33 цитаты из книги «Оушен Вуонг. Лишь краткий миг земной мы все прекрасны» без воды

33 цитаты из книги «Оушен Вуонг. Лишь краткий миг земной мы все прекрасны» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Когда война закончится? Когда я смогу позвать тебя по имени и оно будет означать только твое имя, а не все то, что ты оставила позади?

   Когда война закончится? Когда я смогу позвать тебя по имени и оно будет означать только твое имя, а не все то, что ты оставила позади?
2. «

   Мне хотелось, чтобы его взгляд заставил меня почувствовать, что я стою на обеих ногах в мире, в котором до сих пор балансировал на одной.

   Мне хотелось, чтобы его взгляд заставил меня почувствовать, что я стою на обеих ногах в мире, в котором до сих пор балансировал на одной.
3. «

   Миграцию может спровоцировать угол, под которым падает солнечный свет: значит, меняется время года, температура, растительность, иссякают источники пищи. Самки бабочек монархов откладывают личинки по пути. У каждой истории более одной сюжетной линии, и каждая линия — история разделения. Бабочки преодолевают путь длиной 7773 километра, что превышает протяженность этой страны [США]. Они летят на юг, но на север не возвращаются. Обратный путь проделают уже их дети; будущее вернется к прошлому.

   Миграцию может спровоцировать угол, под которым падает солнечный свет: значит, меняется время года, температура, растительность, иссякают источники пищи. Самки бабочек монархов откладывают личинки по пути. У каждой истории более одной сюжетной линии, и каждая линия — история разделения. Бабочки преодолевают путь длиной 7773 километра, что превышает протяженность этой страны [США]. Они летят на юг, но на север не возвращаются. Обратный путь проделают уже их дети; будущее вернется к прошлому.
4. «

   — Бывало у тебя такое, что ты придумываешь картину, — ты собирала пазл с пейзажем Томаса Кинкейда, — а потом помещаешь туда себя самого? Ты когда-нибудь наблюдал за собой со стороны? Следил за тем, как все дальше уходишь в созданный тобой пейзаж? Как мне было объяснить, что ты говоришь о писательстве? Как сказать, что мы так близки, что тени наших рук сливаются на соседних страницах.

   — Бывало у тебя такое, что ты придумываешь картину, — ты собирала пазл с пейзажем Томаса Кинкейда, — а потом помещаешь туда себя самого? Ты когда-нибудь наблюдал за собой со стороны? Следил за тем, как все дальше уходишь в созданный тобой пейзаж? Как мне было объяснить, что ты говоришь о писательстве? Как сказать, что мы так близки, что тени наших рук сливаются на соседних страницах.
5. «

   …Порой свобода — это лишь степень твоей несвободы, клетка, что распростерлась далеко-далеко; решетку не видно на расстоянии, но она есть. Когда животное выпускают из зоопарка в заповедник, оно остается в неволе, просто границы становятся шире. Но я все равно принял это условие. Потому что иногда достаточно просто не видеть границ.

   …Порой свобода — это лишь степень твоей несвободы, клетка, что распростерлась далеко-далеко; решетку не видно на расстоянии, но она есть. Когда животное выпускают из зоопарка в заповедник, оно остается в неволе, просто границы становятся шире. Но я все равно принял это условие. Потому что иногда достаточно просто не видеть границ.
6. «

   Что, если тело в лучшем случае — это лишь тоска по телу? Кровь устремляется в сердце, а оно отправляет ее обратно, она заполняет пути, некогда пустые каналы, километры дорог от меня к нему.

   Что, если тело в лучшем случае — это лишь тоска по телу? Кровь устремляется в сердце, а оно отправляет ее обратно, она заполняет пути, некогда пустые каналы, километры дорог от меня к нему.
7. «

   Память — это выбор.

   Память — это выбор.
8. «

   …Мы охотимся за некоторыми вещами, потому что считаем их красивыми. Если человеческая жизнь относительно истории нашей планеты так коротка, как говорят, — не успеешь и глазом моргнуть, как все позади, то быть красивым со дня рождения до самой смерти — значит быть прекрасным лишь краткий миг.

   …Мы охотимся за некоторыми вещами, потому что считаем их красивыми. Если человеческая жизнь относительно истории нашей планеты так коротка, как говорят, — не успеешь и глазом моргнуть, как все позади, то быть красивым со дня рождения до самой смерти — значит быть прекрасным лишь краткий миг.
9. «

   …Некоторые пустяки все меняют.

