20 цитат из книги «Сергей Лукьяненко. Фальшивые зеркала» — от иронии до философии

20 цитат из книги «Сергей Лукьяненко. Фальшивые зеркала» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Глубина не умеет думать, она лишь живёт. И борется за жизнь, как умеет.

   Глубина не умеет думать, она лишь живёт. И борется за жизнь, как умеет.
2. «

   — Я не сова, — сказал я. — Не сова и не жаворонок. Таких зверей и не сыскать, как я сплю.

   — Я не сова, — сказал я. — Не сова и не жаворонок. Таких зверей и не сыскать, как я сплю.

   — Леонид · книга
3. «

   Не я первый, чьи способности стали ненужными для общества. Где вы сейчас, виртуозы линотипов; где вы, шорники; где мастера-стеклодувы? Ушли в прошлое, в детские книжки с картинками, в исторические фильмы и строчки энциклопедий.

   Не я первый, чьи способности стали ненужными для общества. Где вы сейчас, виртуозы линотипов; где вы, шорники; где мастера-стеклодувы? Ушли в прошлое, в детские книжки с картинками, в исторические фильмы и строчки энциклопедий.

   — Леонид · книга
4. «

   Я не падаю. Я так летаю. Каждый летает, как умеет.

   Я не падаю. Я так летаю. Каждый летает, как умеет.
5. «

   Вот только есть во всех нас что-то ещё, помимо звериного оскала, помимо бодрых животных инстинктов и весёлого гогота. В ком-то больше, в ком-то меньше. Но всё-равно есть во всех. Барьером между зверем и человеком. Крепкой решёткой, которую можно пилить или вкопать поглубже — как хочешь. Мостом над пропастью.

   Вот только есть во всех нас что-то ещё, помимо звериного оскала, помимо бодрых животных инстинктов и весёлого гогота. В ком-то больше, в ком-то меньше. Но всё-равно есть во всех. Барьером между зверем и человеком. Крепкой решёткой, которую можно пилить или вкопать поглубже — как хочешь. Мостом над пропастью.
6. «

   Погибать за идею — красиво. Но стоит ли эта идея жизни?

   Погибать за идею — красиво. Но стоит ли эта идея жизни?

   — Тёмный дайвер · книга
7. «

   Приятно смотреть на всё сверху вниз. Приятно видеть дождь через стекло. Приятно быть бесстрастным свидетелем.

   Приятно смотреть на всё сверху вниз. Приятно видеть дождь через стекло. Приятно быть бесстрастным свидетелем.

   — Леонид · книга
8. «

   Самое гадкое состояние — ожидать, не имея возможности ничего сделать.

   Самое гадкое состояние — ожидать, не имея возможности ничего сделать.
9. «

   Все мы не герои, если честно. Мне кажется, настоящим героем может быть лишь дебил. Но всегда есть два пути — убегать или идти навстречу своему страху.

   Все мы не герои, если честно. Мне кажется, настоящим героем может быть лишь дебил. Но всегда есть два пути — убегать или идти навстречу своему страху.

   — Леонид · книга
10. «

    И в этот миг Пат даёт залп. Отдача слишком сильна, его подбрасывает в воздух и зашвыривает обратно в кабинку лифта. Зато поле боя остаётся за нами. <...> - Пат! — Чингиз вытаскивает пацана из кабинки. Тот очумело вертит головой, но оружия не выпускает. — Дай! - Я что, плохо стрелял? — возмущается Пат. — Хорошо, — признает Чингиз, но ракетомёт всё-таки отбирает. — Ты сильный, ты очень сильный. Только лёгкий.

    И в этот миг Пат даёт залп. Отдача слишком сильна, его подбрасывает в воздух и зашвыривает обратно в кабинку лифта. Зато поле боя остаётся за нами. <...> - Пат! — Чингиз вытаскивает пацана из кабинки. Тот очумело вертит головой, но оружия не выпускает. — Дай! - Я что, плохо стрелял? — возмущается Пат. — Хорошо, — признает Чингиз, но ракетомёт всё-таки отбирает. — Ты сильный, ты очень сильный. Только лёгкий.
11. «

    Никогда не возвращайся по своим следам. Там ждут лишь тени.

    Никогда не возвращайся по своим следам. Там ждут лишь тени.
12. «

    Враги есть у всех. Без этого скучно жить.

    Враги есть у всех. Без этого скучно жить.
13. «

    — Давайте и я кого-нибудь потащу... — Уж извини, я привык убиваться по собственной глупости.

    — Давайте и я кого-нибудь потащу... — Уж извини, я привык убиваться по собственной глупости.

    — Падла · книга
14. «

    Вот что ценю в людях — это умение быстро прощаться.

    Вот что ценю в людях — это умение быстро прощаться.
15. «

    …Некоторые враги могут быть таким же предметом гордости, как и друзья.

    …Некоторые враги могут быть таким же предметом гордости, как и друзья.

    — Чингиз · книга
16. «

    Мир изменился. А я и не заметил, забившись в свою тесную, уютную, надёжную скорлупу.

    Мир изменился. А я и не заметил, забившись в свою тесную, уютную, надёжную скорлупу.

    — Леонид · книга
17. «

    Любой поступок, безразлично, чем он был вызван, тянет за собой целую цепочку следствий. А вот каких, зависит совсем не от самого поступка, только от отношения к тебе.

    Любой поступок, безразлично, чем он был вызван, тянет за собой целую цепочку следствий. А вот каких, зависит совсем не от самого поступка, только от отношения к тебе.
18. «

    Я не верю, что плохих людей больше, чем хороших. Я не верю в то, что мы слабее. Я не верю, что каждый желает каждому зла. Да, можно привести сколько угодно примеров против. Убийцы, психопаты, дегенераты, просто хамы, эгоисты и подлецы. Полно их в мире. Но всё равно они в меньшинстве — иначе мир давно превратился бы в окровавленную мясорубку.

    Я не верю, что плохих людей больше, чем хороших. Я не верю в то, что мы слабее. Я не верю, что каждый желает каждому зла. Да, можно привести сколько угодно примеров против. Убийцы, психопаты, дегенераты, просто хамы, эгоисты и подлецы. Полно их в мире. Но всё равно они в меньшинстве — иначе мир давно превратился бы в окровавленную мясорубку.

    — Леонид · книга
19. «

    Между прочим, каждый ошибается! А если никогда не давать возможности исправить ошибки, то они так и останутся неисправленными, и ошибшийся человек будет этими ошибками жить.

    Между прочим, каждый ошибается! А если никогда не давать возможности исправить ошибки, то они так и останутся неисправленными, и ошибшийся человек будет этими ошибками жить.

    — Пат · книга
20. «

    … Если бы атомную бомбу можно было собрать на коленке из старого пистолета, мир давно бы превратился в радиоактивную пустыню.

    … Если бы атомную бомбу можно было собрать на коленке из старого пистолета, мир давно бы превратился в радиоактивную пустыню.

    — Леонид · книга