64 известных цитаты из книги «Оноре де Бальзак. Отец Горио»

Собрали 64 цитаты из книги «Оноре де Бальзак. Отец Горио» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Париж — это настоящий океан. Бросьте в него лот, и все же глубины его вам не узнать. Обозревайте и описывайте его, старайтесь как угодно: сколько бы ни было исследователей, как ни велика их любознательность, но в этом океане всегда найдется не тронутая ими область, неведомая пещера, жемчуга, цветы, чудовища, нечто неслыханное, упущенное водолазами от литературы.

   Париж — это настоящий океан. Бросьте в него лот, и все же глубины его вам не узнать. Обозревайте и описывайте его, старайтесь как угодно: сколько бы ни было исследователей, как ни велика их любознательность, но в этом океане всегда найдется не тронутая ими область, неведомая пещера, жемчуга, цветы, чудовища, нечто неслыханное, упущенное водолазами от литературы.

   — Вотрен · книга
2. «

   Все молодые люди подчинены закону, казалось бы необъяснимому, а между тем в его основе лежат их юность и способность с какой-то яростью набрасываться на удовольствия. Бедны они ли богаты, никогда ни у кого из них нет денег на нужды повседневной жизни, зато на прихоти они всегда находят деньги. Скупые там, где надо платить сейчас же, они расточительны во всем, что можно получить в кредит, точно они вознаграждают себя за то, что им не дано, проматывая то, что им доступно.

   Все молодые люди подчинены закону, казалось бы необъяснимому, а между тем в его основе лежат их юность и способность с какой-то яростью набрасываться на удовольствия. Бедны они ли богаты, никогда ни у кого из них нет денег на нужды повседневной жизни, зато на прихоти они всегда находят деньги. Скупые там, где надо платить сейчас же, они расточительны во всем, что можно получить в кредит, точно они вознаграждают себя за то, что им не дано, проматывая то, что им доступно.
3. «

   Наше счастье, дорогой мой, всегда в пределах между подошвой и макушкой; и обходится ли оно миллион в год или в сто луидоров – внутреннее ощущение остается одно и то же. Отсюда вывод – оставить китайцу жизнь.

   Наше счастье, дорогой мой, всегда в пределах между подошвой и макушкой; и обходится ли оно миллион в год или в сто луидоров – внутреннее ощущение остается одно и то же. Отсюда вывод – оставить китайцу жизнь.

   — врач Орас Бьяншон · книга
4. «

   Дорогая мама, подумай, нет ли у тебя третьего соска, который напитал бы меня.

   Дорогая мама, подумай, нет ли у тебя третьего соска, который напитал бы меня.

   — Эжен де Растиньяк · книга
5. «

   У карликовых умов есть отвратительнейшая привычка приписывать свою мелочность другим.

   У карликовых умов есть отвратительнейшая привычка приписывать свою мелочность другим.
6. «

   Неудача всегда раскрывает нам всю силу наших притязаний.

   Неудача всегда раскрывает нам всю силу наших притязаний.
7. «

   Недаром говорят, что нет ничего прекраснее фрегата под парусами, лошади на полном скаку и танцующей женщины.

   Недаром говорят, что нет ничего прекраснее фрегата под парусами, лошади на полном скаку и танцующей женщины.
8. «

   Может быть, любовь не что иное, как чувство благодарности за наслаждение.

   Может быть, любовь не что иное, как чувство благодарности за наслаждение.
9. «

   Страсть никогда не просчитывается.

   Страсть никогда не просчитывается.
10. «

    Сердце сестры — алмаз чистоты, бездна нежности.

    Сердце сестры — алмаз чистоты, бездна нежности.

    — Эжен де Растиньяк · книга
11. «

    То, что моралисты называют безднами сердца, — не что иное, как обманчивые мысли, невольные корыстные побуждения.

    То, что моралисты называют безднами сердца, — не что иное, как обманчивые мысли, невольные корыстные побуждения.
12. «

    Любовницы и царственное положение – вот атрибуты власти.

    Любовницы и царственное положение – вот атрибуты власти.

    — Эжен де Растиньяк · книга
13. «

    Существует порода пернатых, распространенная в границах между первым градусом бюджетной широты, где оклад составляет тысячу двести франков в год, — своего рода административная Гренландия, — и третьим градусом, где начинаются оклады потеплее, от трех до шести тысяч франков, — умеренный пояс, где наградные привились и процветают, несмотря на трудность их выращивания.

    Существует порода пернатых, распространенная в границах между первым градусом бюджетной широты, где оклад составляет тысячу двести франков в год, — своего рода административная Гренландия, — и третьим градусом, где начинаются оклады потеплее, от трех до шести тысяч франков, — умеренный пояс, где наградные привились и процветают, несмотря на трудность их выращивания.
14. «

    У меня было бы все. А теперь ничего. Деньги делают все, даже дочерей! О! где мои денежки?

    У меня было бы все. А теперь ничего. Деньги делают все, даже дочерей! О! где мои денежки?

    — Горио · книга
15. «

    Честный человек — всем враг.

    Честный человек — всем враг.

    — Вотрен · книга
16. «

    Идеи передаются, несомненно, прямо пропорционально порождающей их силе и попадают туда, куда посылает их мозг, по математическому закону, подобно тому, что определяет направление бомбы, вылетевшей из мортиры.

    Идеи передаются, несомненно, прямо пропорционально порождающей их силе и попадают туда, куда посылает их мозг, по математическому закону, подобно тому, что определяет направление бомбы, вылетевшей из мортиры.
17. «

    Дуэль — детская забава, дурость. Когда один из двух живых людей должен сгинуть, только дурак отдаст себя на волю случая.

    Дуэль — детская забава, дурость. Когда один из двух живых людей должен сгинуть, только дурак отдаст себя на волю случая.

    — Вотрен · книга
18. «

    Прекрасные души не могут долго пребывать в этом мире. Как великим чувствам ужиться с пошлым, мелким, поверхностным обществом?

    Прекрасные души не могут долго пребывать в этом мире. Как великим чувствам ужиться с пошлым, мелким, поверхностным обществом?

    — Эжен де Растиньяк · книга
19. «

    Любовь – религия, и культ ее обходится дороже всякого другого религиозного культа; она мимолетна и, как уличный мальчишка, отмечает свой путь опустошениями. Роскошь чувства – это поэзия чердаков; без богатства чувств что сталось бы там с любовью?

    Любовь – религия, и культ ее обходится дороже всякого другого религиозного культа; она мимолетна и, как уличный мальчишка, отмечает свой путь опустошениями. Роскошь чувства – это поэзия чердаков; без богатства чувств что сталось бы там с любовью?
20. «

    Принципов нет, а есть события; законов нет — есть обстоятельства; человек высокого полета сам применяется к событиям и обстоятельствам, чтобы руководить ими.

    Принципов нет, а есть события; законов нет — есть обстоятельства; человек высокого полета сам применяется к событиям и обстоятельствам, чтобы руководить ими.

    — Вотрен · книга