27 сильных цитат из книги «Стейс Крамер. Мы с истекшим сроком годности»

Собрали 27 цитат из книги «Стейс Крамер. Мы с истекшим сроком годности» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Хочешь окончательно добить человека? Пожалей его, и он окончательно поймет, что его жизнь превратилась в дерьмо.

   Хочешь окончательно добить человека? Пожалей его, и он окончательно поймет, что его жизнь превратилась в дерьмо.
2. «

   В каком бы положении ты ни находился, ты должен развиваться. Мы не можем ходить, но мы не утратили возможность двигаться вперед.

   В каком бы положении ты ни находился, ты должен развиваться. Мы не можем ходить, но мы не утратили возможность двигаться вперед.
3. «

   Обрыв. Под нами узкая полоска пляжа, которая обрамляет океан. Отблески уходящего солнца играют на темной водной глади, которая так и притягивает к себе взгляд. Небольшие волны пересчитывают каждую песчинку, лаская берег. Мы находимся практически на краю обрыва. Эдриан смотрит на меня и ухмыляется, я улыбаюсь и перевожу взгляд на Скарлетт, которая завороженно смотрит на пейзаж. Небо становится трехцветным: молочным, желтым и розовым. Так оно нас предупреждает, что мы здесь находимся уже приличное время. И вот когда солнце почти что утонуло в беспечных водах океана, Скарлетт говорит, таким непривычным для меня тихим голосом: — Спасибо тебе, Джина.

   Обрыв. Под нами узкая полоска пляжа, которая обрамляет океан. Отблески уходящего солнца играют на темной водной глади, которая так и притягивает к себе взгляд. Небольшие волны пересчитывают каждую песчинку, лаская берег. Мы находимся практически на краю обрыва. Эдриан смотрит на меня и ухмыляется, я улыбаюсь и перевожу взгляд на Скарлетт, которая завороженно смотрит на пейзаж. Небо становится трехцветным: молочным, желтым и розовым. Так оно нас предупреждает, что мы здесь находимся уже приличное время. И вот когда солнце почти что утонуло в беспечных водах океана, Скарлетт говорит, таким непривычным для меня тихим голосом: — Спасибо тебе, Джина.
4. «

   Знаешь, Джина, я верю в судьбу. Я представляю Вселенную как огромную книгу, в которой каждая глава принадлежит определенному человеку. В ней расписано каждое наше действие, описаны люди, с которыми мы должны встретиться. Я это веду к тому, что если мы расстаемся с некоторыми людьми, значит, так предначертано судьбой. Значит, за нас уже все решили, а мы лишь следуем тому, что написано в «книге». Не надо отчаиваться, жалеть, упрекать себя в чем-то, просто нужно идти дальше, встречать новых людей, совершать новые действия, испытывать новые ощущения.

   Знаешь, Джина, я верю в судьбу. Я представляю Вселенную как огромную книгу, в которой каждая глава принадлежит определенному человеку. В ней расписано каждое наше действие, описаны люди, с которыми мы должны встретиться. Я это веду к тому, что если мы расстаемся с некоторыми людьми, значит, так предначертано судьбой. Значит, за нас уже все решили, а мы лишь следуем тому, что написано в «книге». Не надо отчаиваться, жалеть, упрекать себя в чем-то, просто нужно идти дальше, встречать новых людей, совершать новые действия, испытывать новые ощущения.

   — Эндриан · книга
5. «

   Представьте, что вы увидели вдалеке маленького щенка. Он кажется таким безобидным, ласковым. И вот вы идете к этому щенку, протягиваете к нему руки, но вдруг оказывается, что это вовсе и не крохотный щенок, а огромная собака, которая, заметив вас, набрасывается и вонзает свои острые клыки в ваше тело. Вот что теперь для меня любовь. То, что сначала кажется безобидным и приятным, но потом вскоре, когда этого совсем не ожидаешь, доставляет тебе сильнейшую боль. Нет, я не перестала верить в любовь, просто теперь я боюсь ее.

