71 фраза из книги «Пауло Коэльо. Одиннадцать минут» — избранное

Собрали 71 цитата из книги «Пауло Коэльо. Одиннадцать минут» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   И сегодня я поняла, почему так происходит: уже давно я не думаю о том, что называется «любовь». Мне кажется, она убежала от меня, будто почувствовав, что ей тут не рады, что она — нежеланная гостья, что ею пренебрегают. Но если я не буду думать о любви, я стану ничем.

   И сегодня я поняла, почему так происходит: уже давно я не думаю о том, что называется «любовь». Мне кажется, она убежала от меня, будто почувствовав, что ей тут не рады, что она — нежеланная гостья, что ею пренебрегают. Но если я не буду думать о любви, я стану ничем.
2. «

   Куда-то не туда пошла наша цивилизация, и дело тут не в озоновой дыре, не в уничтожении лесов Амазонки, не в вымирании медведей панда, не в курении, не в канцерогенных продуктах и не в кризисе тюремной системы, как объявляют газеты. А именно в той сфере бытия, где трудилась Мария — в сексе.

   Куда-то не туда пошла наша цивилизация, и дело тут не в озоновой дыре, не в уничтожении лесов Амазонки, не в вымирании медведей панда, не в курении, не в канцерогенных продуктах и не в кризисе тюремной системы, как объявляют газеты. А именно в той сфере бытия, где трудилась Мария — в сексе.
3. «

   Передо мной выбор — стать жертвой этого мира или авантюристкой, которая ищет клад, всё зависит от того, как я сама буду смотреть на себя и свою жизнь.

   Передо мной выбор — стать жертвой этого мира или авантюристкой, которая ищет клад, всё зависит от того, как я сама буду смотреть на себя и свою жизнь.

   — Мария · книга
4. «

   В одиннадцать лет, в тот день, когда мальчик спросил, нет ли у меня лишней ручки, я совершила ошибку. Именно тогда я поняла, что жизнь не всегда дает вторую попытку и что подарки, которые иногда она тебе преподносит, лучше принимать. Да, я рискую, но не больше, чем решившись сесть в автобус, привезший меня в Рио, — ведь он мог попасть в аварию. Если я должна хранить верность кому-то или чему-то, то в первую очередь — самой себе. Если ищу любви истинной и большой, то сначала надо устать от мелких чувств, случайных романов. Мой ничтожный опыт учит меня: никто не владеет ничем, все на свете призрачно и зыбко — и это касается и материальных благ, и духовных ценностей. Человек, которому случалось терять то, что, как ему казалось, будет принадлежать ему вечно (а со мной такое бывало часто), в конце концов усваивает, что ему не принадлежит ничего.

   В одиннадцать лет, в тот день, когда мальчик спросил, нет ли у меня лишней ручки, я совершила ошибку. Именно тогда я поняла, что жизнь не всегда дает вторую попытку и что подарки, которые иногда она тебе преподносит, лучше принимать. Да, я рискую, но не больше, чем решившись сесть в автобус, привезший меня в Рио, — ведь он мог попасть в аварию. Если я должна хранить верность кому-то или чему-то, то в первую очередь — самой себе. Если ищу любви истинной и большой, то сначала надо устать от мелких чувств, случайных романов. Мой ничтожный опыт учит меня: никто не владеет ничем, все на свете призрачно и зыбко — и это касается и материальных благ, и духовных ценностей. Человек, которому случалось терять то, что, как ему казалось, будет принадлежать ему вечно (а со мной такое бывало часто), в конце концов усваивает, что ему не принадлежит ничего.
5. «

   «Секс, секс, секс» — вот на чём вертится мир, вот на чём зиждется жизнь, вот о чем твердят реклама, фильмы, книги. И никто не знает, о чём идёт речь. А знают все — ибо инстинкт сильней нас всех вместе взятых, — что это должно быть сделано. Точка.

