Подборка · 146 цитат из книги

146 фраз из книги «Сьюзан Форвард. Мужчины, которые ненавидят женщин, и женщины, любящие этих мужчин» для дневника

Собрали 146 цитат из книги «Сьюзан Форвард. Мужчины, которые ненавидят женщин, и женщины, любящие этих мужчин» — те самые, которые расходятся на цитаты.

Другие размеры:10 15 20 25 30 40 50 75 100 125 144 145 147 148 150 все варианты

В конце концов Розалинд смогла понять, что большая часть ее чувства вины за разрыв проистекала из неправильного чувства ответственности за то, чтобы заботиться о Джиме и устраивать его жизнь вместо него. Я объяснила Розалинде, что чем дольше она будет заботиться о потребностях Джима, тем позже он начнет заботиться сам о себе.
В конце концов Розалинд смогла понять, что большая часть ее чувства вины за разрыв проистекала из неправильного чувства ответственности за то, чтобы заботиться о Джиме и устраивать его жизнь вместо него. Я объяснила Розалинде, что чем дольше она будет заботиться о потребностях Джима, тем позже он начнет заботиться сам о себе.
Если вы спросите у наркомана, который решил прекратить пользоваться наркотиками, чем он собирается замещать наркотический экстаз, он придет в ужас. Слишком ограничен репертуар вещей, от которых ему становится хорошо. Однако когда наркоман полгода походит «чистым», перед ним открывается много новых вариантов, о существовании которых он просто раньше не знал.
Если вы спросите у наркомана, который решил прекратить пользоваться наркотиками, чем он собирается замещать наркотический экстаз, он придет в ужас. Слишком ограничен репертуар вещей, от которых ему становится хорошо. Однако когда наркоман полгода походит «чистым», перед ним открывается много новых вариантов, о существовании которых он просто раньше не знал.
Отрицание или подавление сильных эмоций не ликвидирует их. Напротив, они переносятся на что-нибудь другое или загоняются глубоко в подсознание.
Нормальная потребность в связи с родителями становится еще более острой, если они прячут любовь и вызывают у детей страх и тревогу. Чем страшнее родители, чем больше они угрожают уйти, тем яростнее ребенок будет цепляться за них в попытках вернуть родительское расположение. Для растерянного ребенка сердитые родители, которые одновременно и любят, и ранят, — просто гиганты. Эти гиганты контролируют жизнь ребенка страхом и манипуляциями его любовью. Ребенок должен все время контролировать свое поведение, чтобы избежать родительского гнева или же заработать одобрение.
Нормальная потребность в связи с родителями становится еще более острой, если они прячут любовь и вызывают у детей страх и тревогу. Чем страшнее родители, чем больше они угрожают уйти, тем яростнее ребенок будет цепляться за них в попытках вернуть родительское расположение. Для растерянного ребенка сердитые родители, которые одновременно и любят, и ранят, — просто гиганты. Эти гиганты контролируют жизнь ребенка страхом и манипуляциями его любовью. Ребенок должен все время контролировать свое поведение, чтобы избежать родительского гнева или же заработать одобрение.
Чарли, сорокалетний инженер, пришел на терапию после трех развалившихся браков и многих отношений. Он рассказал мне: «Я спал с тремя-четырьмя женщинами в день, потому что утро было напряженным или еще почему-то. Теперь мне стыдно, я понимаю, что я видел в них игрушки, которые помогали мне почувствовать себя не таким несчастным». Если женщина возражала против интенсивных сексуальных аппетитов Чарли, он набрасывался на нее в ярости, называл фригидной или закомплексованной, говорил, что она нарочно сдерживается, обвинял в том, что она его не любит.
Чарли, сорокалетний инженер, пришел на терапию после трех развалившихся браков и многих отношений. Он рассказал мне: «Я спал с тремя-четырьмя женщинами в день, потому что утро было напряженным или еще почему-то. Теперь мне стыдно, я понимаю, что я видел в них игрушки, которые помогали мне почувствовать себя не таким несчастным». Если женщина возражала против интенсивных сексуальных аппетитов Чарли, он набрасывался на нее в ярости, называл фригидной или закомплексованной, говорил, что она нарочно сдерживается, обвинял в том, что она его не любит.
