12 цитат из книги «Стюарт Тёртон. Семь смертей Эвелины Хардкасл» со смыслом

Собрали 12 цитат из книги «Стюарт Тёртон. Семь смертей Эвелины Хардкасл» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   – А вам известно, мистер Слоун, как определить, готов ли чудовищный преступник к освобождению? Действительно он исправился или просто говорит то, что от него хотят услышать? – Он отпивает из фляжки. – Дайте ему прожить день, в котором все его поступки совершаются безнаказанно, и посмотрите, что из этого выйдет.

   – А вам известно, мистер Слоун, как определить, готов ли чудовищный преступник к освобождению? Действительно он исправился или просто говорит то, что от него хотят услышать? – Он отпивает из фляжки. – Дайте ему прожить день, в котором все его поступки совершаются безнаказанно, и посмотрите, что из этого выйдет.

   — Чумной Лекарь · книга
2. «

   Каждое завтра – бесценный дар. До него нужно только дойти.

   Каждое завтра – бесценный дар. До него нужно только дойти.
3. «

   – Моя бабушка Хизер Хардкасл, – произносит Эвелина, заметив, что он разглядывает картину на стене. – Портрет ей не льстит, она презирала лесть во всех её проявлениях.

   – Моя бабушка Хизер Хардкасл, – произносит Эвелина, заметив, что он разглядывает картину на стене. – Портрет ей не льстит, она презирала лесть во всех её проявлениях.

   — Эвелина Хардкасл · книга
4. «

   — Если в вашей власти меня освободить, то почему вы этого сразу не сделаете, чёрт бы вас побрал! — восклицаю я. — Зачем все эти игры? — Затем, что вечность — скучная штука, — отвечает он. — Или потому, что в игре главное — игра.

   — Если в вашей власти меня освободить, то почему вы этого сразу не сделаете, чёрт бы вас побрал! — восклицаю я. — Зачем все эти игры? — Затем, что вечность — скучная штука, — отвечает он. — Или потому, что в игре главное — игра.

   — Айден Слоун · книга
5. «

   Истинная сущность человека яснее всего проявляется тогда, когда он думает, что его никто не видит.

   Истинная сущность человека яснее всего проявляется тогда, когда он думает, что его никто не видит.
6. «

   Я рассеянно беру платок, благодарю. Всё как в тумане, я ошеломлён, не могу поверить в происходящее. Вытерев с лица кровь Стэнуина, я недоумённо разглядываю алые пятна на платке, будто ожидаю объяснений. Я только что разговаривал со Стэнуином, а теперь он убит, и я не понимаю, как смерть может быть такой... мгновенной. Должно ведь быть нечто большее — погоня, страх, какое-то предупреждение. Нельзя же просто умереть. Это похоже на мошенничество: уже и так много заплачено, а требуют ещё больше.

   Я рассеянно беру платок, благодарю. Всё как в тумане, я ошеломлён, не могу поверить в происходящее. Вытерев с лица кровь Стэнуина, я недоумённо разглядываю алые пятна на платке, будто ожидаю объяснений. Я только что разговаривал со Стэнуином, а теперь он убит, и я не понимаю, как смерть может быть такой... мгновенной. Должно ведь быть нечто большее — погоня, страх, какое-то предупреждение. Нельзя же просто умереть. Это похоже на мошенничество: уже и так много заплачено, а требуют ещё больше.

   — Айден Слоун · книга
7. «

   Как по мне, так зима в сто раз теплее сердца этой женщины.

   Как по мне, так зима в сто раз теплее сердца этой женщины.

   — Анна (Anna) · книга
8. «

   Знаете, тот, кто сидит за пустым столом, обрадуется любым крошкам.

   Знаете, тот, кто сидит за пустым столом, обрадуется любым крошкам.

   — Себастьян Белл · книга
9. «

   Если бы я знал, что за рассветом — рай, но не спал бы ни одной ночи.

   Если бы я знал, что за рассветом — рай, но не спал бы ни одной ночи.

   — Айден Слоун · книга
10. «

    – Прошу вас, будьте милосердны. Доктор Белл перенёс тяжёлое потрясение. – Да уж, бутылок пять, не меньше, – хмыкает Сатклифф.

    – Прошу вас, будьте милосердны. Доктор Белл перенёс тяжёлое потрясение. – Да уж, бутылок пять, не меньше, – хмыкает Сатклифф.

    — Майкл Хардкасл · книга
11. «

    Самое страшное, что он меня ни в чём не упрекает, а наоборот, жалеет. Гневные упрёки весомы и осязаемы, их можно опровергнуть, хотя бы и кулаками. А вот жалость — туман, в котором сразу теряешься.

    Самое страшное, что он меня ни в чём не упрекает, а наоборот, жалеет. Гневные упрёки весомы и осязаемы, их можно опровергнуть, хотя бы и кулаками. А вот жалость — туман, в котором сразу теряешься.

    — Себастьян Белл · книга
12. «

    Светское общество — это танец, а я уже стара танцевать.

    Светское общество — это танец, а я уже стара танцевать.

    — Миллисент Дарби · книга