   «Секс, секс, секс» — вот на чём вертится мир, вот на чём зиждется жизнь, вот о чем твердят реклама, фильмы, книги. И никто не знает, о чём идёт речь. А знают все — ибо инстинкт сильней нас всех вместе взятых, — что это должно быть сделано. Точка.
6. «

   Первородный грех — не в том, что Ева отведала заветный плод, а в том, что поняла — Адам должен разделить с ней то, что она попробовала. Ева боялась идти своей стезей одна, без помощи и поддержки, и потому хотела разделить с кем-нибудь то, что чувствовала.

   Первородный грех — не в том, что Ева отведала заветный плод, а в том, что поняла — Адам должен разделить с ней то, что она попробовала. Ева боялась идти своей стезей одна, без помощи и поддержки, и потому хотела разделить с кем-нибудь то, что чувствовала.
7. «

   Человек сотворен не только для обретения мудрости, но и для того, чтобы пахать землю, ждать дождя, сеять пшеницу, собирать урожай, печь хлеб.

   Человек сотворен не только для обретения мудрости, но и для того, чтобы пахать землю, ждать дождя, сеять пшеницу, собирать урожай, печь хлеб.

   — Мария · книга
8. «

   Искусство любви — сродни живописи: она тоже требует техники, терпения и, главное, навыка. И еще — отваги.

   Искусство любви — сродни живописи: она тоже требует техники, терпения и, главное, навыка. И еще — отваги.

   — Мария · книга
9. «

   — А кто такие курды? И женщина, как ни удивительно, не смогла ответить. Это в порядке вещей: все притворяются осведомленными, а решишься спросить — ничего не знают.

   — А кто такие курды? И женщина, как ни удивительно, не смогла ответить. Это в порядке вещей: все притворяются осведомленными, а решишься спросить — ничего не знают.
10. «

    А что это такое — «сила красоты»? И как живется на свете некрасивым женщинам? У Марии было несколько подруг, которых никто не замечал на вечеринках, которых никто не спрашивал: «Как дела?» Невероятно, но факт — эти дурнушки несравненно меньше ценили перепадавшие им крохи любви, молча страдали, когда оказывались отвергнутыми, и старались смотреть в будущее, находя что-то еще помимо необходимости краситься и наряжаться, чтобы кому-то там понравиться. Они были куда более независимы и жили в ладу с самими собой, хотя, на взгляд Марии, мир должен был им казаться совершенно невыносимым.

    А что это такое — «сила красоты»? И как живется на свете некрасивым женщинам? У Марии было несколько подруг, которых никто не замечал на вечеринках, которых никто не спрашивал: «Как дела?» Невероятно, но факт — эти дурнушки несравненно меньше ценили перепадавшие им крохи любви, молча страдали, когда оказывались отвергнутыми, и старались смотреть в будущее, находя что-то еще помимо необходимости краситься и наряжаться, чтобы кому-то там понравиться. Они были куда более независимы и жили в ладу с самими собой, хотя, на взгляд Марии, мир должен был им казаться совершенно невыносимым.
11. «

    Жизнь слишком коротка — или слишком долга, — чтобы можно было позволить себе роскошь прожить её так скверно.

    Жизнь слишком коротка — или слишком долга, — чтобы можно было позволить себе роскошь прожить её так скверно.
12. «

    И хотя моя цель – понять, что такое любовь, и хотя я страдаю из-за тех, кому отдавала свое сердце, вижу ясно: те, кто трогают меня за душу, не могут воспламенить мою плоть, а те, кто прикасается к моей плоти, бессильны постичь мою душу.

    И хотя моя цель – понять, что такое любовь, и хотя я страдаю из-за тех, кому отдавала свое сердце, вижу ясно: те, кто трогают меня за душу, не могут воспламенить мою плоть, а те, кто прикасается к моей плоти, бессильны постичь мою душу.
13. «

    Ничего общего с одиннадцатью минутами. – Что? – Я люблю тебя. – И я люблю тебя. – Прости. Сама не знаю, что говорю. – И я не знаю.

    Ничего общего с одиннадцатью минутами. – Что? – Я люблю тебя. – И я люблю тебя. – Прости. Сама не знаю, что говорю. – И я не знаю.
14. «

    Будем любить друг друга, но не станем пытаться владеть друг другом.