Каким бы ни был его стиль, мизогин всегда ставит на деньги, как на главный источник силы и контроля. <...> Власть мизогина определяется не его способностью зарабатывать, а умением манипулировать партнером.
Многие сегодня не знают, чего ожидать от отношений и как себя в них вести. Пары отвергают старые, жесткие, стереотипные роли, но не знают, чем их заменить. Женщины мучительно ломают голову, как реагировать на свою новообретенную свободу, не становясь слишком жесткой и суровой. Мужчины озабочены тем, как быть любящим и деликатным, не теряя своей маскулинности. И те, и другие обладают своими собственными амбициями и карьерой, по выбору или в силу экономической необходимости.
Многие сегодня не знают, чего ожидать от отношений и как себя в них вести. Пары отвергают старые, жесткие, стереотипные роли, но не знают, чем их заменить. Женщины мучительно ломают голову, как реагировать на свою новообретенную свободу, не становясь слишком жесткой и суровой. Мужчины озабочены тем, как быть любящим и деликатным, не теряя своей маскулинности. И те, и другие обладают своими собственными амбициями и карьерой, по выбору или в силу экономической необходимости.
Пола и Лора оправдывали психологическое насилие со стороны своих партнеров, возлагая вину на себя. Они были убеждены, что если найдут «волшебный ключик», то смогут вести себя так, чтобы их партнеры были довольны, и те опять станут нежными и любящими. [...] К несчастью, требования мизогина все время меняются. То, что радует его сегодня, вряд ли удовлетворит завтра. Невозможно знать, что его выведет из себя в следующий раз. Постепенно смыслом вашей жизни становятся попытки выяснить, как бы доставить ему удовольствие.
Пола и Лора оправдывали психологическое насилие со стороны своих партнеров, возлагая вину на себя. Они были убеждены, что если найдут «волшебный ключик», то смогут вести себя так, чтобы их партнеры были довольны, и те опять станут нежными и любящими. [...] К несчастью, требования мизогина все время меняются. То, что радует его сегодня, вряд ли удовлетворит завтра. Невозможно знать, что его выведет из себя в следующий раз. Постепенно смыслом вашей жизни становятся попытки выяснить, как бы доставить ему удовольствие.
Мизогины могут сердиться по совершеннейшим пустякам. Они взрываются по незначительнейшим поводам. Он же максималист, он преувеличивает, он раздувает из мухи слона. Его партнерша могла забыть заскочить в химчистку, тост сгорел, туалетная бумага кончилась. В секунды из богини она превращается в преступницу.
Мизогины могут сердиться по совершеннейшим пустякам. Они взрываются по незначительнейшим поводам. Он же максималист, он преувеличивает, он раздувает из мухи слона. Его партнерша могла забыть заскочить в химчистку, тост сгорел, туалетная бумага кончилась. В секунды из богини она превращается в преступницу.
Мизогин искренне верит, что его ярость по отношению к партнерше вызвана ее недостатками. Ему проще накинуться на нее в гневе, чем справляться с истинными источниками этой ярости. Он считает, что имеет на это право. Одна часть этого представления о таком праве происходит из детских переживаний, но другая в большой степени проистекает напрямую из нашей культуры. Законодательство и институты, касающиеся женских прав и мужских прерогатив, меняются, однако многие мужчины все еще считают, что их маскулинность зависит от того, насколько им удается навязывать женщинам свою власть и контроль.
Мизогин искренне верит, что его ярость по отношению к партнерше вызвана ее недостатками. Ему проще накинуться на нее в гневе, чем справляться с истинными источниками этой ярости. Он считает, что имеет на это право. Одна часть этого представления о таком праве происходит из детских переживаний, но другая в большой степени проистекает напрямую из нашей культуры. Законодательство и институты, касающиеся женских прав и мужских прерогатив, меняются, однако многие мужчины все еще считают, что их маскулинность зависит от того, насколько им удается навязывать женщинам свою власть и контроль.
