38 фраз из книги «Оноре де Бальзак. Отец Горио» для дневника

Собрали 38 цитат из книги «Оноре де Бальзак. Отец Горио» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Нет, женщины всегда искренни, даже во время наивысшего криводушия, потому что они поддаются тому или иному чувству.

   Нет, женщины всегда искренни, даже во время наивысшего криводушия, потому что они поддаются тому или иному чувству.
2. «

   Надо всегда уметь заставить себя ценить.

   Надо всегда уметь заставить себя ценить.

   — Горио · книга
3. «

   Когда атакуешь небеса, надо брать на прицел самого бога!

   Когда атакуешь небеса, надо брать на прицел самого бога!

   — Эжен де Растиньяк · книга
4. «

   Страсть никогда не просчитывается.

   Страсть никогда не просчитывается.
5. «

   Еще не зная, что кокетство женщины дает иногда больше благ, чем ее любовь наслаждений, он впадал в глупое бешенство.

   Еще не зная, что кокетство женщины дает иногда больше благ, чем ее любовь наслаждений, он впадал в глупое бешенство.
6. «

   Богатство — ultima vatio mundi (лат. самая основа мира).

   Богатство — ultima vatio mundi (лат. самая основа мира).
7. «

   Если для меланхоликов как возбудитель требуется известная доза кокетства, то неврастетики или сангвиники, может быть, оставляют поле битвы, когда сопротивление слишком затягивается. Иными словами, элегии столь же свойственна лимфатичность, как дифирамбу – раздражительность.

   Если для меланхоликов как возбудитель требуется известная доза кокетства, то неврастетики или сангвиники, может быть, оставляют поле битвы, когда сопротивление слишком затягивается. Иными словами, элегии столь же свойственна лимфатичность, как дифирамбу – раздражительность.
8. «

   Я глубоко заглянул в жизнь и признаю только одно подлинное чувство: взаимную дружбу двух мужчин.

   Я глубоко заглянул в жизнь и признаю только одно подлинное чувство: взаимную дружбу двух мужчин.

   — Вотрен · книга
9. «

   Оборачиваясь спиною к истине, юность не решается взглянуть на себя в зеркало совести, тогда как зрелый возраст в него уже смотрелся; вот и вся разница между двумя этапами жизни человека.

   Оборачиваясь спиною к истине, юность не решается взглянуть на себя в зеркало совести, тогда как зрелый возраст в него уже смотрелся; вот и вся разница между двумя этапами жизни человека.
10. «

    Может быть, человеческой природе свойственно всячески мучить того, кто переносит все из подлинной покорности, по слабости или равнодушию.

    Может быть, человеческой природе свойственно всячески мучить того, кто переносит все из подлинной покорности, по слабости или равнодушию.
11. «

    У карликовых умов есть отвратительнейшая привычка приписывать свою мелочность другим.

    У карликовых умов есть отвратительнейшая привычка приписывать свою мелочность другим.
12. «

    Недаром говорят, что нет ничего прекраснее фрегата под парусами, лошади на полном скаку и танцующей женщины.

    Недаром говорят, что нет ничего прекраснее фрегата под парусами, лошади на полном скаку и танцующей женщины.
13. «

    Неудача всегда раскрывает нам всю силу наших притязаний.

    Неудача всегда раскрывает нам всю силу наших притязаний.
14. «

    Да будет вам известно, что сообразительность любящей женщины по части всяких догадок еще больше, чем ее уменье вносить разнообразия в наслаждения. Когда ей предстоит быть покинутой, она скорее угадывает смысл какого-нибудь жеста, чем конь чувствует отдаленное веянье любви, как о том рассказывал Вергилий.