    Будем любить друг друга, но не станем пытаться владеть друг другом.
15. «

    Я иду по улице, всматриваюсь в лица прохожих, думаю — а они выбрали себе судьбу сами? Или — как это случилось со мной — были выбраны судьбой?

    Я иду по улице, всматриваюсь в лица прохожих, думаю — а они выбрали себе судьбу сами? Или — как это случилось со мной — были выбраны судьбой?

    — Мария · книга
16. «

    Я помню всё, кроме той минуты, когда приняла решение. Забавно — ни малейшего чувства вины. Раньше я всегда считала, что женщинам, торгующим собой, жизнь просто не оставила никакого выбора, — а теперь вижу, что это не так. Я могла сказать «да», могла ответить «нет» — никто ни к чему меня не принуждал, ничего не навязывал.

    Я помню всё, кроме той минуты, когда приняла решение. Забавно — ни малейшего чувства вины. Раньше я всегда считала, что женщинам, торгующим собой, жизнь просто не оставила никакого выбора, — а теперь вижу, что это не так. Я могла сказать «да», могла ответить «нет» — никто ни к чему меня не принуждал, ничего не навязывал.
17. «

    Она уже могла позволить себе покупать книги, однако продолжала посещать библиотеку, превратившуюся в некий мост, который связывал её с реальным миром, — самый прочный и самый долговечный мост.

    Она уже могла позволить себе покупать книги, однако продолжала посещать библиотеку, превратившуюся в некий мост, который связывал её с реальным миром, — самый прочный и самый долговечный мост.
18. «

    Она снова пойдет работать в магазин тканей, выйдет замуж за хозяина – и все это после того, как она летела на самолете через океан, ела швейцарский сыр в Швейцарии, учила французский, оставляла на снегу свои следы.

    Она снова пойдет работать в магазин тканей, выйдет замуж за хозяина – и все это после того, как она летела на самолете через океан, ела швейцарский сыр в Швейцарии, учила французский, оставляла на снегу свои следы.
19. «

    Маркиз де Сад утверждал, что человек может познать свою суть, лишь дойдя до последней черты. Для этого нам требуется все наше мужество — и только так мы учимся чему-то. Когда начальник унижает своего подчиненного или муж — жену, то это либо всего лишь трусость, либо попытка отомстить жизни. Эти люди не осмеливаются заглянуть вглубь своей души и потому никогда не узнают, откуда проистекает желание выпустить на волю дикого хищного зверя, и не поймут, что секс, боль, любовь ставят человека на грань человеческого. И лишь тот, кто побывал на этой грани, знает жизнь. Все прочее — просто времяпрепровождение, повторение одной и той же задачи. Не подойдя к краю, не заглянув в бездну, человек состарится и умрет, так и не узнав, что делал он в этом мире.

    Маркиз де Сад утверждал, что человек может познать свою суть, лишь дойдя до последней черты. Для этого нам требуется все наше мужество — и только так мы учимся чему-то. Когда начальник унижает своего подчиненного или муж — жену, то это либо всего лишь трусость, либо попытка отомстить жизни. Эти люди не осмеливаются заглянуть вглубь своей души и потому никогда не узнают, откуда проистекает желание выпустить на волю дикого хищного зверя, и не поймут, что секс, боль, любовь ставят человека на грань человеческого. И лишь тот, кто побывал на этой грани, знает жизнь. Все прочее — просто времяпрепровождение, повторение одной и той же задачи. Не подойдя к краю, не заглянув в бездну, человек состарится и умрет, так и не узнав, что делал он в этом мире.
20. «

    — Париж останется Парижем. Нет, это не гид из туристического агентства. Это не шофер такси. Ноги у нее подкосились, когда прозвучал этот голос. — Париж останется Парижем?

    — Париж останется Парижем. Нет, это не гид из туристического агентства. Это не шофер такси. Ноги у нее подкосились, когда прозвучал этот голос. — Париж останется Парижем?