49 цитат из книги «Ричард Бах. Чайка по имени Джонатан Ливингстон» со смыслом

49 цитат из книги «Ричард Бах. Чайка по имени Джонатан Ливингстон» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если наша дружба зависит от таких условностей, как пространство и время, значит, мы сами разрушим наше братство в тот миг, когда сумеем преодолеть пространство и время!

   Если наша дружба зависит от таких условностей, как пространство и время, значит, мы сами разрушим наше братство в тот миг, когда сумеем преодолеть пространство и время!
2. «

   Для нас не должно существовать никаких пределов.

   Для нас не должно существовать никаких пределов.
3. «

   Продолжай поиски самого себя — вот что тебе нужно, старайся каждый день хоть на шаг приблизиться к подлинному всемогущему Флетчеру.

   Продолжай поиски самого себя — вот что тебе нужно, старайся каждый день хоть на шаг приблизиться к подлинному всемогущему Флетчеру.

   — Джонатан Ливингстон · книга
4. «

   Ты не должен бороться за то, чтобы жить так, как ты хочешь. Живи так, как ты хочешь, и плати за это требуемую цену, какой бы она ни была.

   Ты не должен бороться за то, чтобы жить так, как ты хочешь. Живи так, как ты хочешь, и плати за это требуемую цену, какой бы она ни была.
5. «

   Он почувствовал облегчение, приняв решение быть одним из Стаи. Ведь тем самым он разрывал свою связь с Силой, заставляющей его искать знание. Так он избавлялся и от борьбы, и от поражения. Было так приятно просто прекратить думать и молча лететь во тьме к огням, мерцавшим вдали над пляжем.

   Он почувствовал облегчение, приняв решение быть одним из Стаи. Ведь тем самым он разрывал свою связь с Силой, заставляющей его искать знание. Так он избавлялся и от борьбы, и от поражения. Было так приятно просто прекратить думать и молча лететь во тьме к огням, мерцавшим вдали над пляжем.
6. «

   Суть в том, чтобы осознать: твоя истинная природа, твоя сущность — совершенная, как ненаписанное число, существует всегда и везде во времени и пространстве.

   Суть в том, чтобы осознать: твоя истинная природа, твоя сущность — совершенная, как ненаписанное число, существует всегда и везде во времени и пространстве.

   — Чианг · книга
7. «

   Смысл жизни в том, чтобы достигнуть совершенства и рассказать об этом другим.

   Смысл жизни в том, чтобы достигнуть совершенства и рассказать об этом другим.

   — Салливан · книга
8. «

   А когда и это будет достигнуто, ты будешь готов к самому труднодоступному, к тому, что несет в себе величайшую из всех сил, а также радость и наслаждение, равных которым не бывает. Ибо тогда ты сможешь начать восходящее движение — то самое, которым дается постижение сущности любви и доброты.

   А когда и это будет достигнуто, ты будешь готов к самому труднодоступному, к тому, что несет в себе величайшую из всех сил, а также радость и наслаждение, равных которым не бывает. Ибо тогда ты сможешь начать восходящее движение — то самое, которым дается постижение сущности любви и доброты.

   — Чианг · книга
9. «

   Ты приблизишься к небесам, Джонатан, когда приблизишься к совершенной скорости. Это не значит, что ты должен пролететь тысячу миль в час, или миллион, или научиться летать со скоростью света. Потому что любая цифра — это предел, а совершенство не знает предела.

   Ты приблизишься к небесам, Джонатан, когда приблизишься к совершенной скорости. Это не значит, что ты должен пролететь тысячу миль в час, или миллион, или научиться летать со скоростью света. Потому что любая цифра — это предел, а совершенство не знает предела.
10. «

    Мы выбираем следующий мир в согласии с тем, чему мы научились в этом. Если мы не научились ничему, следующий мир окажется точно таким же, как этот, и нам придется снова преодолевать те же преграды с теми же свинцовыми гирями на лапах.

    Мы выбираем следующий мир в согласии с тем, чему мы научились в этом. Если мы не научились ничему, следующий мир окажется точно таким же, как этот, и нам придется снова преодолевать те же преграды с теми же свинцовыми гирями на лапах.

    — Салливан · книга
11. «

    Большинство чаек не стремится узнать о полете ничего кроме самого необходимого: как долететь от берега до пищи и вернуться назад. Для большинства чаек главное — еда, а не полет. Больше всего на свете Джонатан Ливингстон любил летать. Но подобное пристрастие, как он понял, не внушает уважения птицам. Даже его родители были встревожены тем, что Джонатан целые дни проводит в одиночестве и, занимаясь своими опытами, снова и снова планирует над самой водой.