Обычно предполагается, что мать будет защищать и отстаивать ребенка, в то время как отец должен быть главой дома, главным кормильцем, домашним арбитром и дисциплинарным судьей, что придает ему уважение и признательность, как бы отец себя ни вел. <...> Дополнительная потребность мальчика в идентификации с отцом затрудняет признание изъянов у отца, даже если он груб и жесток.
Обычно предполагается, что мать будет защищать и отстаивать ребенка, в то время как отец должен быть главой дома, главным кормильцем, домашним арбитром и дисциплинарным судьей, что придает ему уважение и признательность, как бы отец себя ни вел. <...> Дополнительная потребность мальчика в идентификации с отцом затрудняет признание изъянов у отца, даже если он груб и жесток.
Напротив, многие из моих коллег-мужчин тактичны, внимательны и понимают, с какими проблемами женщины сталкиваются во взаимоотношениях. Я всегда буду помнить одну группу, которую мы вели вместе с одним молодым психиатром. Одна женщина очень стеснялась проблем в своем десятилетнем браке. Она рассказала о ряде случаев, когда ее муж проявлял невероятную жестокость и оказывал психологическое насилие, а потом спросила, почему она не в порядке. И мой коллега ответил: «Вас эмоционально избивали с изощренной жестокостью каждый день. Здесь не о чем говорить. Это не вопрос взглядов или гендерной политики. Вы переживаете насилие каждый день. Вы в полном порядке, если не считать того, что до сих пор не научились защищать себя». Поскольку эта женщина переняла так много отрицательных взглядов у своего собственного мужа, для нее оказалось необычайно важным получить одобрение у другого мужчины. Я видела выражение облегчения и благодарности на ее лице. Она действительно почувствовала, что ее услышали, возможно, впервые за много лет.
Напротив, многие из моих коллег-мужчин тактичны, внимательны и понимают, с какими проблемами женщины сталкиваются во взаимоотношениях. Я всегда буду помнить одну группу, которую мы вели вместе с одним молодым психиатром. Одна женщина очень стеснялась проблем в своем десятилетнем браке. Она рассказала о ряде случаев, когда ее муж проявлял невероятную жестокость и оказывал психологическое насилие, а потом спросила, почему она не в порядке. И мой коллега ответил: «Вас эмоционально избивали с изощренной жестокостью каждый день. Здесь не о чем говорить. Это не вопрос взглядов или гендерной политики. Вы переживаете насилие каждый день. Вы в полном порядке, если не считать того, что до сих пор не научились защищать себя». Поскольку эта женщина переняла так много отрицательных взглядов у своего собственного мужа, для нее оказалось необычайно важным получить одобрение у другого мужчины. Я видела выражение облегчения и благодарности на ее лице. Она действительно почувствовала, что ее услышали, возможно, впервые за много лет.
Есть люди настроения, есть импульсивные и горячие, есть спорщики, которые ни за что не согласятся с тем, что бы вы ни говорили, однако все это еще не делает их мизогинами. Помните, мизогин — это человек, которому нужно контролировать женщину. Он делает это агрессивно, он использует угрозы и критику, принижает женщину, разрушает ее веру в себя, расшатывая ее внутреннее равновесие непредсказуемыми колебаниями от нежности к ярости. Вы не должны обрушивать свое новообретенное понимание мизогинного поведения и его последствий на всех мужчин. Видеть в каждом мизогина точно так же нереально, как и случайно проморгать плохое отношение к себе.
Есть люди настроения, есть импульсивные и горячие, есть спорщики, которые ни за что не согласятся с тем, что бы вы ни говорили, однако все это еще не делает их мизогинами. Помните, мизогин — это человек, которому нужно контролировать женщину. Он делает это агрессивно, он использует угрозы и критику, принижает женщину, разрушает ее веру в себя, расшатывая ее внутреннее равновесие непредсказуемыми колебаниями от нежности к ярости. Вы не должны обрушивать свое новообретенное понимание мизогинного поведения и его последствий на всех мужчин. Видеть в каждом мизогина точно так же нереально, как и случайно проморгать плохое отношение к себе.