    Да будет вам известно, что сообразительность любящей женщины по части всяких догадок еще больше, чем ее уменье вносить разнообразия в наслаждения. Когда ей предстоит быть покинутой, она скорее угадывает смысл какого-нибудь жеста, чем конь чувствует отдаленное веянье любви, как о том рассказывал Вергилий.
15. «

    Эжен не знал, что в Париже никогда не следует являться к кому бы то ни было, не узнав предварительно от друзей дома всей подноготной мужа, жены и детей, дабы не совершить одной из тех грубых бестактностей, о которых в Польше выражаются картинно: «Запрягите в свою телегу пять волов», — конечно, чтобы вытащить вас из лужи, в которую вы сели.

    Эжен не знал, что в Париже никогда не следует являться к кому бы то ни было, не узнав предварительно от друзей дома всей подноготной мужа, жены и детей, дабы не совершить одной из тех грубых бестактностей, о которых в Польше выражаются картинно: «Запрягите в свою телегу пять волов», — конечно, чтобы вытащить вас из лужи, в которую вы сели.
16. «

    Наше счастье, дорогой мой, всегда в пределах между подошвой и макушкой; и обходится ли оно миллион в год или в сто луидоров – внутреннее ощущение остается одно и то же. Отсюда вывод – оставить китайцу жизнь.

    Наше счастье, дорогой мой, всегда в пределах между подошвой и макушкой; и обходится ли оно миллион в год или в сто луидоров – внутреннее ощущение остается одно и то же. Отсюда вывод – оставить китайцу жизнь.

    — врач Орас Бьяншон · книга
17. «

    Может быть, верующие в Бога способны тайно творить добро.

    Может быть, верующие в Бога способны тайно творить добро.
18. «

    Смотрите на мужчин и женщин, как на перекладных лошадей, которым вы предоставите издыхать на очередной станции, и вы достигнете вершины своих желаний.

    Смотрите на мужчин и женщин, как на перекладных лошадей, которым вы предоставите издыхать на очередной станции, и вы достигнете вершины своих желаний.

    — виконтесса де Босеан · книга
19. «

    Наконец г-жа Воке заметила своим сорочьим глазом кое-какие записи вкладов в банк, которые, по приблизительным расчетам, могли давать этому замечательному Горио тысяч восемь-десять дохода в год. С того дня вдова Воке, в девицах де Конфлан, уже достигшая сорока восьми лет от роду, но признававшая из них только тридцать девять, составила свой план. Несмотря на то, что внутренние углы век у Горио вывернулись, распухли и слезились, так что ему довольно часто приходилось их вытирать, она находила его наружность приятной и вполне приличной. Правда, он был слегка мужиковат, но в день переезда Горио, вечером, когда Воке улеглась в постель, она, как куропатка, обернутая шпиком, румянилась на огне желанья проститься с саваном Воке и возродиться женою Горио.

    Наконец г-жа Воке заметила своим сорочьим глазом кое-какие записи вкладов в банк, которые, по приблизительным расчетам, могли давать этому замечательному Горио тысяч восемь-десять дохода в год. С того дня вдова Воке, в девицах де Конфлан, уже достигшая сорока восьми лет от роду, но признававшая из них только тридцать девять, составила свой план. Несмотря на то, что внутренние углы век у Горио вывернулись, распухли и слезились, так что ему довольно часто приходилось их вытирать, она находила его наружность приятной и вполне приличной. Правда, он был слегка мужиковат, но в день переезда Горио, вечером, когда Воке улеглась в постель, она, как куропатка, обернутая шпиком, румянилась на огне желанья проститься с саваном Воке и возродиться женою Горио.

    — госпожа Воке · книга
20. «

    Если в мужчине есть чувство, ему врожденное, так это — гордость той защитой, какую он всечасно оказывает слабым существам. Добавьте сюда любовь, эту горячую признательность всех честных душ к источнику их наслаждений, и вам понятно станет множество своеобразных явлений в духовной жизни.

    Если в мужчине есть чувство, ему врожденное, так это — гордость той защитой, какую он всечасно оказывает слабым существам. Добавьте сюда любовь, эту горячую признательность всех честных душ к источнику их наслаждений, и вам понятно станет множество своеобразных явлений в духовной жизни.