13 цитат из книги «Стюарт Тёртон. Дьявол и темная вода» для поста в соцсетях

13 цитат из книги «Стюарт Тёртон. Дьявол и темная вода» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Моя мама была целительницей и часто сталкивалась с кознями дьявола. Она рассказывала мне о детях, которые заманивали родителей в лес и убивали. Об одержимых, у которых лопалась кожа, потому что бесы рвались из их тел наружу. Мы для них – мыши, с которыми можно поиграть, а потом растерзать. Все начинается с такой метки, как на парусе. Ее предназначение – испугать нас, ибо запуганные люди готовы сделать что угодно с кем угодно, лишь бы избавиться от страха.

   Моя мама была целительницей и часто сталкивалась с кознями дьявола. Она рассказывала мне о детях, которые заманивали родителей в лес и убивали. Об одержимых, у которых лопалась кожа, потому что бесы рвались из их тел наружу. Мы для них – мыши, с которыми можно поиграть, а потом растерзать. Все начинается с такой метки, как на парусе. Ее предназначение – испугать нас, ибо запуганные люди готовы сделать что угодно с кем угодно, лишь бы избавиться от страха.

   — Сара Вессел · книга
2. «

   Вина, словно грязь. Она въедается в кожу и не смывается.

   Вина, словно грязь. Она въедается в кожу и не смывается.
3. «

   Он [отец] учил меня, что женщины – слабые создания, которых Господь намеренно сотворил ущербными, чтобы мужчины доблестно их защищали. Я так считал, пока на войне не увидел, как мужчины молят о пощаде, а их жены бросаются на врага с мотыгами, защищая свою землю. Люди делятся на сильных и слабых, а не на тех, кто носит штаны и юбку. Перед жизнью все равны.

   Он [отец] учил меня, что женщины – слабые создания, которых Господь намеренно сотворил ущербными, чтобы мужчины доблестно их защищали. Я так считал, пока на войне не увидел, как мужчины молят о пощаде, а их жены бросаются на врага с мотыгами, защищая свою землю. Люди делятся на сильных и слабых, а не на тех, кто носит штаны и юбку. Перед жизнью все равны.

   — Арент Хейс · книга
4. «

   Человек может простить что угодно, кроме несправедливости.

   Человек может простить что угодно, кроме несправедливости.
5. «

   Некоторые песни – не просто песни. Они разжигают тлеющие воспоминания. Пробуждают в сердце тоску.

   Некоторые песни – не просто песни. Они разжигают тлеющие воспоминания. Пробуждают в сердце тоску.
6. «

   Гнев делает из достойных мужей упрямцев, а упрямцы выглядят жалко.

   Гнев делает из достойных мужей упрямцев, а упрямцы выглядят жалко.

   — Кресси Йенс · книга
7. «

   Тот, кто обладает властью, к несчастью для себя, слышит только собственный голос.

   Тот, кто обладает властью, к несчастью для себя, слышит только собственный голос.

   — Кресси Йенс · книга
8. «

   – Ты спас меня из окружения. – Я не надеялся спасти вас. Я отправился на верную смерть. – Но зачем? – Не смог бы жить с чувством вины за то, что не попытался.

   – Ты спас меня из окружения. – Я не надеялся спасти вас. Я отправился на верную смерть. – Но зачем? – Не смог бы жить с чувством вины за то, что не попытался.

   — Ян Хаан · книга
9. «

   Все считают, что корабль плывет сам по себе, были бы ветер да волны. А это не так. Управлять кораблем – значит управлять матросами, а они полны суеверий и злобы. Попадешь ли ты домой, зависит от убийц, воров и прочего отребья, которое больше ни на что не годно. Они на этом корабле только потому, что на суше их бы давно вздернули. Они вспыльчивы и буйны в гневе, а мы согнали их всех вместе туда, где даже скот держать нельзя. Капитан Кроуэлс управляет кораблем, а я удерживаю команду от мятежа. Стоит одному из нас оплошать, и мы все покойники. <...> Знаешь, почему матросы терпеть не могут солдат? Потому что мы их так настраиваем. Иначе они поймут, что на самом деле ненавидят друг друга, и тогда дома нам не видать.

   Все считают, что корабль плывет сам по себе, были бы ветер да волны. А это не так. Управлять кораблем – значит управлять матросами, а они полны суеверий и злобы. Попадешь ли ты домой, зависит от убийц, воров и прочего отребья, которое больше ни на что не годно. Они на этом корабле только потому, что на суше их бы давно вздернули. Они вспыльчивы и буйны в гневе, а мы согнали их всех вместе туда, где даже скот держать нельзя. Капитан Кроуэлс управляет кораблем, а я удерживаю команду от мятежа. Стоит одному из нас оплошать, и мы все покойники. <...> Знаешь, почему матросы терпеть не могут солдат? Потому что мы их так настраиваем. Иначе они поймут, что на самом деле ненавидят друг друга, и тогда дома нам не видать.

   — Исаак Ларм · книга
10. «

    Всю жизнь она изучала поведение мужчин. Не из любви или из восхищения, как подобало бы женщине, а из страха. Мужчины опасны. Их нрав переменчив и резко портится от досады, а досадуют они часто – чаще всего на собственные недостатки, хотя только дурак осмелится им на них указывать.

    Всю жизнь она изучала поведение мужчин. Не из любви или из восхищения, как подобало бы женщине, а из страха. Мужчины опасны. Их нрав переменчив и резко портится от досады, а досадуют они часто – чаще всего на собственные недостатки, хотя только дурак осмелится им на них указывать.
11. «

    Любовь ни с чем не спутаешь, потому что она ни на что больше не похожа. Она не умеет скрываться и притворяться, ее нельзя не заметить.

    Любовь ни с чем не спутаешь, потому что она ни на что больше не похожа. Она не умеет скрываться и притворяться, ее нельзя не заметить.

    — Сэмюэль Пипс · книга
12. «

    Нужно искать то, что скрыто, но должно быть видимым, и то, что видимо, но должно быть скрытым.

    Нужно искать то, что скрыто, но должно быть видимым, и то, что видимо, но должно быть скрытым.

    — Сара Вессел · книга
13. «

    Войну славят только поэты, чтобы власть имущие не чувствовали себя виноватыми в резне, устроенной на их деньги. А простому солдату суждено погибнуть на чужбине за короля, который не дал бы ему и крошки со своего стола.

    Войну славят только поэты, чтобы власть имущие не чувствовали себя виноватыми в резне, устроенной на их деньги. А простому солдату суждено погибнуть на чужбине за короля, который не дал бы ему и крошки со своего стола.

    — Арент Хейс · книга