23 цитаты из книги «Ольга Громыко. Ведьма-хранительница» — топ по популярности

Ниже 23 цитаты из книги «Ольга Громыко. Ведьма-хранительница»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Трус, бегущий с поля брани, бросает всё, храбрец остается при своем, а герой успевает подобрать за трусом!

   Трус, бегущий с поля брани, бросает всё, храбрец остается при своем, а герой успевает подобрать за трусом!
2. «

   Нет большей доблести, чем одолеть собственную трусость.

   Нет большей доблести, чем одолеть собственную трусость.

   — Ролар · книга
3. «

   ... открыть дверь легко, труднее переступить порог.

   ... открыть дверь легко, труднее переступить порог.
4. «

   — Ролар, ты вообще имеешь понятие о такой вещи, как женская интуиция? — А, ты имеешь в виду женский эквивалент логического мышления?

   — Ролар, ты вообще имеешь понятие о такой вещи, как женская интуиция? — А, ты имеешь в виду женский эквивалент логического мышления?

   — Орсана · книга
5. «

   К десятому курсу начинаешь понимать, что абсолютного знания не бывает, за относительное ниже тройки не поставят, а недостающее всегда можно придумать.

   К десятому курсу начинаешь понимать, что абсолютного знания не бывает, за относительное ниже тройки не поставят, а недостающее всегда можно придумать.

   — Вольха Редная · книга
6. «

   — ... готова ли ты к героическим подвигам и великим свершениям? Увековечены ли для потомков бесценные крупицы совершенного знания, готова ли ты одарить ими страждущих или, ослепленная гордыней, откажешься протянуть руку помощи сирым и убогим? – Ты имеешь в виду – как у меня с подготовкой к экзамену, написала ли я шпаргалки и буду ли тебе подсказывать, когда ты начнешь тонуть?

   — ... готова ли ты к героическим подвигам и великим свершениям? Увековечены ли для потомков бесценные крупицы совершенного знания, готова ли ты одарить ими страждущих или, ослепленная гордыней, откажешься протянуть руку помощи сирым и убогим? – Ты имеешь в виду – как у меня с подготовкой к экзамену, написала ли я шпаргалки и буду ли тебе подсказывать, когда ты начнешь тонуть?

   — Вольха Редная · книга
7. «

   Когда захочу, тогда и умру, без посторонней помощи — сначала завещание составлю, прощальную записку напишу, вымоюсь, переоденусь, да и вообще, может, еще десять раз передумаю.

   Когда захочу, тогда и умру, без посторонней помощи — сначала завещание составлю, прощальную записку напишу, вымоюсь, переоденусь, да и вообще, может, еще десять раз передумаю.

   — Вольха Редная · книга
8. «

   На дух не переношу «доброжелателей», «из лучших побуждений» встревающих в чужие отношения. Друзья на то и друзья, чтобы обходиться без советчиков.

   На дух не переношу «доброжелателей», «из лучших побуждений» встревающих в чужие отношения. Друзья на то и друзья, чтобы обходиться без советчиков.

   — Вольха Редная · книга
9. «

   Вся жизнь — выбивание отсрочек у смерти.

   Вся жизнь — выбивание отсрочек у смерти.

   — Ролар · книга
10. «

    Ненавижу эти притворные рыдания над могилами. Когда я закончу свой жизненный путь, заройте поглубже, скажите: «Какое счастье, что ее нет с нами!» – и можете расходиться.

    Ненавижу эти притворные рыдания над могилами. Когда я закончу свой жизненный путь, заройте поглубже, скажите: «Какое счастье, что ее нет с нами!» – и можете расходиться.

    — Орсана · книга
11. «

    — Съешь его. — Но, Вольха, это же против моих принципов! И потом, он мне не нравится. От него за верс-с-сту разит жареным луком. — Ну и что? Я люблю жареный лук. — Вот ты его и ешь! — Спасибо, я уже позавтракала.

    — Съешь его. — Но, Вольха, это же против моих принципов! И потом, он мне не нравится. От него за верс-с-сту разит жареным луком. — Ну и что? Я люблю жареный лук. — Вот ты его и ешь! — Спасибо, я уже позавтракала.

    — Вольха Редная · книга
12. «

    На тот свет всегда успеешь, а этот лежачих не любит.

    На тот свет всегда успеешь, а этот лежачих не любит.

