28 цитат из книги «Петр Катериничев. Иллюзия отражения» со смыслом

28 цитат из книги «Петр Катериничев. Иллюзия отражения» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Никогда, никогда я не думала, что так люблю и так дорожу собой. До того, что готова пустить себе пулю в висок.

   Никогда, никогда я не думала, что так люблю и так дорожу собой. До того, что готова пустить себе пулю в висок.
2. «

   Все политики и революционеры во все времена провозглашали высокие цели и избирали низкие средства. Полагая, что достигнутая цель оправдает все. Но цели они не достигали никогда. Потому что даже самые жестокие из тиранов и завоевателей были всего лишь бичом для лукавых народов, хлещущим и уничижающим их попущением Божиим для вразумления оставленных жить...

   Все политики и революционеры во все времена провозглашали высокие цели и избирали низкие средства. Полагая, что достигнутая цель оправдает все. Но цели они не достигали никогда. Потому что даже самые жестокие из тиранов и завоевателей были всего лишь бичом для лукавых народов, хлещущим и уничижающим их попущением Божиим для вразумления оставленных жить...
3. «

   Он вовсе не стремился к самоубийству. Просто желал покончить с той жизнью, которой жил и которая ему опостылела.

   Он вовсе не стремился к самоубийству. Просто желал покончить с той жизнью, которой жил и которая ему опостылела.
4. «

   Чтобы куда-то вернуться, это нужно покинуть. Если не уходить, будет мучить тоска по всему, чего ты никогда не узнаешь... Но и гарантий возврата нет. Грустнее другое: никуда невозможно вернуться: мир меняется, и мы вместе с ним.

   Чтобы куда-то вернуться, это нужно покинуть. Если не уходить, будет мучить тоска по всему, чего ты никогда не узнаешь... Но и гарантий возврата нет. Грустнее другое: никуда невозможно вернуться: мир меняется, и мы вместе с ним.
5. «

   – Слушай, может, тебе в психоаналитики податься? Они бешеные деньги загребают. – Не хватит ни образования, ни таланта. Да и сбрендить боюсь. – А в родном отечестве? – Ты давно его покинула. Там всего Фрейда вместе с Юнгом, Берном и Фроммом заменяет добрая сорокоградусная подруга. И – беседа с хорошим человеком. Лучше случайным.

   – Слушай, может, тебе в психоаналитики податься? Они бешеные деньги загребают. – Не хватит ни образования, ни таланта. Да и сбрендить боюсь. – А в родном отечестве? – Ты давно его покинула. Там всего Фрейда вместе с Юнгом, Берном и Фроммом заменяет добрая сорокоградусная подруга. И – беседа с хорошим человеком. Лучше случайным.
6. «

   – Подумайте сами, почему производство ракет, бомб, авианосцев считается престижным, значимым, законным, а производство наркотиков – нет? То же оружие. И – громадная индустрия. Что мне добавить к этому? Что вся история человечества – это история оружия? История войн? История уничтожения? Без противостояния не было бы прогресса. – Сен-Клер помолчал, улыбнулся. – Я вижу, вы со мной не вполне согласны. Или – совсем не согласны. Но мир этот никому не изменить.

   – Подумайте сами, почему производство ракет, бомб, авианосцев считается престижным, значимым, законным, а производство наркотиков – нет? То же оружие. И – громадная индустрия. Что мне добавить к этому? Что вся история человечества – это история оружия? История войн? История уничтожения? Без противостояния не было бы прогресса. – Сен-Клер помолчал, улыбнулся. – Я вижу, вы со мной не вполне согласны. Или – совсем не согласны. Но мир этот никому не изменить.
7. «

   Если творчество – это одиночество, то власть – бездна.

   Если творчество – это одиночество, то власть – бездна.
8. «

   Людям нужны жутковатые сказки, чтобы освободиться от страха смерти, только и всего.

   Людям нужны жутковатые сказки, чтобы освободиться от страха смерти, только и всего.
9. «

   Какой прок от чьих-то смертей, – кроме чувства удовлетворения, конечно, – если они не приносят прибыли?

   Какой прок от чьих-то смертей, – кроме чувства удовлетворения, конечно, – если они не приносят прибыли?
10. «

    – Она была адекватна? – Смотря в чьем понимании. Для поэта ее суждения показались бы вполне здравыми, для чиновника... Префект поморщился так, словно разжевал лимон: – Вот в это – особое мироощущение поэтов – я, простите, не верю. Если у них не будет денег на кусок хлеба... – Они все равно останутся поэтами.

    – Она была адекватна? – Смотря в чьем понимании. Для поэта ее суждения показались бы вполне здравыми, для чиновника... Префект поморщился так, словно разжевал лимон: – Вот в это – особое мироощущение поэтов – я, простите, не верю. Если у них не будет денег на кусок хлеба... – Они все равно останутся поэтами.
11. «

    – Ага. Не уходи никуда, Дрон. – Через парапет? Я не хочу становиться звездой. – Все хотят. Не у всех выходит.

    – Ага. Не уходи никуда, Дрон. – Через парапет? Я не хочу становиться звездой. – Все хотят. Не у всех выходит.
12. «

    Дом. Так уж устроены люди, что стараются назвать домом любое жилище, в котором задержались хоть на какое-то время. И хотя все мы умом понимаем, что тесное обиталище на теплой, но чужой земле домом от того не становится, а все же... Жить легче, если считать именно так.