   Представьте, что вы увидели вдалеке маленького щенка. Он кажется таким безобидным, ласковым. И вот вы идете к этому щенку, протягиваете к нему руки, но вдруг оказывается, что это вовсе и не крохотный щенок, а огромная собака, которая, заметив вас, набрасывается и вонзает свои острые клыки в ваше тело. Вот что теперь для меня любовь. То, что сначала кажется безобидным и приятным, но потом вскоре, когда этого совсем не ожидаешь, доставляет тебе сильнейшую боль. Нет, я не перестала верить в любовь, просто теперь я боюсь ее.

   — Вирджиния Абрамс · книга
6. «

   В этот вечер я ловлю себя на такой мысли: как же это удивительно, когда прежде незнакомые люди благодаря случайной встрече становятся самыми близкими. Порой простой прохожий может стать ближе друга детства. Так интересно наблюдать, как постепенно зарождается связь между разными людьми, как медленно они раскрываются, делятся сокровенным, а затем доверчиво впускают тебя в свое сердце. Это дает понять одну вещь: наш мир – многогранен, не стоит разочаровываться в нем, столкнувшись с какой-либо неприятностью. И также не стоит терять веру в людей. Сегодня ты повстречаешь плохого человека, а завтра тебе выпадет шанс познакомиться с человеком с прекраснейшей душой, которого ты непременно очаруешь.

   В этот вечер я ловлю себя на такой мысли: как же это удивительно, когда прежде незнакомые люди благодаря случайной встрече становятся самыми близкими. Порой простой прохожий может стать ближе друга детства. Так интересно наблюдать, как постепенно зарождается связь между разными людьми, как медленно они раскрываются, делятся сокровенным, а затем доверчиво впускают тебя в свое сердце. Это дает понять одну вещь: наш мир – многогранен, не стоит разочаровываться в нем, столкнувшись с какой-либо неприятностью. И также не стоит терять веру в людей. Сегодня ты повстречаешь плохого человека, а завтра тебе выпадет шанс познакомиться с человеком с прекраснейшей душой, которого ты непременно очаруешь.
7. «

   Я не из тех людей, которые могут открыто говорить о том, что у них на душе. Я буду тихо страдать, переживать, добивать себя мыслями, но ни с кем не поделюсь своей болью.

   Я не из тех людей, которые могут открыто говорить о том, что у них на душе. Я буду тихо страдать, переживать, добивать себя мыслями, но ни с кем не поделюсь своей болью.

   — Вирджиния Абрамс · книга
8. «

   Знаешь, совсем недавно я тоже думала, что уже никогда не смогу полюбить и что больше никогда не буду любима. Но я такая дура. Для любви не существует преград, она не боится болезней и стихийных бедствий. Она тем и прекрасна, что во всем этом мирском хаосе, серости дождливых дней и глубокой, мрачной бездне безразличия нам удается найти человека, который способен подарить это чистое, светлое, восхитительное чувство.

   Знаешь, совсем недавно я тоже думала, что уже никогда не смогу полюбить и что больше никогда не буду любима. Но я такая дура. Для любви не существует преград, она не боится болезней и стихийных бедствий. Она тем и прекрасна, что во всем этом мирском хаосе, серости дождливых дней и глубокой, мрачной бездне безразличия нам удается найти человека, который способен подарить это чистое, светлое, восхитительное чувство.

   — Вирджиния Абрамс · книга
9. «

   У каждого из вас есть свой внутренний мир, в котором сейчас происходит настоящая борьба. Борьба с болью. Борьба с окружающим миром и наконец, борьба с самим собой.

   У каждого из вас есть свой внутренний мир, в котором сейчас происходит настоящая борьба. Борьба с болью. Борьба с окружающим миром и наконец, борьба с самим собой.

   — Эндриан · книга
10. «

    Я всегда сравнивала влюбленность с глубокой ямой, однажды попав на самое дно, ты уже никогда не выберешься. Я на дне.

    Я всегда сравнивала влюбленность с глубокой ямой, однажды попав на самое дно, ты уже никогда не выберешься. Я на дне.
11. «

    Грусть — это побочный эффект прошлого.

