30 цитат из книги «Ричард Шеперд. Неестественные причины. Записки судмедэксперта» без воды

30 цитат из книги «Ричард Шеперд. Неестественные причины. Записки судмедэксперта» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Меня встревожило, когда в начале своей карьеры я узнал, что судмедэксперт по умолчанию считается правым. Присвоение квалификации судебно-медицинского эксперта – это превращение из не совсем уверенного практиканта, которому ещё было чему учиться, в эксперта, не имеющего права на ошибку. Так что, если вам доводилось восхищаться тем, как ничего не значащий Кларк Кент превратился в неуязвимого Супермена, представьте себе, каково это было для самого Кента. Могу сказать наверняка, что лично для меня этот плащ неуязвимости стал тяжёлой ношей. Но почему так? Почему я должен всегда быть прав, если в самой природе заложено иногда допускать ошибки? Ответ: потому что в нашей состязательной системе правосудия нет места для «может быть», «наверное» или «возможно».

   Меня встревожило, когда в начале своей карьеры я узнал, что судмедэксперт по умолчанию считается правым. Присвоение квалификации судебно-медицинского эксперта – это превращение из не совсем уверенного практиканта, которому ещё было чему учиться, в эксперта, не имеющего права на ошибку. Так что, если вам доводилось восхищаться тем, как ничего не значащий Кларк Кент превратился в неуязвимого Супермена, представьте себе, каково это было для самого Кента. Могу сказать наверняка, что лично для меня этот плащ неуязвимости стал тяжёлой ношей. Но почему так? Почему я должен всегда быть прав, если в самой природе заложено иногда допускать ошибки? Ответ: потому что в нашей состязательной системе правосудия нет места для «может быть», «наверное» или «возможно».
2. «

   Каким же удивительным механизмом в тот день мне представилось человеческое тело. Страх сняло как рукой, и я с головой погрузился в свою работу. Но у меня ещё оставалось время, чтобы восхититься организмом: запутанными системами его органов, их цветами, их красотой. Кровь была не простой красной – она была алой. Желчный пузырь был не просто зелёным – это был зелёный цвет листвы в джунглях. Мозг белый и серый – причём серый не как ноябрьское небо, а как серебристая рыба в воде. Печень не просто коричневая, как школьная форма, а насыщенного коричнево-красного цвета свежевспаханного поля.

   Каким же удивительным механизмом в тот день мне представилось человеческое тело. Страх сняло как рукой, и я с головой погрузился в свою работу. Но у меня ещё оставалось время, чтобы восхититься организмом: запутанными системами его органов, их цветами, их красотой. Кровь была не простой красной – она была алой. Желчный пузырь был не просто зелёным – это был зелёный цвет листвы в джунглях. Мозг белый и серый – причём серый не как ноябрьское небо, а как серебристая рыба в воде. Печень не просто коричневая, как школьная форма, а насыщенного коричнево-красного цвета свежевспаханного поля.
3. «

   Поскольку я прихожу в суд, чтобы предоставить научные доказательства, а не судить, я старался тогда и стараюсь сейчас не смотреть на обвиняемого.

   Поскольку я прихожу в суд, чтобы предоставить научные доказательства, а не судить, я старался тогда и стараюсь сейчас не смотреть на обвиняемого.
4. «

   Я перестал пытаться ограждать скорбящих от их горя, вместо этого начав стараться как можно более мягко преподносить им правду — при этом признавая, что правда не всегда простая и цельная.

   Я перестал пытаться ограждать скорбящих от их горя, вместо этого начав стараться как можно более мягко преподносить им правду — при этом признавая, что правда не всегда простая и цельная.
5. «

   У судмедэксперта, в отличие от обычных патологов, есть пациенты. Только, в отличие от пациентов всех остальных врачей, его пациенты мертвы изначально.

   У судмедэксперта, в отличие от обычных патологов, есть пациенты. Только, в отличие от пациентов всех остальных врачей, его пациенты мертвы изначально.
6. «

   Меня всегда поражало, насколько неприметными казались большинство убийц. Столь многие из них выглядели подобно тем тихоням, на которых толком и внимания не обратишь, усевшись рядом с ними в поезде, пока они услужливо не поднимут оброненный тобою билет.