    Дом. Так уж устроены люди, что стараются назвать домом любое жилище, в котором задержались хоть на какое-то время. И хотя все мы умом понимаем, что тесное обиталище на теплой, но чужой земле домом от того не становится, а все же... Жить легче, если считать именно так.
13. «

    Счастлива? Была ли я счастлива? О да. Я и теперь счастлива... моими воспоминаниями. Ведь все ушедшие живы в моей памяти, они предо мной – словно наяву, живые, молодые, веселые... Да, я счастлива. Вот только переносить это счастье мне порой невмоготу.

    Счастлива? Была ли я счастлива? О да. Я и теперь счастлива... моими воспоминаниями. Ведь все ушедшие живы в моей памяти, они предо мной – словно наяву, живые, молодые, веселые... Да, я счастлива. Вот только переносить это счастье мне порой невмоготу.
14. «

    С умниками порой так и случается: пока они доказывают миру свою неповторимость и гениальность, приходит сильный, наглый и дерзкий и ставит крест на всех их начинаниях и завершениях.

    С умниками порой так и случается: пока они доказывают миру свою неповторимость и гениальность, приходит сильный, наглый и дерзкий и ставит крест на всех их начинаниях и завершениях.
15. «

    Так уж случается в жизни, что все мы снова и снова, как в ранней юности, оказываемся в начале пути. У подножия. И заснеженная вершина Килиманджаро все так же сияет недостижимым покоем, и то, что ты был на этой вершине или рядом, совсем рядом, теперь вспоминается сном, видением, миражом... И нужно все начинать сызнова. И даже прошлое твое кажется мнимым, несущественным, и даже когда ты возвращаешься в знакомые, но давно оставленные тобою места, то так и не можешь поверить, что все, что происходило здесь когда-то, было для тебя единственным, неповторимым, важным. Было когда-то твоею жизнью. И тогда понимаешь, что со временем и сам ты изменился уже настолько, что не можешь вернуться к себе – прежнему... Хотя... В глубине души ты так и остался прежним: веселым и застенчивым мальчуганом, принимающим эту жизнь на веру – так, как только ее и надо принимать. И лишь затаенная горечь в глубине сердца напоминает о том, что за спиною – череда потерь, предательств, разочарований... И ты запрокидываешь голову и смотришь на звезды. И понимаешь, что и это пройдет.

    Так уж случается в жизни, что все мы снова и снова, как в ранней юности, оказываемся в начале пути. У подножия. И заснеженная вершина Килиманджаро все так же сияет недостижимым покоем, и то, что ты был на этой вершине или рядом, совсем рядом, теперь вспоминается сном, видением, миражом... И нужно все начинать сызнова. И даже прошлое твое кажется мнимым, несущественным, и даже когда ты возвращаешься в знакомые, но давно оставленные тобою места, то так и не можешь поверить, что все, что происходило здесь когда-то, было для тебя единственным, неповторимым, важным. Было когда-то твоею жизнью. И тогда понимаешь, что со временем и сам ты изменился уже настолько, что не можешь вернуться к себе – прежнему... Хотя... В глубине души ты так и остался прежним: веселым и застенчивым мальчуганом, принимающим эту жизнь на веру – так, как только ее и надо принимать. И лишь затаенная горечь в глубине сердца напоминает о том, что за спиною – череда потерь, предательств, разочарований... И ты запрокидываешь голову и смотришь на звезды. И понимаешь, что и это пройдет.
16. «

    ...случайность – лишь звено в цепи закономерностей. Просто мы эти закономерности не видим. Одни потому, что просто не дано. Другие – потому, что не хотим замечать.

    ...случайность – лишь звено в цепи закономерностей. Просто мы эти закономерности не видим. Одни потому, что просто не дано. Другие – потому, что не хотим замечать.
17. «

    Некогда один мой преподаватель говорил так: некоторым университетский диплом не просто не нужен, но вреден: он дает им основания думать о себе то, что они собой совершенно не представляют. И – это всего лишь диплом, бумажка. А есть еще автомобили, яхты, украшения...

    Некогда один мой преподаватель говорил так: некоторым университетский диплом не просто не нужен, но вреден: он дает им основания думать о себе то, что они собой совершенно не представляют. И – это всего лишь диплом, бумажка. А есть еще автомобили, яхты, украшения...
18. «

    Люди очень любят себя, и они любят себя всякими! А зеркало... Что зеркало? Только стекло. – Подумал, добавил грустно: – Оно не выявляет уродства, но и не скрывает его. Да, люди обожают себя. О-божают! Делают из себя божков! Идолов! Кумиров! И – поклоняются себе самим и – больше никому. Таков мир.

    Люди очень любят себя, и они любят себя всякими! А зеркало... Что зеркало? Только стекло. – Подумал, добавил грустно: – Оно не выявляет уродства, но и не скрывает его. Да, люди обожают себя. О-божают! Делают из себя божков! Идолов! Кумиров! И – поклоняются себе самим и – больше никому. Таков мир.
19. «

    Когда гибнут свои, их заносят в списки жертв; убитых врагов всегда именуют трупами.

    Когда гибнут свои, их заносят в списки жертв; убитых врагов всегда именуют трупами.
20. «

    Любой путь – всего лишь путешествие из дома домой. И в пути этом мы обретаем то, чего потерять нельзя.

    Любой путь – всего лишь путешествие из дома домой. И в пути этом мы обретаем то, чего потерять нельзя.