29 цитат из книги «Семён Степанович Гейченко. У Лукоморья»

29 цитат из книги «Семён Степанович Гейченко. У Лукоморья» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Как говорится в писании: «Сподоби, господи, в сей день слегка напитися нам!»

   Как говорится в писании: «Сподоби, господи, в сей день слегка напитися нам!»

   — Ларион Воронецкий · книга
2. «

   Заблудившемуся путнику Огонек, вдали мерцающий, Возвращает силы прежние, Льет отраду в душу страстную... Так не правда ли, мой милый друг, Мы все здесь ведь только путники.

   Заблудившемуся путнику Огонек, вдали мерцающий, Возвращает силы прежние, Льет отраду в душу страстную... Так не правда ли, мой милый друг, Мы все здесь ведь только путники.

   — Сергей Львович Пушкин · книга
3. «

   Для создания своей библиотеки Пушкин ничего не жалел: «Я разоряюсь на покупку книг, как стекольщик на покупку необходимого ему алмаза».

   Для создания своей библиотеки Пушкин ничего не жалел: «Я разоряюсь на покупку книг, как стекольщик на покупку необходимого ему алмаза».
4. «

   Ганнибалы — потомки знаменитого арапа Петра Великого — были люди горячей африканской крови, и многие из них по старому помещичьему праву прижили от своих крепостных крестьян и дворовых людей детей. Сын Ибрагима Ганнибала Петр Абрамович завел у себя в Петровском целый гарем из крепостных дев, присвоив себе право первой ночи. Многие из этих бесправных потомков, тяготясь своим «подлым сословием», всячески добивались у правительства носить фамилию «Ганнибал».

   Ганнибалы — потомки знаменитого арапа Петра Великого — были люди горячей африканской крови, и многие из них по старому помещичьему праву прижили от своих крепостных крестьян и дворовых людей детей. Сын Ибрагима Ганнибала Петр Абрамович завел у себя в Петровском целый гарем из крепостных дев, присвоив себе право первой ночи. Многие из этих бесправных потомков, тяготясь своим «подлым сословием», всячески добивались у правительства носить фамилию «Ганнибал».
5. «

   Удивительными людьми держится мир, его история, его культура. Удивительные люди встречаются не часто, но все-таки встречаются, и от общения с ними, от их присутствия в нашей жизни хочется жить, делать, верить, тратить себя полней и целесообразней.

   Удивительными людьми держится мир, его история, его культура. Удивительные люди встречаются не часто, но все-таки встречаются, и от общения с ними, от их присутствия в нашей жизни хочется жить, делать, верить, тратить себя полней и целесообразней.

   — Дудин · книга
6. «

   Бильярд — благороднейшая игра. Он незаменим во время жизни в деревне.

   Бильярд — благороднейшая игра. Он незаменим во время жизни в деревне.

   — Гюстав Флобер · книга
7. «

   А все-таки как здОрово получается — все Пушкины, вся фамилия — поэты! Отец, мать, брат, сестра, дядя один, дядя другой и сам Александр Сергеевич Пушкин.

   А все-таки как здОрово получается — все Пушкины, вся фамилия — поэты! Отец, мать, брат, сестра, дядя один, дядя другой и сам Александр Сергеевич Пушкин.
8. «

   Есть бог, значит есть и черти.

   Есть бог, значит есть и черти.

   — Александр Пушкин · книга
9. «

   Лежит здесь мой Руслан, мой друг, мой верный пес! Был честности для всех разительным примером, Жил только для меня, со смертью же унес Все чувства добрые: он не был лицемером, Ни вором, пьяницей, развратным тож гулякой; И что ж тут мудрого? Был только он собакой.

   Лежит здесь мой Руслан, мой друг, мой верный пес! Был честности для всех разительным примером, Жил только для меня, со смертью же унес Все чувства добрые: он не был лицемером, Ни вором, пьяницей, развратным тож гулякой; И что ж тут мудрого? Был только он собакой.

   — Сергей Львович Пушкин · книга
10. «

    Святогорские монахи — сущие беглые солдаты, а не святые отцы, им нужен не отец Иона, а хороший унтер-лейтенант с большою дубиной!

    Святогорские монахи — сущие беглые солдаты, а не святые отцы, им нужен не отец Иона, а хороший унтер-лейтенант с большою дубиной!

    — отец Иона · книга
11. «

    Для Пушкина всякий простой человек, все равно, кем бы он ни был — кучером, кухаркой или ямщиком, — был прежде всего человеком, имевшим такое же чувство достоинства, как господа.