Будь мизогины все время злыми и язвительными, всякая женская изобретательность в плане поисков объяснений вскоре бы истощилась. Однако в промежутках между вспышками они бывают милыми и любящими, как во время вашей первой встречи. К несчастью, хорошие периоды поддерживают ваше ошибочное убеждение, что все неприятности — только кошмарный сон, а вовсе даже не истинное «Я» вашего любимого. Когда он демонстрирует свою любовь, вы с удвоенной силой продолжаете надеяться, что с того или другого момента все будет чудесно. Однако вы никогда не сможете предположить его последующую реакцию, поскольку она всякий раз меняется. Эта модель поведения прекрасно передана в классическом рассказе Роберта Льюиса Стивенсона о темных и светлых сторонах человеческой души, поэтому я и назвала ее игрой в доктора Джекилла и мистера Хайда.
Будь мизогины все время злыми и язвительными, всякая женская изобретательность в плане поисков объяснений вскоре бы истощилась. Однако в промежутках между вспышками они бывают милыми и любящими, как во время вашей первой встречи. К несчастью, хорошие периоды поддерживают ваше ошибочное убеждение, что все неприятности — только кошмарный сон, а вовсе даже не истинное «Я» вашего любимого. Когда он демонстрирует свою любовь, вы с удвоенной силой продолжаете надеяться, что с того или другого момента все будет чудесно. Однако вы никогда не сможете предположить его последующую реакцию, поскольку она всякий раз меняется. Эта модель поведения прекрасно передана в классическом рассказе Роберта Льюиса Стивенсона о темных и светлых сторонах человеческой души, поэтому я и назвала ее игрой в доктора Джекилла и мистера Хайда.
Формирование реалистического взгляда на партнеров, понимание и принятие их достоинств и недостатков требует времени. При вихревых ухаживаниях поток эмоций настолько стремителен и мощен, что восприятие другого человека по причине шока отключается. Все, что нарушает созданную картину «идеальной» новой любви, игнорируется или блокируется. Как будто оба партнера находятся в шорах. Все наше внимание концентрируется на том, какие чувства будит в нас другой человек, а не на том, какова его сущность. Ход мысли таков: если благодаря этому человеку я испытывают чудесные чувства, он должен быть чудесным.
Формирование реалистического взгляда на партнеров, понимание и принятие их достоинств и недостатков требует времени. При вихревых ухаживаниях поток эмоций настолько стремителен и мощен, что восприятие другого человека по причине шока отключается. Все, что нарушает созданную картину «идеальной» новой любви, игнорируется или блокируется. Как будто оба партнера находятся в шорах. Все наше внимание концентрируется на том, какие чувства будит в нас другой человек, а не на том, какова его сущность. Ход мысли таков: если благодаря этому человеку я испытывают чудесные чувства, он должен быть чудесным.
Если он не встречает сопротивления в ответ на свою первую выходку, то таким образом партнерша дает ему разрешение и дальше вести себя так же. Я не переставая повторяю: вы не можете позволить себе отдать Гитлеру Польшу. На раннем этапе отношений идет постоянная проверка границ. Мизогин занимается тем, что определяет для себя, иногда даже не понимая этого, как далеко он может зайти. К несчастью, партнерша убеждена, что если она не будет вступать в конфликты или оспаривать оскорбительные поступки партнера, то это своеобразное выражение ее любви. В эту ловушку попадают многие женщины.
Если он не встречает сопротивления в ответ на свою первую выходку, то таким образом партнерша дает ему разрешение и дальше вести себя так же. Я не переставая повторяю: вы не можете позволить себе отдать Гитлеру Польшу. На раннем этапе отношений идет постоянная проверка границ. Мизогин занимается тем, что определяет для себя, иногда даже не понимая этого, как далеко он может зайти. К несчастью, партнерша убеждена, что если она не будет вступать в конфликты или оспаривать оскорбительные поступки партнера, то это своеобразное выражение ее любви. В эту ловушку попадают многие женщины.
