31 цитата из книги «Сесилия Ахерн. Там, где ты» без воды

Ниже 31 цитата из книги «Сесилия Ахерн. Там, где ты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Вот за что я не люблю детей: у них в мозгах слишком много пустых мест и слишком мало ответов.

   Вот за что я не люблю детей: у них в мозгах слишком много пустых мест и слишком мало ответов.

   — Сэнди Шорт · книга
2. «

   В моменты, когда неблагоприятные жизненные обстоятельства достигают пика, можно сделать две вещи: 1) сломаться, утратить надежду, отказаться от любых попыток что-либо предпринять, улечься на землю лицом вниз и в отчаянии молотить кулаками; 2) расхохотаться.

   В моменты, когда неблагоприятные жизненные обстоятельства достигают пика, можно сделать две вещи: 1) сломаться, утратить надежду, отказаться от любых попыток что-либо предпринять, улечься на землю лицом вниз и в отчаянии молотить кулаками; 2) расхохотаться.
3. «

   Сердце может разбиться в любом возрасте.

   Сердце может разбиться в любом возрасте.
4. «

   Словно между нами была натянута невидимая пуповина, питающая нас, позволяющая расти и дарить друг другу жизнь. Но неизбежным образом проявилась и вторая сторона медали: в любой момент каждый из нас мог дернуть за эту пуповину, или перекрутить ее, или завязать узлом, даже не задумавшись, что тем самым медленно лишает воздуха того, кто находится на другом конце.

   Словно между нами была натянута невидимая пуповина, питающая нас, позволяющая расти и дарить друг другу жизнь. Но неизбежным образом проявилась и вторая сторона медали: в любой момент каждый из нас мог дернуть за эту пуповину, или перекрутить ее, или завязать узлом, даже не задумавшись, что тем самым медленно лишает воздуха того, кто находится на другом конце.
5. «

   Страсть к поиску пропавших вещей — просто твой способ уходить от действительности...

   Страсть к поиску пропавших вещей — просто твой способ уходить от действительности...
6. «

   Это жизнь, реальная жизнь. Рано или поздно вы сами поймете, что никто здесь не играет на в какие игры. Мы все стараемся просто жить и делать все, что в наших силах, чтобы жизнь была как можно нормальнее, как всякая другая жизнь в любой другой стране, в любом другом мире.

   Это жизнь, реальная жизнь. Рано или поздно вы сами поймете, что никто здесь не играет на в какие игры. Мы все стараемся просто жить и делать все, что в наших силах, чтобы жизнь была как можно нормальнее, как всякая другая жизнь в любой другой стране, в любом другом мире.
7. «

   Я научилась не задавать вопросов, потому что он все равно не отвечал на них, а я не желала ничего знать. И не знала. Иногда, впрочем, все же спрашивала, но он отмалчивался, — подумав об этом, я пришла к выводу, что в определенном смысле мы оставались совершенно чужими людьми, близко знакомыми лишь в пределах этой комнаты. Нам удалось создать собственный мир, определить его правила и провести между нами черту: переступать её было нельзя, но в веселые дни разрешалось плясать вокруг неё.

   Я научилась не задавать вопросов, потому что он все равно не отвечал на них, а я не желала ничего знать. И не знала. Иногда, впрочем, все же спрашивала, но он отмалчивался, — подумав об этом, я пришла к выводу, что в определенном смысле мы оставались совершенно чужими людьми, близко знакомыми лишь в пределах этой комнаты. Нам удалось создать собственный мир, определить его правила и провести между нами черту: переступать её было нельзя, но в веселые дни разрешалось плясать вокруг неё.

   — Сэнди Шорт · книга
8. «

   Часто бывает — стоит тебе понять, что вот он — драгоценный момент, а он уже закончился, снимать нечего. Слишком поздно мы это понимаем.

   Часто бывает — стоит тебе понять, что вот он — драгоценный момент, а он уже закончился, снимать нечего. Слишком поздно мы это понимаем.

   — Бобби Стэнли · книга
9. «

   Наша память — единственный контакт, который у нас сохранился. В памяти мы можем снова и снова обнимать и целовать близких, смеяться и плакать вместе с ними. Это самая главная наша ценность.

   Наша память — единственный контакт, который у нас сохранился. В памяти мы можем снова и снова обнимать и целовать близких, смеяться и плакать вместе с ними. Это самая главная наша ценность.
10. «

    Нельзя навсегда удержать при себе все вещи, как за них ни цепляйся.

    Нельзя навсегда удержать при себе все вещи, как за них ни цепляйся.
11. «

    Положить что-то не туда, куда надо — значит временно потерять, это потому что ты забыл, где оно лежит.

    Положить что-то не туда, куда надо — значит временно потерять, это потому что ты забыл, где оно лежит.
12. «

    Неделя за неделей он пытался уговорить меня принимать вещи такими, какие они есть, и послушно следовать движению жизни, но если существовал мужчина, наглухо заперший на замок собственную жизнь в ожидании неизвестно чего или кого, то это был именно он.

