136 известных цитат из книги «Пауло Коэльо. Одиннадцать минут»

Собрали 136 цитат из книги «Пауло Коэльо. Одиннадцать минут» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Если я не буду думать о любви, я стану ничем.

   Если я не буду думать о любви, я стану ничем.

   — Мария · книга
2. «

   Встреча женщины с самой собой — игра увлекательная, но чрезмерно опасная. Это божественный танец. Когда они встретятся, столкнутся два сгустка божественной энергии, две галактики. И если не обставить эту встречу как полагается, одна галактика может уничтожить другую.

   Встреча женщины с самой собой — игра увлекательная, но чрезмерно опасная. Это божественный танец. Когда они встретятся, столкнутся два сгустка божественной энергии, две галактики. И если не обставить эту встречу как полагается, одна галактика может уничтожить другую.
3. «

   ... Если ты считаешь что мир крутится вокруг тебя, — не забывай, что ты тоже часть чьего-то мира.

   ... Если ты считаешь что мир крутится вокруг тебя, — не забывай, что ты тоже часть чьего-то мира.
4. «

   Мужчины всегда пугаются, услышав из уст женщины: «Я хочу зависеть от тебя».

   Мужчины всегда пугаются, услышав из уст женщины: «Я хочу зависеть от тебя».
5. «

   Всё, что имеет отношение к сексу, можно делать в одиночку.

   Всё, что имеет отношение к сексу, можно делать в одиночку.
6. «

   Ибо я — первая и я же — последняя, Я — почитаемая и презираемая. Я — блудница и святая. Я — жена и дева. Я — мать и дочь. Я — руки матери моей. Я — бесплодна, но бесчисленны дети мои. Я счастлива в браке и не замужем. Я — тот, кто производит на свет, и та, кто вовек не даст потомства. Я облегчаю родовые муки. Я — супруг и супруга. И это я родила моего мужа, Я — мать моего отца. Я — сестра моего мужа, Поклоняйтесь мне вечно. Ибо я — злонравна и великодушна.

   Ибо я — первая и я же — последняя, Я — почитаемая и презираемая. Я — блудница и святая. Я — жена и дева. Я — мать и дочь. Я — руки матери моей. Я — бесплодна, но бесчисленны дети мои. Я счастлива в браке и не замужем. Я — тот, кто производит на свет, и та, кто вовек не даст потомства. Я облегчаю родовые муки. Я — супруг и супруга. И это я родила моего мужа, Я — мать моего отца. Я — сестра моего мужа, Поклоняйтесь мне вечно. Ибо я — злонравна и великодушна.
7. «

   Жизнь любит нагнетать мрак для того, чтобы потом ярче блеснуть своей светлой стороной.

   Жизнь любит нагнетать мрак для того, чтобы потом ярче блеснуть своей светлой стороной.
8. «

   Может быть, это просто легенда, в которую необходимо верить, чтобы в жизни человеческой появился хоть какой-то смысл.

   Может быть, это просто легенда, в которую необходимо верить, чтобы в жизни человеческой появился хоть какой-то смысл.
9. «

   Боль и мука оправдывает то, что должно приносить лишь радость, — любовь.

   Боль и мука оправдывает то, что должно приносить лишь радость, — любовь.
10. «

    С тех пор как нас изгнали из рая, мы или страдаем, или причиняем страдания другим, или наблюдаем за этими страданиями.

    С тех пор как нас изгнали из рая, мы или страдаем, или причиняем страдания другим, или наблюдаем за этими страданиями.
11. «

    Они поцеловались на виду у всех и, поймав на себе возмущенные взгляды кое-кого из прохожих, улыбнулись тому, что вызвали недовольство и пробудили желание, ибо знали — прохожие хотели бы последовать их примеру да не решались. От этого возмущались.

    Они поцеловались на виду у всех и, поймав на себе возмущенные взгляды кое-кого из прохожих, улыбнулись тому, что вызвали недовольство и пробудили желание, ибо знали — прохожие хотели бы последовать их примеру да не решались. От этого возмущались.
12. «

    Все умеют любить, ибо получают этот дар при рождении.

    Все умеют любить, ибо получают этот дар при рождении.
13. «

    Я опустился на дно собственной души и теперь знаю, что есть в этой жизни ещё много, много прекрасного.