Если женщина сексуально сдерживается, поскольку иначе ей дают почувствовать, что она неадекватная, в конце концов ей скажут, что она «отвергает». Если женщина начнет скрывать свою сексуальность по причине плохого обращения, ей скажут, что она «фригидная», «холодная», «прынцесса» или «динамистка». С другой стороны, если женщина попытается вызвать на сексуальный контакт, ее назовут «требовательной», «ненасытной», «животным», «агрессивной», «нимфоманкой».
Если женщина сексуально сдерживается, поскольку иначе ей дают почувствовать, что она неадекватная, в конце концов ей скажут, что она «отвергает». Если женщина начнет скрывать свою сексуальность по причине плохого обращения, ей скажут, что она «фригидная», «холодная», «прынцесса» или «динамистка». С другой стороны, если женщина попытается вызвать на сексуальный контакт, ее назовут «требовательной», «ненасытной», «животным», «агрессивной», «нимфоманкой».
В то время как отец-тиран бросает сына в объятья матери, наводя страх, пассивный отец делает это, прячась и будучи недоступным. Но ни тот, ни другой не способны предложить сыну необходимую ему помощь в сложной задаче отделения от матери. Пассивный отец пытается слиться с фоном семейной эмоциональной жизни и скрывается в своем собственном мире при первых признаках семейных неприятностей.
В то время как отец-тиран бросает сына в объятья матери, наводя страх, пассивный отец делает это, прячась и будучи недоступным. Но ни тот, ни другой не способны предложить сыну необходимую ему помощь в сложной задаче отделения от матери. Пассивный отец пытается слиться с фоном семейной эмоциональной жизни и скрывается в своем собственном мире при первых признаках семейных неприятностей.
Нет никаких свидетельств тому, что дети нуждаются в двух родителях, чтобы вырасти во взрослых с нормальной психикой. Однако есть свидетельства, что дети, выросшие в обстановке стресса, конфликтов и насилия, склонны в будущем повторять модель поведения агрессора либо жертвы. Разводы для всех нелегки, однако дети могут пережить их и переживают при условии, что рядом с ним остается хотя бы один любящий взрослый.
Нет никаких свидетельств тому, что дети нуждаются в двух родителях, чтобы вырасти во взрослых с нормальной психикой. Однако есть свидетельства, что дети, выросшие в обстановке стресса, конфликтов и насилия, склонны в будущем повторять модель поведения агрессора либо жертвы. Разводы для всех нелегки, однако дети могут пережить их и переживают при условии, что рядом с ним остается хотя бы один любящий взрослый.
Понятно, что когда люди встречаются, влюбляются, съезжаются и начинают строить планы на свадьбу в течение нескольких недель, речь идет не только о любви и желании быть вместе. Эти люди испытывают повышенную, почти невыносимую потребность в как можно более скорейшем растворении, «слиянии» с другим человеком. Их отдельное «я» становится вторичным, на первый план выходит любовь. Они начинают жить чувствами партнера. Каждое изменение настроения тут же переходит к другому. Часто работа, дружба и другие занятия становятся второстепенными. Невероятное количество энергии уходит на то. Чтобы любить, быть любимым, получать одобрение от любимого, психологически партнеры сплавляются друг с другом.
Понятно, что когда люди встречаются, влюбляются, съезжаются и начинают строить планы на свадьбу в течение нескольких недель, речь идет не только о любви и желании быть вместе. Эти люди испытывают повышенную, почти невыносимую потребность в как можно более скорейшем растворении, «слиянии» с другим человеком. Их отдельное «я» становится вторичным, на первый план выходит любовь. Они начинают жить чувствами партнера. Каждое изменение настроения тут же переходит к другому. Часто работа, дружба и другие занятия становятся второстепенными. Невероятное количество энергии уходит на то. Чтобы любить, быть любимым, получать одобрение от любимого, психологически партнеры сплавляются друг с другом.

20 из 146