27 сильных цитат из книги «Оноре де Бальзак. Отец Горио»

Собрали 27 цитат из книги «Оноре де Бальзак. Отец Горио» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Да будет вам известно, что сообразительность любящей женщины по части всяких догадок еще больше, чем ее уменье вносить разнообразия в наслаждения. Когда ей предстоит быть покинутой, она скорее угадывает смысл какого-нибудь жеста, чем конь чувствует отдаленное веянье любви, как о том рассказывал Вергилий.

   Да будет вам известно, что сообразительность любящей женщины по части всяких догадок еще больше, чем ее уменье вносить разнообразия в наслаждения. Когда ей предстоит быть покинутой, она скорее угадывает смысл какого-нибудь жеста, чем конь чувствует отдаленное веянье любви, как о том рассказывал Вергилий.
2. «

   Дуэль — детская забава, дурость. Когда один из двух живых людей должен сгинуть, только дурак отдаст себя на волю случая.

   Дуэль — детская забава, дурость. Когда один из двух живых людей должен сгинуть, только дурак отдаст себя на волю случая.

   — Вотрен · книга
3. «

   То, что моралисты называют безднами сердца, — не что иное, как обманчивые мысли, невольные корыстные побуждения.

   То, что моралисты называют безднами сердца, — не что иное, как обманчивые мысли, невольные корыстные побуждения.
4. «

   Сердце сестры — алмаз чистоты, бездна нежности.

   Сердце сестры — алмаз чистоты, бездна нежности.

   — Эжен де Растиньяк · книга
5. «

   Принципов нет, а есть события; законов нет — есть обстоятельства; человек высокого полета сам применяется к событиям и обстоятельствам, чтобы руководить ими.

   Принципов нет, а есть события; законов нет — есть обстоятельства; человек высокого полета сам применяется к событиям и обстоятельствам, чтобы руководить ими.

   — Вотрен · книга
6. «

   Свет зол и гнусен. Едва обрушится на нас несчастье, всегда найдётся друг, готовый сейчас же поспешить к нам с известием об этом и покопаться в нашем сердце своим кинжалом, предоставляя нам любоваться его красивой рукоятью.

   Свет зол и гнусен. Едва обрушится на нас несчастье, всегда найдётся друг, готовый сейчас же поспешить к нам с известием об этом и покопаться в нашем сердце своим кинжалом, предоставляя нам любоваться его красивой рукоятью.
7. «

   Отец знает своих детей не хуже, чем Бог всех нас, он читает в глубине сердец и судит самые намерения.

   Отец знает своих детей не хуже, чем Бог всех нас, он читает в глубине сердец и судит самые намерения.

   — Горио · книга
8. «

   Когда атакуешь небеса, надо брать на прицел самого бога!

   Когда атакуешь небеса, надо брать на прицел самого бога!

   — Эжен де Растиньяк · книга
9. «

   Человек несовершенен. Иной лицемерит больше, другой меньше, и в соответствии с этим глупцы называют одного нравственным, другого безнравственным.

   Человек несовершенен. Иной лицемерит больше, другой меньше, и в соответствии с этим глупцы называют одного нравственным, другого безнравственным.

   — Вотрен · книга
10. «

    Быть верным добродетели – высокое мученичество.

    Быть верным добродетели – высокое мученичество.

    — Эжен де Растиньяк · книга
11. «

    Счастье делает женщин поэтичными так же, как наряд их красит.

    Счастье делает женщин поэтичными так же, как наряд их красит.
12. «

    Еще не зная, что кокетство женщины дает иногда больше благ, чем ее любовь наслаждений, он впадал в глупое бешенство.

    Еще не зная, что кокетство женщины дает иногда больше благ, чем ее любовь наслаждений, он впадал в глупое бешенство.
13. «

    В то время я был еще дитя ваших лет, двадцати одного года. Я верил еще кое во что: в женскую любовь, в тьму глупостей, в которых вам предстоит барахтаться.

    В то время я был еще дитя ваших лет, двадцати одного года. Я верил еще кое во что: в женскую любовь, в тьму глупостей, в которых вам предстоит барахтаться.

    — Вотрен · книга
14. «

    «Я добьюсь своего!» — слова игрока, великого полководца, роковые слова, которые чаще губят людей, нежели спасают.

    «Я добьюсь своего!» — слова игрока, великого полководца, роковые слова, которые чаще губят людей, нежели спасают.
15. «

    Париж — это настоящий океан. Бросьте в него лот, и все же глубины его вам не узнать. Обозревайте и описывайте его, старайтесь как угодно: сколько бы ни было исследователей, как ни велика их любознательность, но в этом океане всегда найдется не тронутая ими область, неведомая пещера, жемчуга, цветы, чудовища, нечто неслыханное, упущенное водолазами от литературы.

    Париж — это настоящий океан. Бросьте в него лот, и все же глубины его вам не узнать. Обозревайте и описывайте его, старайтесь как угодно: сколько бы ни было исследователей, как ни велика их любознательность, но в этом океане всегда найдется не тронутая ими область, неведомая пещера, жемчуга, цветы, чудовища, нечто неслыханное, упущенное водолазами от литературы.

    — Вотрен · книга
16. «

    Отдельная личность не обязана быть мудрее целой нации.

    Отдельная личность не обязана быть мудрее целой нации.
17. «

    Когда целишь во что-нибудь на небе, надо метить в Бога.

    Когда целишь во что-нибудь на небе, надо метить в Бога.
18. «

    Я глубоко заглянул в жизнь и признаю только одно подлинное чувство: взаимную дружбу двух мужчин.

    Я глубоко заглянул в жизнь и признаю только одно подлинное чувство: взаимную дружбу двух мужчин.

    — Вотрен · книга
19. «

    Теперь я знаю все: чем хладнокровнее вы будете рассчитывать, тем дальше вы пойдете. Наносите удары беспощадно, и перед вами будут трепетать. Смотрите на мужчин и женщин, как на почтовых лошадей, гоните не жалея, пусть мрут на каждой станции, — и вы достигнете предела в осуществлении своих желаний.

    Теперь я знаю все: чем хладнокровнее вы будете рассчитывать, тем дальше вы пойдете. Наносите удары беспощадно, и перед вами будут трепетать. Смотрите на мужчин и женщин, как на почтовых лошадей, гоните не жалея, пусть мрут на каждой станции, — и вы достигнете предела в осуществлении своих желаний.

    — виконтесса де Босеан · книга
20. «

    Сердце человеческое нуждается в отдыхе, когда поднимается на вершины привязанности, но редко останавливается на крутом склоне враждебных чувств.

    Сердце человеческое нуждается в отдыхе, когда поднимается на вершины привязанности, но редко останавливается на крутом склоне враждебных чувств.