155 цитат из книги «Стендаль. Красное и чёрное» — коротко и по делу

Собрали 155 цитат из книги «Стендаль. Красное и чёрное» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Никогда еще ни одному краснобаю-министру не удавалось наговорить так много и при этом так мало сказать.

   Никогда еще ни одному краснобаю-министру не удавалось наговорить так много и при этом так мало сказать.
2. «

   Вот оно, истинное чудо нашей цивилизации! Вы умудрились превратить любовь в обыкновенную сделку.

   Вот оно, истинное чудо нашей цивилизации! Вы умудрились превратить любовь в обыкновенную сделку.

   — Барнав · книга
3. «

   Его лицо отражает высокую душу, этим-то оно и пленило меня.

   Его лицо отражает высокую душу, этим-то оно и пленило меня.
4. «

   И какой же это адский труд это ежеминутное лицемерие! Да оно затмит все подвиги Геркулеса!

   И какой же это адский труд это ежеминутное лицемерие! Да оно затмит все подвиги Геркулеса!

   — Жюльен Сорель · книга
5. «

   Возможно, вы достигнете благоденствия, но для этого вам придется обижать бедных, льстить помощнику префекта, мэру, каждому влиятельному лицу и подчиняться их прихотям; такое поведение, то есть то, что в миру называется «умением жить», не всегда бывает для мирянина совсем уж не совместимо со спасением души, но в нашем звании надо выбирать: либо благоденствовать в этом мире, либо в жизни будущей: середины нет.

   Возможно, вы достигнете благоденствия, но для этого вам придется обижать бедных, льстить помощнику префекта, мэру, каждому влиятельному лицу и подчиняться их прихотям; такое поведение, то есть то, что в миру называется «умением жить», не всегда бывает для мирянина совсем уж не совместимо со спасением души, но в нашем звании надо выбирать: либо благоденствовать в этом мире, либо в жизни будущей: середины нет.

   — кюре Шелан · книга
6. «

   Все таланты этого человека сводятся к тому, чтобы заставлять платить себе всякого, кто ему должен, с величайшей аккуратностью, а самому с уплатой своих долгов тянуть как можно дольше.

   Все таланты этого человека сводятся к тому, чтобы заставлять платить себе всякого, кто ему должен, с величайшей аккуратностью, а самому с уплатой своих долгов тянуть как можно дольше.
7. «

   В городке, где всего двадцать тысяч жителей, именно эти-то люди создают общественное мнение, а общественное мнение в стране, которой дана хартия, — это поистине нечто страшное. Человек с благородной, отважной душой, казалось бы, мог стать вашим другом, но он живет от вас на расстоянии сотни лье и судит о вас по тому, как относится к вам общественное мнение вашего городка, а оно создается глупцами, которым выпало счастье родиться знатными, богатыми и благонамеренными. Горе тому, кто от них отличается!

   В городке, где всего двадцать тысяч жителей, именно эти-то люди создают общественное мнение, а общественное мнение в стране, которой дана хартия, — это поистине нечто страшное. Человек с благородной, отважной душой, казалось бы, мог стать вашим другом, но он живет от вас на расстоянии сотни лье и судит о вас по тому, как относится к вам общественное мнение вашего городка, а оно создается глупцами, которым выпало счастье родиться знатными, богатыми и благонамеренными. Горе тому, кто от них отличается!
8. «

   Что же это за любовь, от которой тебя одолевает зевота? Уж лучше стать ханжой.

   Что же это за любовь, от которой тебя одолевает зевота? Уж лучше стать ханжой.
9. «

   Наше время, боже праведный! Да, это сущий Ковчег Завета: горе тому, кто к нему прикоснется!

   Наше время, боже праведный! Да, это сущий Ковчег Завета: горе тому, кто к нему прикоснется!

   — Дидро · книга
10. «

    Странное действие брака, каким сделал его XIX век! Скука супружеской жизни наверняка убивает любовь, если она и была до брака, и при этом, говорит некий философ, супруги, достаточно богатые, чтобы не работать, очень скоро не знают, куда деваться от скуки, до того недоедают им мирные семейные радости. А среди женщин только очень сухие натуры не начинают в браке мечтать о любви.

