19 известных цитат из книги «Сайкс Сэм. Семь клинков во мраке»

Собрали 19 цитат из книги «Сайкс Сэм. Семь клинков во мраке» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Не бойся тех, кто рыскает вокруг дома. Они могут лишь убить. Бойся тех, кто внутри, – они могут ранить.

   Не бойся тех, кто рыскает вокруг дома. Они могут лишь убить. Бойся тех, кто внутри, – они могут ранить.
2. «

   Второе, что нужно, если хочешь узнать, из чего сделан человек, – вложить в его руки оружие. Если у человека есть хоть капля разума, он это оружие мигом уберет.

   Второе, что нужно, если хочешь узнать, из чего сделан человек, – вложить в его руки оружие. Если у человека есть хоть капля разума, он это оружие мигом уберет.
3. «

   Прекрасная штука — когда ложь складывается в единую картину.

   Прекрасная штука — когда ложь складывается в единую картину.
4. «

   Они проходят через войну, боль, страдания, продолжая упорно придерживаться традиций, из-за которых неспособны признать любовь друг к другу. И ты гадаешь, почему они не могут просто взять и открыться, но тогда это уже будет не их любовь. А всего лишь обычные ухаживания.

   Они проходят через войну, боль, страдания, продолжая упорно придерживаться традиций, из-за которых неспособны признать любовь друг к другу. И ты гадаешь, почему они не могут просто взять и открыться, но тогда это уже будет не их любовь. А всего лишь обычные ухаживания.
5. «

   Под конец, если хочешь знать, из чего сделан человек, нужно взглянуть ему в лицо и услышать, как он произнесет твое имя.

   Под конец, если хочешь знать, из чего сделан человек, нужно взглянуть ему в лицо и услышать, как он произнесет твое имя.
6. «

   Если хочешь узнать, из чего сделан человек, нужны три вещи. Первое – смотри, как он поступит, когда погода испортится.

   Если хочешь узнать, из чего сделан человек, нужны три вещи. Первое – смотри, как он поступит, когда погода испортится.
7. «

   Ты никогда не узнаешь человека, пока не увидишь его в гневе. Никогда не узнаешь оружия, пока оно тебя не подведёт. И никогда не узнаешь город, пока не сядет солнце.

   Ты никогда не узнаешь человека, пока не увидишь его в гневе. Никогда не узнаешь оружия, пока оно тебя не подведёт. И никогда не узнаешь город, пока не сядет солнце.
8. «

   «Тысяча людей, что встретятся тебе, подобны тысяче цветков, тысяче ароматов на ветру – миг наслаждения, и они пропали». [...] Как показывает мой опыт, они не очень-то похожи на цветы; скорее – на раны, на сотни мелких порезов, которые копятся всю жизнь. Некоторые ты едва замечаешь, они исцеляются быстро, без единого следа. Другие, глубокие, заживают погано, и ты носишь шрамы до конца дней. А иные ты постоянно раздираешь. [...] Хотя ты хорошо знаешь, что не стоит этого делать.

   «Тысяча людей, что встретятся тебе, подобны тысяче цветков, тысяче ароматов на ветру – миг наслаждения, и они пропали». [...] Как показывает мой опыт, они не очень-то похожи на цветы; скорее – на раны, на сотни мелких порезов, которые копятся всю жизнь. Некоторые ты едва замечаешь, они исцеляются быстро, без единого следа. Другие, глубокие, заживают погано, и ты носишь шрамы до конца дней. А иные ты постоянно раздираешь. [...] Хотя ты хорошо знаешь, что не стоит этого делать.
9. «

   Первым возвращается дыхание. [...] Второй приходит боль.

   Первым возвращается дыхание. [...] Второй приходит боль.
10. «

    Боль способна замедлить время. Она может красть у тебя часы, дни, годы жизни – когда ты либо её страшишься, либо ждёшь, когда она уйдёт.

    Боль способна замедлить время. Она может красть у тебя часы, дни, годы жизни – когда ты либо её страшишься, либо ждёшь, когда она уйдёт.
11. «

    Что бы там ни втирали оперы, смерть без желания изменить прожитое означает, что у тебя изначально не было надежд на лучшее. Умирая, люди жалеют о том, чего всегда хотели, но так и не сделали.