    Грусть — это побочный эффект прошлого.
12. «

    — Влюбленность — это не диагноз. — Да, но страдаешь из-за нее не меньше.

    — Влюбленность — это не диагноз. — Да, но страдаешь из-за нее не меньше.

    — Вирджиния Абрамс · книга
13. «

    У людей есть такая особенность: они всегда помогают другим в той или иной ситуации, но когда само оказываются в подобной, то чувствуют себя крайне беспомощными.

    У людей есть такая особенность: они всегда помогают другим в той или иной ситуации, но когда само оказываются в подобной, то чувствуют себя крайне беспомощными.
14. «

    Так тяжело осознавать, что скоро о тебе забудут.

    Так тяжело осознавать, что скоро о тебе забудут.
15. «

    Богарт был тем еще пьяницей, он пил даже на съемках, не понимаю, как можно называть его великим. Человеку дается все: и красивая внешность, и манеры высшего общества и, как ни прискорбно, талант, а он относился к своей жизни как к дешевке, которую можно обменять на ближайшем рынке.

    Богарт был тем еще пьяницей, он пил даже на съемках, не понимаю, как можно называть его великим. Человеку дается все: и красивая внешность, и манеры высшего общества и, как ни прискорбно, талант, а он относился к своей жизни как к дешевке, которую можно обменять на ближайшем рынке.
16. «

    Всегда найдется тот, кто подарит счастье, и тот, кто причинит боль. Но гораздо хуже, когда это один и тот же человек.

    Всегда найдется тот, кто подарит счастье, и тот, кто причинит боль. Но гораздо хуже, когда это один и тот же человек.
17. «

    Человеческая сущность такова: мы живем и вечно чем-то недовольны, а потом наступает момент, когда вся наша жизнь переворачивается вверх дном. И только после этого понимаем, что до этого мы были счастливы, но, к сожалению, не ценили этого.

    Человеческая сущность такова: мы живем и вечно чем-то недовольны, а потом наступает момент, когда вся наша жизнь переворачивается вверх дном. И только после этого понимаем, что до этого мы были счастливы, но, к сожалению, не ценили этого.
18. «

    «Ничего». Когда человек говорит, что ничего не чувствует, это значит, что он чувствует гораздо больше, чем можно себе представить.

    «Ничего». Когда человек говорит, что ничего не чувствует, это значит, что он чувствует гораздо больше, чем можно себе представить.

    — Эндриан · книга
19. «

    — Даже не верится, что через несколько часов я уже не буду прятаться по кустам, чтобы выкурить сигарету, – говорит Андреа. — Зачем ты куришь? Ведь в твоем положении курение приносит больше вреда, нежели здоровым людям. — Курение – это единственная вещь, которая связывает меня со здоровыми людьми. – Сделав небольшую паузу, Андреа продолжает: – Обещай, что когда мои руки перестанут двигаться, будешь подносить мне зажигалку. — Обещаю. Это самое странное обещание за всю мою жизнь.

    — Даже не верится, что через несколько часов я уже не буду прятаться по кустам, чтобы выкурить сигарету, – говорит Андреа. — Зачем ты куришь? Ведь в твоем положении курение приносит больше вреда, нежели здоровым людям. — Курение – это единственная вещь, которая связывает меня со здоровыми людьми. – Сделав небольшую паузу, Андреа продолжает: – Обещай, что когда мои руки перестанут двигаться, будешь подносить мне зажигалку. — Обещаю. Это самое странное обещание за всю мою жизнь.

    — Вирджиния Абрамс · книга
20. «

    — Теперь я понимаю, что такое настоящая любовь, — говорю я. Наконец-то Карли обращает на меня внимание. — И что же это? — Это дарить счастье любимому человеку даже после смерти.

    — Теперь я понимаю, что такое настоящая любовь, — говорю я. Наконец-то Карли обращает на меня внимание. — И что же это? — Это дарить счастье любимому человеку даже после смерти.

    — Джина · книга