54 цитаты из книги «Пауло Коэльо. Одиннадцать минут» — топ по популярности

Собрали 54 цитаты из книги «Пауло Коэльо. Одиннадцать минут» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я опустился на дно собственной души и теперь знаю, что есть в этой жизни ещё много, много прекрасного.

   Я опустился на дно собственной души и теперь знаю, что есть в этой жизни ещё много, много прекрасного.

   — Ральф Харт · книга
2. «

   Жизнь слишком коротка — или слишком долга, — чтобы можно было позволить себе роскошь прожить её так скверно.

   Жизнь слишком коротка — или слишком долга, — чтобы можно было позволить себе роскошь прожить её так скверно.
3. «

   У всех народов существует такая поговорка: «С глаз долой — из сердца вон». Я же утверждаю, что нет ничего более ложного на свете. Чем дальше от глаз, тем ближе к сердцу. Пребывая в изгнании на чужбине, мы любовно лелеем в памяти любую малость, напоминающую об отчизне. Тоскуя в разлуке с тем, кого любим, в каждом прохожем на улице видим мы дорогие черты.

   У всех народов существует такая поговорка: «С глаз долой — из сердца вон». Я же утверждаю, что нет ничего более ложного на свете. Чем дальше от глаз, тем ближе к сердцу. Пребывая в изгнании на чужбине, мы любовно лелеем в памяти любую малость, напоминающую об отчизне. Тоскуя в разлуке с тем, кого любим, в каждом прохожем на улице видим мы дорогие черты.
4. «

   С тех пор как нас изгнали из рая, мы или страдаем, или причиняем страдания другим, или наблюдаем за этими страданиями.

   С тех пор как нас изгнали из рая, мы или страдаем, или причиняем страдания другим, или наблюдаем за этими страданиями.
5. «

   Я помню всё, кроме той минуты, когда приняла решение. Забавно — ни малейшего чувства вины. Раньше я всегда считала, что женщинам, торгующим собой, жизнь просто не оставила никакого выбора, — а теперь вижу, что это не так. Я могла сказать «да», могла ответить «нет» — никто ни к чему меня не принуждал, ничего не навязывал.

   Я помню всё, кроме той минуты, когда приняла решение. Забавно — ни малейшего чувства вины. Раньше я всегда считала, что женщинам, торгующим собой, жизнь просто не оставила никакого выбора, — а теперь вижу, что это не так. Я могла сказать «да», могла ответить «нет» — никто ни к чему меня не принуждал, ничего не навязывал.
6. «

   Всё, что имеет отношение к сексу, можно делать в одиночку.

   Всё, что имеет отношение к сексу, можно делать в одиночку.
7. «

   Ну а пока прекрасного принца не было, оставалось только мечтать.

   Ну а пока прекрасного принца не было, оставалось только мечтать.
8. «

   Всю свою жизнь я воспринимала любовь как осознанное и добровольное рабство. И обманывалась — свобода существует лишь в том случае, если явлена и показана. Тот, кто отдается чувству без оглядки, тот, кто чувствует себя свободным, тот и любит во всю силу души.

   Всю свою жизнь я воспринимала любовь как осознанное и добровольное рабство. И обманывалась — свобода существует лишь в том случае, если явлена и показана. Тот, кто отдается чувству без оглядки, тот, кто чувствует себя свободным, тот и любит во всю силу души.
9. «

   Вместо того чтобы купить что-нибудь такое, что понравилось бы тебе, я даю тебе свое, на самом деле принадлежащее мне. Это — подарок. Это — знак уважения к человеку, который рядом со мной. Это — просьба понять, как важно то, что он — рядом со мной. Я по доброй воле, от чистого сердца даю тебе предмет, в котором заключена частица меня самой.

   Вместо того чтобы купить что-нибудь такое, что понравилось бы тебе, я даю тебе свое, на самом деле принадлежащее мне. Это — подарок. Это — знак уважения к человеку, который рядом со мной. Это — просьба понять, как важно то, что он — рядом со мной. Я по доброй воле, от чистого сердца даю тебе предмет, в котором заключена частица меня самой.
10. «

    Каждый из нас одной ногой — в волшебной сказке, а другой над пропастью.