    Я опустился на дно собственной души и теперь знаю, что есть в этой жизни ещё много, много прекрасного.

    — Ральф Харт · книга
14. «

    Искусство любви — сродни живописи: она тоже требует техники, терпения и, главное, навыка. И еще — отваги.

    Искусство любви — сродни живописи: она тоже требует техники, терпения и, главное, навыка. И еще — отваги.

    — Мария · книга
15. «

    Куда-то не туда пошла наша цивилизация, и дело тут не в озоновой дыре, не в уничтожении лесов Амазонки, не в вымирании медведей панда, не в курении, не в канцерогенных продуктах и не в кризисе тюремной системы, как объявляют газеты. А именно в той сфере бытия, где трудилась Мария — в сексе.

    Куда-то не туда пошла наша цивилизация, и дело тут не в озоновой дыре, не в уничтожении лесов Амазонки, не в вымирании медведей панда, не в курении, не в канцерогенных продуктах и не в кризисе тюремной системы, как объявляют газеты. А именно в той сфере бытия, где трудилась Мария — в сексе.
16. «

    Ей нравилось представлять себя опытной девушкой, которая однажды упустила возлюбленного, не сумела уберечь страсть, знает, как мучительна потеря, — и теперь решила изо всех сил бороться за этого человека, за то, чтобы выйти за него замуж, родить детей, жить в доме у моря.

    Ей нравилось представлять себя опытной девушкой, которая однажды упустила возлюбленного, не сумела уберечь страсть, знает, как мучительна потеря, — и теперь решила изо всех сил бороться за этого человека, за то, чтобы выйти за него замуж, родить детей, жить в доме у моря.
17. «

    Я — наивная девочка, которая смотрит на мужчину, замирая от восхищения, и притворяется, будто потрясена тем, какая у него власть, какая слава. Я — Роковая Женщина, которая атакует неуверенных в себе мужчин и берёт инициативу на себя, так что им уже ничего не нужно делать и не о чем беспокоиться. Я Любящая мать, которая нежно опекает тех, кто нуждается в советах, которая терпеливо выслушивает все рассказы, если даже они у неё в одно ухо влетают, а из другого вылетают.

    Я — наивная девочка, которая смотрит на мужчину, замирая от восхищения, и притворяется, будто потрясена тем, какая у него власть, какая слава. Я — Роковая Женщина, которая атакует неуверенных в себе мужчин и берёт инициативу на себя, так что им уже ничего не нужно делать и не о чем беспокоиться. Я Любящая мать, которая нежно опекает тех, кто нуждается в советах, которая терпеливо выслушивает все рассказы, если даже они у неё в одно ухо влетают, а из другого вылетают.

    — Мария · книга
18. «

    Наконец-то открылось ей, что настоящая любовь не имеет ничего общего с тем, что она себе воображала, — с цепью событий, порожденных любовной энергией, с обручением и помолвкой, венчанием и свадьбой, детьми и кухней, ожиданием мужа с работы и парком аттракционов по воскресеньям, новым ожиданием, совместным старением.

    Наконец-то открылось ей, что настоящая любовь не имеет ничего общего с тем, что она себе воображала, — с цепью событий, порожденных любовной энергией, с обручением и помолвкой, венчанием и свадьбой, детьми и кухней, ожиданием мужа с работы и парком аттракционов по воскресеньям, новым ожиданием, совместным старением.
19. «

    Одиночество — самая тяжёлая пытка, самая тяжёлая мука.

    Одиночество — самая тяжёлая пытка, самая тяжёлая мука.
20. «

    ...мечта — штука очень удобная, потому что мы вовсе не обязаны осуществлять то, о чём мечтаем. Мы избавлены от риска, от горечи неудач, от тяжких минут, а состарившись, всегда можем обвинить кого-нибудь — родителей ли (это бывает чаще всего), супругов, детей — в том, что не добились желаемого.

    ...мечта — штука очень удобная, потому что мы вовсе не обязаны осуществлять то, о чём мечтаем. Мы избавлены от риска, от горечи неудач, от тяжких минут, а состарившись, всегда можем обвинить кого-нибудь — родителей ли (это бывает чаще всего), супругов, детей — в том, что не добились желаемого.