    Странное действие брака, каким сделал его XIX век! Скука супружеской жизни наверняка убивает любовь, если она и была до брака, и при этом, говорит некий философ, супруги, достаточно богатые, чтобы не работать, очень скоро не знают, куда деваться от скуки, до того недоедают им мирные семейные радости. А среди женщин только очень сухие натуры не начинают в браке мечтать о любви.
11. «

    Вот в том-то и беда — увы! чрезмерной цивилизации. Душа двадцатилетнего юноши, получившего кое-какое образование, чуждается всякой непосредственности, бежит от нее за тридевять земель, а без нее любовь часто образуется в самую вкусную обязанность.

    Вот в том-то и беда — увы! чрезмерной цивилизации. Душа двадцатилетнего юноши, получившего кое-какое образование, чуждается всякой непосредственности, бежит от нее за тридевять земель, а без нее любовь часто образуется в самую вкусную обязанность.
12. «

    ... Хорошо делать два дела сразу — вещь нелегкая...

    ... Хорошо делать два дела сразу — вещь нелегкая...
13. «

    Читать прелестно написанное любовное письмо — это высшее наслаждение для недотроги, это для нее минута отдыха. Тут ей уж не надо ломать комедию, она может позволить себе слушать голос своего сердца.

    Читать прелестно написанное любовное письмо — это высшее наслаждение для недотроги, это для нее минута отдыха. Тут ей уж не надо ломать комедию, она может позволить себе слушать голос своего сердца.

    — князь Коразов · книга
14. «

    Мотылек обжигается о пламя свечи... сравнение старое, как мир.

    Мотылек обжигается о пламя свечи... сравнение старое, как мир.

    — князь Коразов · книга
15. «

    Грубость и самое тупое равнодушие ко всему, что не имеет отношение к наживе, к чинам или крестам, слепая ненависть ко всякому неугодному им суждению — все это казалось ей столь же естественным у представителей сильного пола, как то, что они ходят в сапогах и фетровой шляпе.

    Грубость и самое тупое равнодушие ко всему, что не имеет отношение к наживе, к чинам или крестам, слепая ненависть ко всякому неугодному им суждению — все это казалось ей столь же естественным у представителей сильного пола, как то, что они ходят в сапогах и фетровой шляпе.
16. «

    Такие дерзкие и гордые натуры отличаются способностью мгновенно переходить от раздражения против самих себя к неистовой злобе на окружающих, и сорвать свою злобу в таком случае доставляет им живейшее наслаждение.

    Такие дерзкие и гордые натуры отличаются способностью мгновенно переходить от раздражения против самих себя к неистовой злобе на окружающих, и сорвать свою злобу в таком случае доставляет им живейшее наслаждение.
17. «

    На всякой работе нужны люди с головой, потому что надо же дело делать.

    На всякой работе нужны люди с головой, потому что надо же дело делать.

    — Жюльен Сорель · книга
18. «

    Нельзя обмануть целый народ два раза подряд одним и тем же способом.

    Нельзя обмануть целый народ два раза подряд одним и тем же способом.

    — докладчик · книга
19. «

    Стать жертвой своих страстей! Это еще куда ни шло. Но стать жертвой страстей, которые ты не испытываешь! О, жалкий XIX век!

    Стать жертвой своих страстей! Это еще куда ни шло. Но стать жертвой страстей, которые ты не испытываешь! О, жалкий XIX век!

    — Жироле · книга
20. «

    История Англии показывает мне, все равно как зеркало, все наше будущее. Всегда найдется какой-нибудь король, которому захочется расширить свои прерогативы, всегда мечты о депутатском кресле, слава и сотни тысяч франков, которые загребал Мирабо, будут мешать спать провинциальным богачам, и это у них называется — быть либералом и любить народ. Жажда попасть в пэры или в камер-юнкеры вечно будет подстегивать ультрароялистов. Всякий будет стремиться стать у руля на государственном корабле, ибо за это недурно платят. И неужели там так-таки никогда и не найдется скромного маленького местечка для обыкновенного путешественника?

    История Англии показывает мне, все равно как зеркало, все наше будущее. Всегда найдется какой-нибудь король, которому захочется расширить свои прерогативы, всегда мечты о депутатском кресле, слава и сотни тысяч франков, которые загребал Мирабо, будут мешать спать провинциальным богачам, и это у них называется — быть либералом и любить народ. Жажда попасть в пэры или в камер-юнкеры вечно будет подстегивать ультрароялистов. Всякий будет стремиться стать у руля на государственном корабле, ибо за это недурно платят. И неужели там так-таки никогда и не найдется скромного маленького местечка для обыкновенного путешественника?

    — Сен-Жиро · книга