    Для Пушкина всякий простой человек, все равно, кем бы он ни был — кучером, кухаркой или ямщиком, — был прежде всего человеком, имевшим такое же чувство достоинства, как господа.
12. «

    Лучшее, что я могу сделать в своей печальной деревенской глуши, — это ни о чем не думать.

    Лучшее, что я могу сделать в своей печальной деревенской глуши, — это ни о чем не думать.

    — Сергей Львович Пушкин · книга
13. «

    В доме деда и бабки благоденствовала и процветала поэзия. Процветала она и багоденствовала до такой степени, что в передней конате Пушкиных (комнате, где толпились слуги) поклонялись музе доморощенные стихотворцы из многочисленной дворни обоего пола.

    В доме деда и бабки благоденствовала и процветала поэзия. Процветала она и багоденствовала до такой степени, что в передней конате Пушкиных (комнате, где толпились слуги) поклонялись музе доморощенные стихотворцы из многочисленной дворни обоего пола.

    — Ольга Сергеевна Пушкина · книга
14. «

    «Без боязни обличаху» — текст из летописца Троицкого Сергиевского монастыря Аврамия Палицына, который, описывая патриотически смелый поступок предка нашего Петра Тургенева (и Плещеева), кои обличали Самозванца в самозванстве и за то побиты им камением на Красной площади, говорит о сих двух героях искренности любви к Отечеству «без боязни обличаху».

    «Без боязни обличаху» — текст из летописца Троицкого Сергиевского монастыря Аврамия Палицына, который, описывая патриотически смелый поступок предка нашего Петра Тургенева (и Плещеева), кои обличали Самозванца в самозванстве и за то побиты им камением на Красной площади, говорит о сих двух героях искренности любви к Отечеству «без боязни обличаху».
15. «

    Как известно, первые в мире спички (фосфорные) были изобретены во Франции в 1831 году. За неимением средств изобретатель их Шарль Сориа не мог взять патента, и через два года его изобретение вновь открыл немецкий химик Камерер. Это изобретение было приобретено венскими фабрикантами Ремером и Прешелем; они впервые стали изготавливать спички фабричным путем и распространять их в Европе. Первоначально фабричные спички продавались в России по баснословной цене — 1 рубль серебром за коробку (100 штук). Простому народу они были не по карману.

    Как известно, первые в мире спички (фосфорные) были изобретены во Франции в 1831 году. За неимением средств изобретатель их Шарль Сориа не мог взять патента, и через два года его изобретение вновь открыл немецкий химик Камерер. Это изобретение было приобретено венскими фабрикантами Ремером и Прешелем; они впервые стали изготавливать спички фабричным путем и распространять их в Европе. Первоначально фабричные спички продавались в России по баснословной цене — 1 рубль серебром за коробку (100 штук). Простому народу они были не по карману.
16. «

    Дитя, не смею над тобой Произносить благословенья, Ты взором, мирною душой, Небесный ангел утешенья.

    Дитя, не смею над тобой Произносить благословенья, Ты взором, мирною душой, Небесный ангел утешенья.

    — Александр Пушкин · книга
17. «

    Преображение мое совершилось, и я воскрес душой. Между мною и всеми вами теперь легла великая пропасть. Вы — и те, и те, и те — на том, а я на другом берегу. Вы на этом, а я на другом свете.

    Преображение мое совершилось, и я воскрес душой. Между мною и всеми вами теперь легла великая пропасть. Вы — и те, и те, и те — на том, а я на другом берегу. Вы на этом, а я на другом свете.

    — Александр Пушкин · книга
18. «

    Каюсь. Грешен я, вкушаю и принимаю, но ума своего не теряю и сундуки мои не бренчат златом.

    Каюсь. Грешен я, вкушаю и принимаю, но ума своего не теряю и сундуки мои не бренчат златом.

    — отец Иона · книга
19. «

    Душа моя; недоступное для всех, всех, всех, хранилище моих помыслов, куда ни коварный взгляд неприязни, ни предупредительный родственный взор не могут проникнуть.

    Душа моя; недоступное для всех, всех, всех, хранилище моих помыслов, куда ни коварный взгляд неприязни, ни предупредительный родственный взор не могут проникнуть.

    — Александр Пушкин · книга
20. «

    Они должны жить, иначе быть не может, ибо неодолима сила характера русского.

    Они должны жить, иначе быть не может, ибо неодолима сила характера русского.