрьского ветра… И она режиссировала этот мир, мир своей жизни – неумелый режиссер, уже понимающий, что сам играет в замысленной кем-то пьесе, – и ничто не случайно, ничто не экспромт в этой странной игре, которую люди привыкли называть судьбою.