«Сергей Лукьяненко. Чистовик»: 15 цитат

15 цитат из книги «Сергей Лукьяненко. Чистовик» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Чем лужа больше, тем она мельче.

   Чем лужа больше, тем она мельче.

   — Иллан · книга
2. «

   Кино – это чтение для нищих духом. Для тех, кто не способен представить себе войну миров, вообразить себя на мостике «Наутилуса» или в кабинете Ниро Вулфа. Кино – протертая кашка, обильно сдобренная сахаром спецэффектов, которую не надо жевать. Открой рот – и глотай...

   Кино – это чтение для нищих духом. Для тех, кто не способен представить себе войну миров, вообразить себя на мостике «Наутилуса» или в кабинете Ниро Вулфа. Кино – протертая кашка, обильно сдобренная сахаром спецэффектов, которую не надо жевать. Открой рот – и глотай...
3. «

   Говорят, что от судьбы не уйдёшь. Правда, некоторые считают, что человек — сам творец своей судьбы. А вот я думаю, что все они правы. Человек — это и есть судьба. Всегда есть то, что ты можешь изменить. То, через что способен перешагнуть. А есть и то, что никогда не совершишь. На что не способен. Хоть о стену головой бейся.

   Говорят, что от судьбы не уйдёшь. Правда, некоторые считают, что человек — сам творец своей судьбы. А вот я думаю, что все они правы. Человек — это и есть судьба. Всегда есть то, что ты можешь изменить. То, через что способен перешагнуть. А есть и то, что никогда не совершишь. На что не способен. Хоть о стену головой бейся.

   — Кирилл Максимов · книга
4. «

   Чтобы не случилось в мире, но людей всегда будет интересовать, как лечить свои и чужие болячки. Причем о своих они будут спрашивать докторов, а чужие — порываться лечить сами.

   Чтобы не случилось в мире, но людей всегда будет интересовать, как лечить свои и чужие болячки. Причем о своих они будут спрашивать докторов, а чужие — порываться лечить сами.
5. «

   Признаваться в том, что любишь поспать, как-то даже не принято. Нашёл чем заняться — спать! Работать надо на благо себя и государства. Или книжки читать для ума и сердца... Сон — это же так, ерунда. Сплошная потеря времени.

   Признаваться в том, что любишь поспать, как-то даже не принято. Нашёл чем заняться — спать! Работать надо на благо себя и государства. Или книжки читать для ума и сердца... Сон — это же так, ерунда. Сплошная потеря времени.
6. «

   Никто в здравом уме и от хорошей жизни не стремится убивать. Это удел маньяков и фанатиков. Даже закоснелый вояка, скалозуб, не мыслящий одежды, кроме мундира, марширующий даже от койки до сортира и разговаривающий со своей кошкой языком уставных команд, — всё равно предпочтёт получать звания за выслугу лет, а ордена — за успехи на параде. Недаром у русских военных традиционный тост — «за павших», а не «за победу». За победу пьют, только когда война уже идёт.

   Никто в здравом уме и от хорошей жизни не стремится убивать. Это удел маньяков и фанатиков. Даже закоснелый вояка, скалозуб, не мыслящий одежды, кроме мундира, марширующий даже от койки до сортира и разговаривающий со своей кошкой языком уставных команд, — всё равно предпочтёт получать звания за выслугу лет, а ордена — за успехи на параде. Недаром у русских военных традиционный тост — «за павших», а не «за победу». За победу пьют, только когда война уже идёт.
7. «

   Сон — единственная радость, которая может приходить не вовремя.

   Сон — единственная радость, которая может приходить не вовремя.
8. «

   Небо звонкое. Огонь тяжёлый. Вода шершавая. Возможно всё.

   Небо звонкое. Огонь тяжёлый. Вода шершавая. Возможно всё.
9. «

   Время на самом деле лучший архитектор. Оно даже унылый доходный дом способно превратить в жемчужину городского ансамбля. В своё время парижане демонстрации устраивали против Эйфелевой башни, а сейчас без неё Парижа считай что и нет...

   Время на самом деле лучший архитектор. Оно даже унылый доходный дом способно превратить в жемчужину городского ансамбля. В своё время парижане демонстрации устраивали против Эйфелевой башни, а сейчас без неё Парижа считай что и нет...
10. «

    Как хорошо быть молодым и горячим! Верить, что у тьмы есть сердце, у врага — имя, а у экспериментов — цель...

    Как хорошо быть молодым и горячим! Верить, что у тьмы есть сердце, у врага — имя, а у экспериментов — цель...

    — кардинал Рудольф · книга
11. «

    Вот так бывает — чуть-чуть познакомишься с человеком и вдруг понимаешь, что мог бы с ним подружиться. Что он стал бы тебе другом, может быть, самым лучшим. Но жизнь разводит в разные стороны, и только в детских книжках друзья наперекор всему остаются друзьями.

    Вот так бывает — чуть-чуть познакомишься с человеком и вдруг понимаешь, что мог бы с ним подружиться. Что он стал бы тебе другом, может быть, самым лучшим. Но жизнь разводит в разные стороны, и только в детских книжках друзья наперекор всему остаются друзьями.
12. «

    Настоящий герой — из тех, что перегрызают цепи, плевком сбивают вертолёты и играючи управляются с десятком-другим врагов, — должен делать всё это спокойно, хладнокровно и совершенно безэмоционально. То есть — походить на актёра Шварценеггера, недаром в этих ролях и прославившегося. А вот если в реальной жизни спецназовец будет орать, терзаться, ругаться, красочно описывать последствия своего гнева — как персонажи другого хорошего актёра, Брюса Уиллиса, — то через пару лет подвигов герой схватит от постоянных стрессов инфаркт и будет остаток дней прогуливаться по паркам, кормя пшеном голубей.

    Настоящий герой — из тех, что перегрызают цепи, плевком сбивают вертолёты и играючи управляются с десятком-другим врагов, — должен делать всё это спокойно, хладнокровно и совершенно безэмоционально. То есть — походить на актёра Шварценеггера, недаром в этих ролях и прославившегося. А вот если в реальной жизни спецназовец будет орать, терзаться, ругаться, красочно описывать последствия своего гнева — как персонажи другого хорошего актёра, Брюса Уиллиса, — то через пару лет подвигов герой схватит от постоянных стрессов инфаркт и будет остаток дней прогуливаться по паркам, кормя пшеном голубей.
13. «

    Мы прошли рядами книжных шкафов, сквозь тихий шорох страниц — несколько человек выбирали книги, сквозь запахи старой бумаги и свежей типографской краски. Словно в храме какой-то новой религии, где книжные полки вместо икон, а бумажная пыль — вместо ладана и мирры...

    Мы прошли рядами книжных шкафов, сквозь тихий шорох страниц — несколько человек выбирали книги, сквозь запахи старой бумаги и свежей типографской краски. Словно в храме какой-то новой религии, где книжные полки вместо икон, а бумажная пыль — вместо ладана и мирры...
14. «

    Самое худшее, что только может придумать беглец, — это спрятаться. Единственное спасение беглеца — бег, прятки — не более чем детская забава.

    Самое худшее, что только может придумать беглец, — это спрятаться. Единственное спасение беглеца — бег, прятки — не более чем детская забава.

    — Кирилл Максимов · книга
15. «

    Природу мы привыкли считать покорённой, ничуть не интересуясь её мнением.

    Природу мы привыкли считать покорённой, ничуть не интересуясь её мнением.

    — Кирилл Максимов · книга