   …Некоторые пустяки все меняют.
10. «

    Мам, говорят, песня может стать мостом. По-моему, песня — это еще и земля, на которой мы стоим. Может, мы пели, чтобы не упасть. Может, мы пели, чтобы сохранить себя.

    Мам, говорят, песня может стать мостом. По-моему, песня — это еще и земля, на которой мы стоим. Может, мы пели, чтобы не упасть. Может, мы пели, чтобы сохранить себя.
11. «

    за свое признание всегда платишь тем, что слушаешь ответную исповедь.

    за свое признание всегда платишь тем, что слушаешь ответную исповедь.
12. «

    …Свобода — это всего лишь дистанция между охотником и его добычей. Так мне сказали

    …Свобода — это всего лишь дистанция между охотником и его добычей. Так мне сказали
13. «

    — Клеопатра, — немного погодя сказал Тревор. — При чем тут Клеопатра? — Она любовалась этим самым закатом. Ну не круто? Все когда-либо жившие на Земле смотрели на одно и то же солнце. — Он махнул рукой в сторону города, хотя, насколько хватало глаз, кроме нас с Тревором, никого не было. — Вот все и решили, что на небе бог. — Кто решил? — Люди.

    — Клеопатра, — немного погодя сказал Тревор. — При чем тут Клеопатра? — Она любовалась этим самым закатом. Ну не круто? Все когда-либо жившие на Земле смотрели на одно и то же солнце. — Он махнул рукой в сторону города, хотя, насколько хватало глаз, кроме нас с Тревором, никого не было. — Вот все и решили, что на небе бог. — Кто решил? — Люди.

    — Тревор · книга
14. «

    …Прошлое — не застывший навеки пейзаж, его можно пересмотреть. Хотим мы того или нет, но каждый движется по спирали, создает нечто новое из прошлого.

    …Прошлое — не застывший навеки пейзаж, его можно пересмотреть. Хотим мы того или нет, но каждый движется по спирали, создает нечто новое из прошлого.
15. «

    Знаю, ты спросила, что значит быть писателем, а я пишу тебе какую-то несуразицу. Но это и есть несуразица, Ма, — я ничего не приукрашиваю. Я принижаю. Вот что, в конце концов, значит писательство: ты наклоняешься так низко, что мир предлагает новый милосердный ракурс, панораму из мелочей; ворсинка вдруг превращается в полотно тумана размером с твое глазное яблоко.

    Знаю, ты спросила, что значит быть писателем, а я пишу тебе какую-то несуразицу. Но это и есть несуразица, Ма, — я ничего не приукрашиваю. Я принижаю. Вот что, в конце концов, значит писательство: ты наклоняешься так низко, что мир предлагает новый милосердный ракурс, панораму из мелочей; ворсинка вдруг превращается в полотно тумана размером с твое глазное яблоко.
16. «

    Она ждет. Потому что так поступают все матери. Ждут. Не вмешиваются, пока их дети принадлежат кому-то другому.

    Она ждет. Потому что так поступают все матери. Ждут. Не вмешиваются, пока их дети принадлежат кому-то другому.
17. «

    Хотя мальчик еще не мог читать большие книжки, он понимал, что чтение способно увезти очень далеко,

    Хотя мальчик еще не мог читать большие книжки, он понимал, что чтение способно увезти очень далеко,
18. «

    Мы убегаем от самих себя, чтобы двигаться дальше.

    Мы убегаем от самих себя, чтобы двигаться дальше.
19. «

    Заметь: то, что мы живы, прекрасно само по себе и достойно повторения. Что дальше? Что, если мое самое большое достижение в жизни — это умножение жизни?

    Заметь: то, что мы живы, прекрасно само по себе и достойно повторения. Что дальше? Что, если мое самое большое достижение в жизни — это умножение жизни?
20. «

    Говорят, что история циклична, а не линейна, как нам кажется. Мы путешествуем во времени по спиральной траектории, удаляемся от эпицентра, но, пройдя очередной цикл, возвращаемся.

    Говорят, что история циклична, а не линейна, как нам кажется. Мы путешествуем во времени по спиральной траектории, удаляемся от эпицентра, но, пройдя очередной цикл, возвращаемся.