33 цитаты из книги «Стендаль. Жизнеописания Гайдна, Моцарта и Метастазио» на каждый день

Ниже 33 цитаты из книги «Стендаль. Жизнеописания Гайдна, Моцарта и Метастазио»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Порой всего лишь за день успевает Цвет нашей жизни облететь, И как в году двух маев не бывает, Так ей вторично не зазеленеть... Итак, любить должны мы, Пока еще мы можем быть любимы.

   Порой всего лишь за день успевает Цвет нашей жизни облететь, И как в году двух маев не бывает, Так ей вторично не зазеленеть... Итак, любить должны мы, Пока еще мы можем быть любимы.

   — Тассо · книга
2. «

   Все преходяще: город, слава, трон. И человек скорбит, что смертен он.

   Все преходяще: город, слава, трон. И человек скорбит, что смертен он.

   — Тассо · книга
3. «

   Если в дело вмешивается разум, то количество браков всегда находится в полном соответствии с теми средствами, на которые можно вырастить семью.

   Если в дело вмешивается разум, то количество браков всегда находится в полном соответствии с теми средствами, на которые можно вырастить семью.
4. «

   Кто из нас, расставаясь со своей дорогой возлюбленной, не повторял беспрестанно: «Прощай! Прощай!» Каждый пользуется одним и тем же словом, но, как бы несчастен он ни был, ему не забыть, что всякий раз это слово произносилось по-разному.

   Кто из нас, расставаясь со своей дорогой возлюбленной, не повторял беспрестанно: «Прощай! Прощай!» Каждый пользуется одним и тем же словом, но, как бы несчастен он ни был, ему не забыть, что всякий раз это слово произносилось по-разному.
5. «

   Каждому свойственно рассказывать об опасностях, через которые он прошел.

   Каждому свойственно рассказывать об опасностях, через которые он прошел.

   — Метастазио · книга
6. «

   Гайдн, находивший в музыке такое множество прекрасных идей, всегда ощущал удовольствие от самого процесса творчества, которое, бесспорно, относится к числу наивысших наслаждений, доступных человеку.

   Гайдн, находивший в музыке такое множество прекрасных идей, всегда ощущал удовольствие от самого процесса творчества, которое, бесспорно, относится к числу наивысших наслаждений, доступных человеку.
7. «

   Всем известно, что чем более музыкант владеет каким-нибудь инструментом, тем менее он способен чувствовать внушаемое им восхищение. Душа его полна другим, и он увлекается только трудностями.

   Всем известно, что чем более музыкант владеет каким-нибудь инструментом, тем менее он способен чувствовать внушаемое им восхищение. Душа его полна другим, и он увлекается только трудностями.
8. «

   Нас, французов, все, что связано с чувством, не может сделать ни крайне счастливыми, ни глубоко несчастными, и наши величайшие огорчения происходят лишь от оскорбленного тщеславия.

   Нас, французов, все, что связано с чувством, не может сделать ни крайне счастливыми, ни глубоко несчастными, и наши величайшие огорчения происходят лишь от оскорбленного тщеславия.
9. «

   Человек, мало-мальски одаренный от рождения, возносится своим веком на ту высоту, которой достиг данный век; полученное им образование, уровень знаний аплодирующих ему зрителей, — все способствует его продвижению; но если он идет дальше, если он оказывается выше своего века, он, стало быть, обладает подлинным талантом; тогда он трудится для потомства, но зато его произведения менее ценятся современниками.

   Человек, мало-мальски одаренный от рождения, возносится своим веком на ту высоту, которой достиг данный век; полученное им образование, уровень знаний аплодирующих ему зрителей, — все способствует его продвижению; но если он идет дальше, если он оказывается выше своего века, он, стало быть, обладает подлинным талантом; тогда он трудится для потомства, но зато его произведения менее ценятся современниками.
10. «

    С самого раннего детства музыка доставляла ему необычайное удовольствие. Слушать, как играют на любом инструменте, было для него отраднее, чем бегать со своими сверстниками.

    С самого раннего детства музыка доставляла ему необычайное удовольствие. Слушать, как играют на любом инструменте, было для него отраднее, чем бегать со своими сверстниками.
11. «

    Я постарался уяснить себе чувство, которое мы, живущие во Франции, испытываем, слушая музыку. Основная трудность заключается в том, что ощущения, которыми мы обязаны этому восхитительному искусству, крайне сложно выразить словами.

    Я постарался уяснить себе чувство, которое мы, живущие во Франции, испытываем, слушая музыку. Основная трудность заключается в том, что ощущения, которыми мы обязаны этому восхитительному искусству, крайне сложно выразить словами.
12. «

    Все поэты подражали Гомеру, но сам он не подражал никому.

    Все поэты подражали Гомеру, но сам он не подражал никому.
13. «

    Мелодия — это душа музыки, это жизнь, дух, самая суть произведения.

    Мелодия — это душа музыки, это жизнь, дух, самая суть произведения.

    — Гайдн · книга
14. «

    Гениальным можно считать только того человека, который испытывает глубокое наслаждение в процессе творчества и продолжает работать, несмотря на все преграды.

    Гениальным можно считать только того человека, который испытывает глубокое наслаждение в процессе творчества и продолжает работать, несмотря на все преграды.
15. «

    Все его богатство заключалось в молодом, крепнущем таланте; но если ваш талант никто не признает, то это слабое утешение.

    Все его богатство заключалось в молодом, крепнущем таланте; но если ваш талант никто не признает, то это слабое утешение.
16. «

    Мне думается, что первейший завет, диктуемый девятнадцатым веком каждому, кто берется за перо, — это ясность.

    Мне думается, что первейший завет, диктуемый девятнадцатым веком каждому, кто берется за перо, — это ясность.
17. «

    Гайдна страстно волновала, скорее, любовь к музыке, нежели жажда славы; да и в самом стремлении к славе не было и тени честолюбия. Занимаясь музыкой, он прежде всего помышлял о собственном удовольствии, а не о том, чтобы добиться известного положения в обществе.

    Гайдна страстно волновала, скорее, любовь к музыке, нежели жажда славы; да и в самом стремлении к славе не было и тени честолюбия. Занимаясь музыкой, он прежде всего помышлял о собственном удовольствии, а не о том, чтобы добиться известного положения в обществе.
18. «

    Чимарозо, Гайдн и Моцарт только что сошли с мировой сцены. Их бессмертные творения, правда, все еще исполняются, но скоро их отложат в сторону: в моду войдут другие музыканты, и мы окончательно погрузимся во мрак посредственности.

    Чимарозо, Гайдн и Моцарт только что сошли с мировой сцены. Их бессмертные творения, правда, все еще исполняются, но скоро их отложат в сторону: в моду войдут другие музыканты, и мы окончательно погрузимся во мрак посредственности.
19. «

    С каких пор чисто физические качества стали предметом гордости?

    С каких пор чисто физические качества стали предметом гордости?

    — Гайдн · книга
20. «

    Мне было отрадно вложить в эти интимные строки бесхитростное выражение волнующих меня чувств, и в ответ на них я не жду признательности; я люблю потому, что это доставляет мне наслаждение.

    Мне было отрадно вложить в эти интимные строки бесхитростное выражение волнующих меня чувств, и в ответ на них я не жду признательности; я люблю потому, что это доставляет мне наслаждение.