    — Орсана · книга
13. «

    Важек увлеченно списывал с копии копии шпаргалки. Патологическая страсть Важека к списыванию не поддавалась объяснению. Выучив конспект наизусть, перечитав кучу основной литературы и пересмотрев гору дополнительной, он не мог удержаться от искушения исписать малюсенькие клочки бумаги одному ему понятными пиктограммами. Почти всегда его ловили, заставляли тянуть второй билет и отвечать без подготовки. Важек неизменно отвечал с блеском, безмерно удивляя экзаменаторов.

    Важек увлеченно списывал с копии копии шпаргалки. Патологическая страсть Важека к списыванию не поддавалась объяснению. Выучив конспект наизусть, перечитав кучу основной литературы и пересмотрев гору дополнительной, он не мог удержаться от искушения исписать малюсенькие клочки бумаги одному ему понятными пиктограммами. Почти всегда его ловили, заставляли тянуть второй билет и отвечать без подготовки. Важек неизменно отвечал с блеском, безмерно удивляя экзаменаторов.
14. «

    Принять извинения иной раз труднее, чем принести.

    Принять извинения иной раз труднее, чем принести.

    — Вольха Редная · книга
15. «

    ...открыть дверь легко, труднее переступить порог. Позади дотлевает очаг, уже не дающий тепла, впереди расстилается черная дорога. Что останавливает нас? Страх? Нет. Напротив, дорога манит, завораживает, увлекает в даль... Сомнения? Нет. Всё уже решено. Воспоминания? Нет. Они как отброшенные предметами тени, искажающие их очертания до неузнаваемости, и цепляться за них глупо. Что держит нас на пороге? Что не дает нам с легким сердцем пустится в путь? Да гхыр его знает! Но примирится с давным-давно сделанным выбором иногда помогает только хлопнувшая за спиной дверь...

    ...открыть дверь легко, труднее переступить порог. Позади дотлевает очаг, уже не дающий тепла, впереди расстилается черная дорога. Что останавливает нас? Страх? Нет. Напротив, дорога манит, завораживает, увлекает в даль... Сомнения? Нет. Всё уже решено. Воспоминания? Нет. Они как отброшенные предметами тени, искажающие их очертания до неузнаваемости, и цепляться за них глупо. Что держит нас на пороге? Что не дает нам с легким сердцем пустится в путь? Да гхыр его знает! Но примирится с давным-давно сделанным выбором иногда помогает только хлопнувшая за спиной дверь...

    — Вольха Редная · книга
16. «

    На менестрелей и летописцев полагаться нельзя — либо забудут, либо так ославят, что лучше бы забыли.

    На менестрелей и летописцев полагаться нельзя — либо забудут, либо так ославят, что лучше бы забыли.

    — Вольха Редная · книга
17. «

    Настоящий воин должен уметь и готовить, и стирать, и сутками обходиться без еды и сна. Одно дело — в охотку помахать мечом на тренировке, вымыть руки и пойти в сад нюхать цветочки, мечтая о военной карьере, и совсем другое — возвращаться в лагерь после многочасовой резни, когда в одном плече у тебя торчит стрела, на другом висит смертельно раненный товарищ, и никто не ждёт тебя у костра с миской похлёбки и чистым бельём, а на рассвете надо снова идти в бой.

    Настоящий воин должен уметь и готовить, и стирать, и сутками обходиться без еды и сна. Одно дело — в охотку помахать мечом на тренировке, вымыть руки и пойти в сад нюхать цветочки, мечтая о военной карьере, и совсем другое — возвращаться в лагерь после многочасовой резни, когда в одном плече у тебя торчит стрела, на другом висит смертельно раненный товарищ, и никто не ждёт тебя у костра с миской похлёбки и чистым бельём, а на рассвете надо снова идти в бой.

    — Ролар · книга
18. «

    Самому правдивому рассказу не повредит немного художественного вымысла.

    Самому правдивому рассказу не повредит немного художественного вымысла.

    — Ролар · книга
19. «

    ... У любовной истории со счастливым концом нет шансов войти в легенды...

    ... У любовной истории со счастливым концом нет шансов войти в легенды...

    — Циничный менестрель · книга
20. «

    Отринь надежду, скудоумная отрочица. Нет тебе ни пощады, ни диплома.

    Отринь надежду, скудоумная отрочица. Нет тебе ни пощады, ни диплома.