   Меня всегда поражало, насколько неприметными казались большинство убийц. Столь многие из них выглядели подобно тем тихоням, на которых толком и внимания не обратишь, усевшись рядом с ними в поезде, пока они услужливо не поднимут оброненный тобою билет.
7. «

   Сердце – это орган, способный уместиться в ладони. Такой маленький, но такой надёжный небольшой кулачок, сжимающийся и разжимающийся 70 раз в минуту, днём и ночью, год за годом, за всю жизнь человека совершая 30 млрд ударов. Верный друг. Пока не перестанет биться. Я должен был отплатить ему за верность, следить за своим питанием, заниматься спортом, бороться с курением и стрессом. Точно так же я понимал, что должен время от времени давать своей печени отдохнуть от алкоголя, чтобы она могла выполнять свою волшебную работу по самовосстановлению. Отличные решения, все до единого. Которые быстро забываются.

   Сердце – это орган, способный уместиться в ладони. Такой маленький, но такой надёжный небольшой кулачок, сжимающийся и разжимающийся 70 раз в минуту, днём и ночью, год за годом, за всю жизнь человека совершая 30 млрд ударов. Верный друг. Пока не перестанет биться. Я должен был отплатить ему за верность, следить за своим питанием, заниматься спортом, бороться с курением и стрессом. Точно так же я понимал, что должен время от времени давать своей печени отдохнуть от алкоголя, чтобы она могла выполнять свою волшебную работу по самовосстановлению. Отличные решения, все до единого. Которые быстро забываются.
8. «

   Главное правило для громких смертей заключается в том, чтобы притормозить. Делать всё медленно. Правильно и в строгой последовательности выполнить все процедуры. Лучше уж соблюсти все эти правила, потому что в случае смерти знаменитости все твои действия будут ещё долгое время обсуждаться как публично, так и за закрытыми дверями. Непосредственно во время происходящего судмедэксперт оказывается под давлением обстоятельств, требующих от него немедленно со всем разобраться. В два раза быстрее, чем обычно, и с использованием лишь половины имеющейся обычно информации. Немедленно дать ответ на сложные медицинские вопросы. Я на своём горьком опыте убедился, что благодарности потом в таких делах ни от кого не дождёшься. Тебя только и делают, что критикуют – ты либо сделал что-то, чего делать не следовало, либо (как это чаще всего бывает) не сделал того, что, возможно, стоило сделать.

   Главное правило для громких смертей заключается в том, чтобы притормозить. Делать всё медленно. Правильно и в строгой последовательности выполнить все процедуры. Лучше уж соблюсти все эти правила, потому что в случае смерти знаменитости все твои действия будут ещё долгое время обсуждаться как публично, так и за закрытыми дверями. Непосредственно во время происходящего судмедэксперт оказывается под давлением обстоятельств, требующих от него немедленно со всем разобраться. В два раза быстрее, чем обычно, и с использованием лишь половины имеющейся обычно информации. Немедленно дать ответ на сложные медицинские вопросы. Я на своём горьком опыте убедился, что благодарности потом в таких делах ни от кого не дождёшься. Тебя только и делают, что критикуют – ты либо сделал что-то, чего делать не следовало, либо (как это чаще всего бывает) не сделал того, что, возможно, стоило сделать.
9. «

   Когда я провожу вскрытия, то отношусь к мёртвым не просто со всем уважением, которое ожидает от меня цивилизованное общество, — я отношусь к ним с любовью, как к своим собратьям. Я определяю точную причину смерти, и мне крайне неприятно, что меня воспринимают каким-то таинственным мясником в плаще. Я искренне надеюсь, что те, с кем мне довелось поговорить лично, кто слышал в суде мои показания относительно смерти своих родных, понимали, что я выполнял свою работу со всем уважением. А также с любовью к человечеству, как я себе это представляю.