    Каждый из нас одной ногой — в волшебной сказке, а другой над пропастью.
11. «

    В начале времен мужчины и женщины были сотворены не такими, каковы они теперь, — это было существо единое, но с двумя лицами, глядевшими в разные стороны. Одно туловище, одна шея, но четыре руки и четыре ноги и признаки обоих полов. Они словно срослись спинами. Однако ревнивые греческие боги заметили, что благодаря четырем рукам это существо работает больше, а 2 лица, глядящие в разные стороны, позволяют ему всегда быть настороже, так что врасплох его не застать, а на четырех ногах можно и долго стоять, и далеко уйти. Но самое опасное — будучи двуполым, оно ни в ком не нуждалось, чтобы производить себе подобных. И Зевс, верховный олимпийский бог, сказал тогда: «Я знаю, как поступить, чтобы эти смертные потеряли свою силу» И ударом молнии рассек существо надвое, создав мужчину и женщину. Таким образом народонаселение земли сильно увеличилось, но при этом ослабло и растерялось — отныне каждый должен был отыскивать свою потерявшуюся половину и, соединяясь с ней, возвращать себе прежнюю силу, и способность избегать измены, и свойство работать долго, и шагать без устали. И это-то вот соединение, когда два тела сливаются в одно, мы и называем сексом.

    В начале времен мужчины и женщины были сотворены не такими, каковы они теперь, — это было существо единое, но с двумя лицами, глядевшими в разные стороны. Одно туловище, одна шея, но четыре руки и четыре ноги и признаки обоих полов. Они словно срослись спинами. Однако ревнивые греческие боги заметили, что благодаря четырем рукам это существо работает больше, а 2 лица, глядящие в разные стороны, позволяют ему всегда быть настороже, так что врасплох его не застать, а на четырех ногах можно и долго стоять, и далеко уйти. Но самое опасное — будучи двуполым, оно ни в ком не нуждалось, чтобы производить себе подобных. И Зевс, верховный олимпийский бог, сказал тогда: «Я знаю, как поступить, чтобы эти смертные потеряли свою силу» И ударом молнии рассек существо надвое, создав мужчину и женщину. Таким образом народонаселение земли сильно увеличилось, но при этом ослабло и растерялось — отныне каждый должен был отыскивать свою потерявшуюся половину и, соединяясь с ней, возвращать себе прежнюю силу, и способность избегать измены, и свойство работать долго, и шагать без устали. И это-то вот соединение, когда два тела сливаются в одно, мы и называем сексом.

    — Ральф Харт · книга
12. «

    Никто не желает страдать, и тем не менее все ищут боль и жертву, а отыскав, чувствуют, что бытие их оправдано...

    Никто не желает страдать, и тем не менее все ищут боль и жертву, а отыскав, чувствуют, что бытие их оправдано...
13. «

    Кое-что можно потерять навсегда.

    Кое-что можно потерять навсегда.
14. «

    Человек рядом с тобой — существует. Думай о нём.

    Человек рядом с тобой — существует. Думай о нём.
15. «

    Жизнь — это пряная, ослепительная игра, это — прыжок с парашютом, это — риск, ты падаешь, но снова встаешь на ноги, это — то, что называется «вылезти вон из кожи», это — тоска и досада, если не удается совершить намеченное.

    Жизнь — это пряная, ослепительная игра, это — прыжок с парашютом, это — риск, ты падаешь, но снова встаешь на ноги, это — то, что называется «вылезти вон из кожи», это — тоска и досада, если не удается совершить намеченное.
16. «

    Мужчины всегда пугаются, услышав из уст женщины: «Я хочу зависеть от тебя».

    Мужчины всегда пугаются, услышав из уст женщины: «Я хочу зависеть от тебя».
17. «

    Когда встречаются тела, это значит всего лишь, что переплеснулось за край содержимое кубка. Они могут оставаться вместе часы и даже сутки напролёт. Могут начать событие сегодня, а завершить его завтра, а могут даже и не завершать, ибо слишком велико наслаждение.

    Когда встречаются тела, это значит всего лишь, что переплеснулось за край содержимое кубка. Они могут оставаться вместе часы и даже сутки напролёт. Могут начать событие сегодня, а завершить его завтра, а могут даже и не завершать, ибо слишком велико наслаждение.
18. «

    Не спрашивай меня : «Почему именно я? Что во мне такого особенного?» да ничего, ничего такого, чтобы я мог бы объяснить хотя бы самому себе. Но — и в этом-то заключается тайна жизни — я не в состоянии думать ни о чём другом.

    Не спрашивай меня : «Почему именно я? Что во мне такого особенного?» да ничего, ничего такого, чтобы я мог бы объяснить хотя бы самому себе. Но — и в этом-то заключается тайна жизни — я не в состоянии думать ни о чём другом.

    — Ральф Харт · книга
19. «

    Теперь, когда терять было нечего, она обрела свободу.

    Теперь, когда терять было нечего, она обрела свободу.
20. «

    Я хочу забыть всё это. Я нуждаюсь в любви. Мне надо любить — и ничего другого.

    Я хочу забыть всё это. Я нуждаюсь в любви. Мне надо любить — и ничего другого.