    Неделя за неделей он пытался уговорить меня принимать вещи такими, какие они есть, и послушно следовать движению жизни, но если существовал мужчина, наглухо заперший на замок собственную жизнь в ожидании неизвестно чего или кого, то это был именно он.
13. «

    Мы ищем не там, где надо, и потому не можем их найти...

    Мы ищем не там, где надо, и потому не можем их найти...
14. «

    Спец по вранью сам запутался в собственноручно сплетенной паутине лжи.

    Спец по вранью сам запутался в собственноручно сплетенной паутине лжи.
15. «

    Школа, еда, сон, школа, еда, сон, помножьте на пять, а потом еще на миллион остальных недель моей жизни. Будущее безрадостно.

    Школа, еда, сон, школа, еда, сон, помножьте на пять, а потом еще на миллион остальных недель моей жизни. Будущее безрадостно.
16. «

    Заменять потерянное нельзя. Надо его найти.

    Заменять потерянное нельзя. Надо его найти.
17. «

    Бессонные ночи, нежелание сближаться с потенциальными друзьями, холодок в отношениях с родителями, которые меня любили — все это сделало мою жизнь одинокой, но мне это даже нравилось.

    Бессонные ночи, нежелание сближаться с потенциальными друзьями, холодок в отношениях с родителями, которые меня любили — все это сделало мою жизнь одинокой, но мне это даже нравилось.

    — Сэнди Шорт · книга
18. «

    Выходит дело, ломая голову над самыми трудными вопросами, которые ставила передо мной жизнь, я ухитрилась проглядеть самые очевидные ответы, — а они лежали у меня прямо перед носом.

    Выходит дело, ломая голову над самыми трудными вопросами, которые ставила передо мной жизнь, я ухитрилась проглядеть самые очевидные ответы, — а они лежали у меня прямо перед носом.
19. «

    Нам всем приходилось когда-либо заблуждаться, в одних случаях по собственному желанию, в других — из-за неподвластных нам сил. Когда мы узнаем все, что положено знать нашей душе, дорога сама собой возникает перед нами. Иногда мы видим правильный путь, но вопреки собственному желанию все дальше удаляемся от него, все глубже забиваемся в чащу: страх, или гнев, или печаль не пускают нас обратно. Иногда мы сами решаем потеряться и бродить в потемках, потому что так нам проще. Иногда все же выходим на правильную дорогу. Однако независимо ни от чего нас всегда находят.

    Нам всем приходилось когда-либо заблуждаться, в одних случаях по собственному желанию, в других — из-за неподвластных нам сил. Когда мы узнаем все, что положено знать нашей душе, дорога сама собой возникает перед нами. Иногда мы видим правильный путь, но вопреки собственному желанию все дальше удаляемся от него, все глубже забиваемся в чащу: страх, или гнев, или печаль не пускают нас обратно. Иногда мы сами решаем потеряться и бродить в потемках, потому что так нам проще. Иногда все же выходим на правильную дорогу. Однако независимо ни от чего нас всегда находят.
20. «

    Любовь и ненависть разделяет тонкая линия. Любовь освобождает душу, но одновременно способна перекрыть ей кислород. Я продвигалась по этой туго натянутой проволоке с грацией слона, и голова склоняла меня в сторону ненависти, а сердце тянуло на половину любви. Это была напряженная работа, меня все время раскачивало, и иногда я терпела неудачу. Порой сдавалась надолго, но никогда — слишком надолго. И никогда так надолго, как в этот раз. Я не прошу, чтобы меня любили. Никогда не стремилась понравиться и не просила понять меня. Впрочем, меня никогда и не понимали. Когда я так себя вела, когда покидала его постель, вырывалась из объятий, вешала телефонную трубку и закрывала за собой дверь его дома, мне самой с трудом удавалось понять себя и нравиться себе. Но такая уж я есть. Такой я была.

    Любовь и ненависть разделяет тонкая линия. Любовь освобождает душу, но одновременно способна перекрыть ей кислород. Я продвигалась по этой туго натянутой проволоке с грацией слона, и голова склоняла меня в сторону ненависти, а сердце тянуло на половину любви. Это была напряженная работа, меня все время раскачивало, и иногда я терпела неудачу. Порой сдавалась надолго, но никогда — слишком надолго. И никогда так надолго, как в этот раз. Я не прошу, чтобы меня любили. Никогда не стремилась понравиться и не просила понять меня. Впрочем, меня никогда и не понимали. Когда я так себя вела, когда покидала его постель, вырывалась из объятий, вешала телефонную трубку и закрывала за собой дверь его дома, мне самой с трудом удавалось понять себя и нравиться себе. Но такая уж я есть. Такой я была.

    — Сэнди Шорт · книга