    Большинство чаек не стремится узнать о полете ничего кроме самого необходимого: как долететь от берега до пищи и вернуться назад. Для большинства чаек главное — еда, а не полет. Больше всего на свете Джонатан Ливингстон любил летать. Но подобное пристрастие, как он понял, не внушает уважения птицам. Даже его родители были встревожены тем, что Джонатан целые дни проводит в одиночестве и, занимаясь своими опытами, снова и снова планирует над самой водой.

    — Чайка Джонатан Ливингстон · книга
12. «

    Мы вправе лететь, куда хотим, и быть такими, какими мы созданы.

    Мы вправе лететь, куда хотим, и быть такими, какими мы созданы.

    — Джонатан Ливингстон · книга
13. «

    Какая же тут безответственность — понять, в чем смысл жизни и открыть пути достижения высшей цели бытия? Скорее, наоборот — посвятивший себя этому как раз и проявляет максимум ответственности.

    Какая же тут безответственность — понять, в чем смысл жизни и открыть пути достижения высшей цели бытия? Скорее, наоборот — посвятивший себя этому как раз и проявляет максимум ответственности.

    — Джонатан Ливингстон · книга
14. «

    Но скорость – это мощь, скорость – это радость, скорость – это незамутненная красота.

    Но скорость – это мощь, скорость – это радость, скорость – это незамутненная красота.
15. «

    Всё ваше тело от кончика одного крыла до кончика другого — это не что иное, как ваша мысль, выраженная в форме, доступной вашему зрению. Разбейте цепи, сковывающие вашу мысль, и вы разобьёте цепи, сковывающие ваше тело...

    Всё ваше тело от кончика одного крыла до кончика другого — это не что иное, как ваша мысль, выраженная в форме, доступной вашему зрению. Разбейте цепи, сковывающие вашу мысль, и вы разобьёте цепи, сковывающие ваше тело...

    — Джонатан Ливингстон · книга
16. «

    Каждый поворот, которого ты боишься, — лишь пустота, которая прикидывается неодолимой преисподней.

    Каждый поворот, которого ты боишься, — лишь пустота, которая прикидывается неодолимой преисподней.
17. «

    Флетчер вдруг действительно понял, что в Джонатане было столько же необыкновенного, сколько в нем самом. «Предела нет, Джонатан? — подумал он — ну что же, тогда недалек час, когда я вынырну из поднебесья на твоем берегу и покажу тебе кое-какие новые приемы полета!» И хотя Флетчер старался смотреть на своих учеников с подобающей суровостью, он вдруг увидел их всех такими, какими они были на самом деле, увидел на мгновение, но в это мгновение они не только понравились ему — он полюбил их всех. «Предела нет, Джонатан?» — подумал он с улыбкой. И устремился в погоню за знаниями.

    Флетчер вдруг действительно понял, что в Джонатане было столько же необыкновенного, сколько в нем самом. «Предела нет, Джонатан? — подумал он — ну что же, тогда недалек час, когда я вынырну из поднебесья на твоем берегу и покажу тебе кое-какие новые приемы полета!» И хотя Флетчер старался смотреть на своих учеников с подобающей суровостью, он вдруг увидел их всех такими, какими они были на самом деле, увидел на мгновение, но в это мгновение они не только понравились ему — он полюбил их всех. «Предела нет, Джонатан?» — подумал он с улыбкой. И устремился в погоню за знаниями.

    — Флетчер Линд · книга
18. «

    Летать – это вовсе не значит махать крыльями, чтобы перемещаться с места на место. Это умеет даже... даже комар.

    Летать – это вовсе не значит махать крыльями, чтобы перемещаться с места на место. Это умеет даже... даже комар.

    — Флетчер Линд · книга
19. «

    Стая — сообщество существ, упорно не желавших открыть глаза и увидеть радость полета и поэтому превративших свои крылья в ограниченный инструмент.

    Стая — сообщество существ, упорно не желавших открыть глаза и увидеть радость полета и поэтому превративших свои крылья в ограниченный инструмент.
20. «

    Самым важным в жизни было устремление к совершенству в том, что они любили больше всего.

    Самым важным в жизни было устремление к совершенству в том, что они любили больше всего.