   Когда я провожу вскрытия, то отношусь к мёртвым не просто со всем уважением, которое ожидает от меня цивилизованное общество, — я отношусь к ним с любовью, как к своим собратьям. Я определяю точную причину смерти, и мне крайне неприятно, что меня воспринимают каким-то таинственным мясником в плаще. Я искренне надеюсь, что те, с кем мне довелось поговорить лично, кто слышал в суде мои показания относительно смерти своих родных, понимали, что я выполнял свою работу со всем уважением. А также с любовью к человечеству, как я себе это представляю.
10. «

    Судмедэксперты — люди, выполняющие работу, на которую у всех остальных не хватило бы духу.

    Судмедэксперты — люди, выполняющие работу, на которую у всех остальных не хватило бы духу.
11. «

    Должен сказать, что вызывать родных для опознания тела и разрешать им на него посмотреть после того, как судмедэксперты и полиция уверены, что установили его личность, – это две совершенно разные вещи. Лично я убеждён, что каждый желающий это сделать родственник имеет полное право увидеть тело своего близкого. Крайне жестоко лишать – по какой бы то ни было причине – семью этой возможности лично попрощаться с покойным.

    Должен сказать, что вызывать родных для опознания тела и разрешать им на него посмотреть после того, как судмедэксперты и полиция уверены, что установили его личность, – это две совершенно разные вещи. Лично я убеждён, что каждый желающий это сделать родственник имеет полное право увидеть тело своего близкого. Крайне жестоко лишать – по какой бы то ни было причине – семью этой возможности лично попрощаться с покойным.
12. «

    Я обманывал себя, убеждая, будто можно отделить собственные эмоции от всего, с чем мне приходится иметь дело ежедневно: от свидетельств бесчеловечных поступков людей по отношению друг к другу. Не испытывать ничего, помимо научного любопытства, когда сталкиваешься со смертельными проявлениями безумия, безрассудства, бесконечной уязвимости человеческого рода. Вести себя по-мужски, как это делали, казалось, все мои коллеги. Быть неуязвимым на работе, никак не реагировать на тот музей человеческой ничтожности, коим является морг, где выставляется напоказ человеческая сущность; не переживать из-за того, как порой сложно отличить, что правильно, а что нет. А затем, подробно Кларку Кенту, заходить в свой дом и мгновенно превращаться в любящего и заботливого, чуткого и всецело отдающего себя мужа и отца, который, как мне казалось, скрывался за моей рабочей маской.

    Я обманывал себя, убеждая, будто можно отделить собственные эмоции от всего, с чем мне приходится иметь дело ежедневно: от свидетельств бесчеловечных поступков людей по отношению друг к другу. Не испытывать ничего, помимо научного любопытства, когда сталкиваешься со смертельными проявлениями безумия, безрассудства, бесконечной уязвимости человеческого рода. Вести себя по-мужски, как это делали, казалось, все мои коллеги. Быть неуязвимым на работе, никак не реагировать на тот музей человеческой ничтожности, коим является морг, где выставляется напоказ человеческая сущность; не переживать из-за того, как порой сложно отличить, что правильно, а что нет. А затем, подробно Кларку Кенту, заходить в свой дом и мгновенно превращаться в любящего и заботливого, чуткого и всецело отдающего себя мужа и отца, который, как мне казалось, скрывался за моей рабочей маской.
13. «

    Проведение вскрытия окоченевшего тела связано с определенными проблемами — если, конечно, покойник не был так любезен погибнуть, лежа на спине с руками по швам.

    Проведение вскрытия окоченевшего тела связано с определенными проблемами — если, конечно, покойник не был так любезен погибнуть, лежа на спине с руками по швам.
14. «

    Судебная медицина учит осматривать микропрепараты полностью – всегда есть вероятность наличия с одного края небольшого кусочка раковой опухоли. То же самое правило применимо и к фотографиям.

    Судебная медицина учит осматривать микропрепараты полностью – всегда есть вероятность наличия с одного края небольшого кусочка раковой опухоли. То же самое правило применимо и к фотографиям.
15. «

    … я был намерен придерживаться правды, прекрасной в своей простоте, и не позволить предательским эмоциям эту правду запутать.