    Что бы там ни втирали оперы, смерть без желания изменить прожитое означает, что у тебя изначально не было надежд на лучшее. Умирая, люди жалеют о том, чего всегда хотели, но так и не сделали.
12. «

    В этом и заключается ложь. Можно закалить ее крепче некуда, отшлифовать до блеска, отточить так, что она разрежет и камень, но метнет ее все равно твоя рука. И всякий раз ты рискуешь промазать.

    В этом и заключается ложь. Можно закалить ее крепче некуда, отшлифовать до блеска, отточить так, что она разрежет и камень, но метнет ее все равно твоя рука. И всякий раз ты рискуешь промазать.
13. «

    Люди – это раны. Они болят и кровоточат. Некоторые – совсем недолго. Иные не прекратят, пока ты их не заставишь.

    Люди – это раны. Они болят и кровоточат. Некоторые – совсем недолго. Иные не прекратят, пока ты их не заставишь.
14. «

    В операх умирают громко. Злодеи произносят предсмертные монологи, герои сокрушаются о тщетности бытия, иногда просто громко кричат, если автор ничего больше не придумал. И вы понимаете, что их смерть имеет значение, что у всех боев и кровопролития была причина. В жизни люди умирают тихо и бессмысленно. Как огоньки, мигнут на мгновение и гаснут, оставляя после себя холод и пустоту. Никакого смысла, никакого решения, только темное пятно там, где раньше был человек.

    В операх умирают громко. Злодеи произносят предсмертные монологи, герои сокрушаются о тщетности бытия, иногда просто громко кричат, если автор ничего больше не придумал. И вы понимаете, что их смерть имеет значение, что у всех боев и кровопролития была причина. В жизни люди умирают тихо и бессмысленно. Как огоньки, мигнут на мгновение и гаснут, оставляя после себя холод и пустоту. Никакого смысла, никакого решения, только темное пятно там, где раньше был человек.
15. «

    — Я крупнее. — Но ранена. — И я злее. — Я умнее. — У меня очень большой револьвер. — Если хочешь закончить наш спор прямо сейчас, не стесняйся его на меня направить.

    — Я крупнее. — Но ранена. — И я злее. — Я умнее. — У меня очень большой револьвер. — Если хочешь закончить наш спор прямо сейчас, не стесняйся его на меня направить.

    — Сэл Какофония · книга
16. «

    Впрочем, у меня подобных оказий случалось достаточно, чтобы кое-что усвоить. Во-первых, когда металл упирается в голову, ты чувствуешь, что ручки-то подрагивают. Во-вторых, по звуку можно понять, насколько сильно взведен курок. И в-третьих: если тебя собираются прикончить, лучше заставить стрелка смотреть тебе в глаза.

    Впрочем, у меня подобных оказий случалось достаточно, чтобы кое-что усвоить. Во-первых, когда металл упирается в голову, ты чувствуешь, что ручки-то подрагивают. Во-вторых, по звуку можно понять, насколько сильно взведен курок. И в-третьих: если тебя собираются прикончить, лучше заставить стрелка смотреть тебе в глаза.
17. «

    Насколько сломана я в её глазах, насколько иззрубрена, остра, если она вот так о меня изрезалась.

    Насколько сломана я в её глазах, насколько иззрубрена, остра, если она вот так о меня изрезалась.
18. «

    Если не знаешь, кто главный, ищи самую большую шляпу.

    Если не знаешь, кто главный, ищи самую большую шляпу.
19. «

    Правда – мерзкая штука, посаженная в благодатную почву, растущая, не подвластная никому. Но ложь?... Ложь искусно сплетается. Ее добывают из тьмы, выковывают, оттачивают до совершенства. Ложь превосходна. Люди ее обожают.

    Правда – мерзкая штука, посаженная в благодатную почву, растущая, не подвластная никому. Но ложь?... Ложь искусно сплетается. Ее добывают из тьмы, выковывают, оттачивают до совершенства. Ложь превосходна. Люди ее обожают.