17 цитат из книги «Сергей Довлатов. Жизнь и мнения. Избранная переписка» без воды

Собрали 17 цитат из книги «Сергей Довлатов. Жизнь и мнения. Избранная переписка» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мы совсем разные люди и любим разное, но ненавидим, кажется одно и то же. А это гораздо важнее. Мы оба больше всего ненавидим и презираем шарлатанов.

   Мы совсем разные люди и любим разное, но ненавидим, кажется одно и то же. А это гораздо важнее. Мы оба больше всего ненавидим и презираем шарлатанов.

   — Сергей Довлатов · книга
2. «

   Говорят, не принято дарить кошельки и бумажники, но я не верю. Однажды мне переходила дорогу черная кошка, мы с ней засмотрелись друг на друга, и она чуть не провалилась в люк. Возможно, у кошек есть такая примета, если черный мужчина переходит дорогу — это к несчастью.

   Говорят, не принято дарить кошельки и бумажники, но я не верю. Однажды мне переходила дорогу черная кошка, мы с ней засмотрелись друг на друга, и она чуть не провалилась в люк. Возможно, у кошек есть такая примета, если черный мужчина переходит дорогу — это к несчастью.
3. «

   Нам храбрость стоила отчаяния А каждая строка — молчания.

   Нам храбрость стоила отчаяния А каждая строка — молчания.

   — Сергей Довлатов · книга
4. «

   Здесь [в армии], как никогда, я чётко «ощущаю», «чувствую» себя. Мне трудно объяснить. Я постигаю здесь пределы и границы моих сил, знаю свою натуру, вижу пробелы и нехватки, могу точно определить, когда мне не достаёт мужества и храбрости.

   Здесь [в армии], как никогда, я чётко «ощущаю», «чувствую» себя. Мне трудно объяснить. Я постигаю здесь пределы и границы моих сил, знаю свою натуру, вижу пробелы и нехватки, могу точно определить, когда мне не достаёт мужества и храбрости.

   — Сергей Довлатов · книга
5. «

   Литература Франция прекрасна, как сама Франция. Французская проза иногда вычурна, чуть женственна. Но французы были превосходными стилистами.

   Литература Франция прекрасна, как сама Франция. Французская проза иногда вычурна, чуть женственна. Но французы были превосходными стилистами.

   — Сергей Довлатов · книга
6. «

   Мировоззрение и обстоятельства жизни тесно связаны. Я не диссидент, не революционер, не инакомыслящий. Я старался быть вне политики.

   Мировоззрение и обстоятельства жизни тесно связаны. Я не диссидент, не революционер, не инакомыслящий. Я старался быть вне политики.

   — Донат Мечик · книга
7. «

   Мы живём в плохое время и в плохой стране, где ложь и неискренность стали таким же инстинктом, как голод и любовь.

   Мы живём в плохое время и в плохой стране, где ложь и неискренность стали таким же инстинктом, как голод и любовь.

   — Сергей Довлатов · книга
8. «

   И еще посылаю Вам один из моих ранних живописных шедевров. Внимательный анализ полотна дает возможность обнаружить: с одной стороны — явное влияние мастеров голландской школы; с другой стороны — заметна мощная социальная тенденциозность, свойственная передвижникам и гениальному Гойе. Подлинник хранится в Третьяковке, посылаю Вам репродукцию. Я назвал мою картину — «Гадюка на цыпочках».*

   И еще посылаю Вам один из моих ранних живописных шедевров. Внимательный анализ полотна дает возможность обнаружить: с одной стороны — явное влияние мастеров голландской школы; с другой стороны — заметна мощная социальная тенденциозность, свойственная передвижникам и гениальному Гойе. Подлинник хранится в Третьяковке, посылаю Вам репродукцию. Я назвал мою картину — «Гадюка на цыпочках».*
9. «

   Если вы видите, что человек смеётся над собой, можете быть совершенно уверены, что он не дурак, так как способность подшучивать над собой — это явный и бесспорный признак ума.

   Если вы видите, что человек смеётся над собой, можете быть совершенно уверены, что он не дурак, так как способность подшучивать над собой — это явный и бесспорный признак ума.

   — Сергей Довлатов · книга
10. «

    Я не согласен с тем, что инженер, например, может быть всякий, а писатель — непременно — Лев Толстой. Можно написать не слишком много и не слишком гениально, но о важных вещах и с толком.

    Я не согласен с тем, что инженер, например, может быть всякий, а писатель — непременно — Лев Толстой. Можно написать не слишком много и не слишком гениально, но о важных вещах и с толком.

    — Сергей Довлатов · книга
11. «

    В Англии нет художников, нет композиторов, нет поэтов, но есть отличная проза. Простая, многословная, я бы сказал, деловая проза.

    В Англии нет художников, нет композиторов, нет поэтов, но есть отличная проза. Простая, многословная, я бы сказал, деловая проза.

    — Сергей Довлатов · книга
12. «

    Я в эту ночь расставлю часовыми Вдоль тихой улицы ночные фонари, И буду сам до утренней зари Бродить с дождем под окнами твоими.

    Я в эту ночь расставлю часовыми Вдоль тихой улицы ночные фонари, И буду сам до утренней зари Бродить с дождем под окнами твоими.
13. «

    Говорят, что если сигарета гаснет, Кто-то вспоминает непременно, Если б было в жизни всё так ясно, Я б во всём доверился приметам.

    Говорят, что если сигарета гаснет, Кто-то вспоминает непременно, Если б было в жизни всё так ясно, Я б во всём доверился приметам.

    — Сергей Довлатов · книга
14. «

    Я продолжаю мечтать о том, чтоб написать хорошую повесть, куда, впрочем, могут войти кое-какие стихи.

    Я продолжаю мечтать о том, чтоб написать хорошую повесть, куда, впрочем, могут войти кое-какие стихи.

    — Сергей Довлатов · книга
15. «

    Человек, который хотя бы один-единственный раз испытал серьёзную опасность, узнал большой страх, уже никогда не будет пижоном и трепачом.

    Человек, который хотя бы один-единственный раз испытал серьёзную опасность, узнал большой страх, уже никогда не будет пижоном и трепачом.

    — Сергей Довлатов · книга
16. «

    Это только грустная случайность То, что счастье в дверь мне постучалось.

    Это только грустная случайность То, что счастье в дверь мне постучалось.

    — Сергей Довлатов · книга
17. «

    Прости меня за то, что был однажды счастлив Ещё до наших встреч, недолгих и нечастых.

    Прости меня за то, что был однажды счастлив Ещё до наших встреч, недолгих и нечастых.

    — Сергей Довлатов · книга