    … я был намерен придерживаться правды, прекрасной в своей простоте, и не позволить предательским эмоциям эту правду запутать.
16. «

    Я напомнил себе, что стал судебно-медицинским экспертом, чтобы вскрывать правду. Это означало, что я должен стоять за правду горой, как бы сильно меня ни убеждали её исказить. Теперь-то я понимаю, что это лишь благородные мысли увлечённого молодого человека с недостатком опыта. За моими плечами было ещё недостаточно много дел, чтобы понять, насколько гибкими являются понятия истины для некоторых людей, а также насколько любая правда подвержена изменениям в зависимости от толкования, чьей-то интуиции и предрассудков, даже если речь идёт, казалось бы, о научно доказанных фактах. Хотя мне уже и доводилось видеть некоторые примеры эластичности правды. В суде, например. Однако в целом я продолжал заблуждаться, будто можно найти такой моральный путь, который все вокруг посчитают правильным и безупречным.

    Я напомнил себе, что стал судебно-медицинским экспертом, чтобы вскрывать правду. Это означало, что я должен стоять за правду горой, как бы сильно меня ни убеждали её исказить. Теперь-то я понимаю, что это лишь благородные мысли увлечённого молодого человека с недостатком опыта. За моими плечами было ещё недостаточно много дел, чтобы понять, насколько гибкими являются понятия истины для некоторых людей, а также насколько любая правда подвержена изменениям в зависимости от толкования, чьей-то интуиции и предрассудков, даже если речь идёт, казалось бы, о научно доказанных фактах. Хотя мне уже и доводилось видеть некоторые примеры эластичности правды. В суде, например. Однако в целом я продолжал заблуждаться, будто можно найти такой моральный путь, который все вокруг посчитают правильным и безупречным.
17. «

    Казалось, я столкнулся с чем-то необъятным и неизведанным. Смерть со всей своей безграничностью, которой я всегда умудрялся избегать в своей работе, внезапно начала поглощать меня с головой.

    Казалось, я столкнулся с чем-то необъятным и неизведанным. Смерть со всей своей безграничностью, которой я всегда умудрялся избегать в своей работе, внезапно начала поглощать меня с головой.
18. «

    Смерть — это процесс, в ходе которого каждый орган нашего тела отказывает со своей собственной скоростью.

    Смерть — это процесс, в ходе которого каждый орган нашего тела отказывает со своей собственной скоростью.
19. «

    – Когда мы смотрим на мёртвое тело, – сказал я полицейскому, – мы ни в коем случае не забываем, что раньше это был человек, про его скорбящих родных, о том, что покойный и его семья заслуживают уважения. Мы собираемся помочь им всем, пытаясь выяснить, что именно случилось. Мы ищем доказательства, мы хотим, чтобы тело поведало нам свою историю. Для всех скорбящих по нему людей важно, чтобы мы отложили наши собственные чувства в сторонку и хорошенько ради них потрудились.

    – Когда мы смотрим на мёртвое тело, – сказал я полицейскому, – мы ни в коем случае не забываем, что раньше это был человек, про его скорбящих родных, о том, что покойный и его семья заслуживают уважения. Мы собираемся помочь им всем, пытаясь выяснить, что именно случилось. Мы ищем доказательства, мы хотим, чтобы тело поведало нам свою историю. Для всех скорбящих по нему людей важно, чтобы мы отложили наши собственные чувства в сторонку и хорошенько ради них потрудились.
20. «

    Я перестал пытаться ограждать скорбящих от их горя, вместо этого начав стараться как можно более мягко преподносить им правду – при этом признавая, что правда не всегда простая и цельная. Она может порой состоять из множества кусочков, не все из которых мне удаётся разглядеть. Кроме того, правда может быть разной в зависимости от того, с какой стороны на неё посмотреть – и, как результат, некоторые семьи просят сказать им правду, если она не совпадает с их ожиданиями и предположениями.

    Я перестал пытаться ограждать скорбящих от их горя, вместо этого начав стараться как можно более мягко преподносить им правду – при этом признавая, что правда не всегда простая и цельная. Она может порой состоять из множества кусочков, не все из которых мне удаётся разглядеть. Кроме того, правда может быть разной в зависимости от того, с какой стороны на неё посмотреть – и, как результат, некоторые семьи просят сказать им правду, если она не совпадает с их ожиданиями и предположениями.