25 цитат из книги «Торнтон Уайлдер. День Восьмой» с глубоким смыслом

25 цитат из книги «Торнтон Уайлдер. День Восьмой» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Голод уродует одного, но закаляет другого.

   Голод уродует одного, но закаляет другого.
2. «

   Охота отнимала много времени, но у нас всегда найдется время для занятий, которые нам по душе.

   Охота отнимала много времени, но у нас всегда найдется время для занятий, которые нам по душе.
3. «

   Роджер давно усвоил себе истину: меньше расспрашивай, больше узнаешь.

   Роджер давно усвоил себе истину: меньше расспрашивай, больше узнаешь.
4. «

   Лишь много позже к ней пришло понимание, что прекрасное существует не для того, чтобы обладать им, но чтобы смотреть на него и радоваться красоте.

   Лишь много позже к ней пришло понимание, что прекрасное существует не для того, чтобы обладать им, но чтобы смотреть на него и радоваться красоте.
5. «

   Доктор Маккензи лишь пожимал плечами; для него христиане, магометане, буддисты — все были одинаковы, все пресмыкались над идолами в чаянии незаслуженных благ.

   Доктор Маккензи лишь пожимал плечами; для него христиане, магометане, буддисты — все были одинаковы, все пресмыкались над идолами в чаянии незаслуженных благ.
6. «

   Наша память подчинена нашим интересам.

   Наша память подчинена нашим интересам.
7. «

   Просто на самом дне и деньги уже не имеют цены.

   Просто на самом дне и деньги уже не имеют цены.
8. «

   Мужчины без женщин могут жить и в пещере.

   Мужчины без женщин могут жить и в пещере.
9. «

   Жизнь — смех слабоумного в темноте.

   Жизнь — смех слабоумного в темноте.
10. «

    Справедливость основывается на понимании всех обстоятельств.

    Справедливость основывается на понимании всех обстоятельств.
11. «

    Написать о них людям, которые считают их чем-то будничным, значит поставить под угрозу собственное ощущение чуда.

    Написать о них людям, которые считают их чем-то будничным, значит поставить под угрозу собственное ощущение чуда.
12. «

    Птенец, вылупившийся из яйца в темном чулане и сроду не видавший гнезда, когда придет пора гнездования, безошибочно примется за дело.

    Птенец, вылупившийся из яйца в темном чулане и сроду не видавший гнезда, когда придет пора гнездования, безошибочно примется за дело.
13. «

    Люди, испорченные неразумием, слепотой в страстях своих родителей, калечат потом собственных детей; из-за наших ошибок страдают и уродуются наши дочери и сыновья? Так, звено за звеном, тянется бесконечная цепь поколений.

    Люди, испорченные неразумием, слепотой в страстях своих родителей, калечат потом собственных детей; из-за наших ошибок страдают и уродуются наши дочери и сыновья? Так, звено за звеном, тянется бесконечная цепь поколений.
14. «

    Горе всегда сильнее там, где к нему примешиваются укоры совести.

    Горе всегда сильнее там, где к нему примешиваются укоры совести.
15. «

    Не путайтесь под ногами. Я вас не знаю. Мне некогда — тороплюсь жить.

    Не путайтесь под ногами. Я вас не знаю. Мне некогда — тороплюсь жить.
16. «

    Нет никаких особых провидений, мистер Толланд, есть только человеческая смекалка.

    Нет никаких особых провидений, мистер Толланд, есть только человеческая смекалка.
17. «

    Мы охотно замалчиваем недостатки ближних, если это не грозит нашему благосостоянию и не обесценивает собственных наших достоинств.

    Мы охотно замалчиваем недостатки ближних, если это не грозит нашему благосостоянию и не обесценивает собственных наших достоинств.
18. «

    С Роджером произошло еще нечто для него необычное. Он разговорился.

    С Роджером произошло еще нечто для него необычное. Он разговорился.
19. «

    Нельзя требовать от человека мужества, лишая его возможности это мужество проявить.

    Нельзя требовать от человека мужества, лишая его возможности это мужество проявить.
20. «

    Правда, в коридорах постоянно пахло капустой, но запах капусты не так уж неприятен для тех, кто всю свою жизнь провел в нищете.

    Правда, в коридорах постоянно пахло капустой, но запах капусты не так уж неприятен для тех, кто всю свою жизнь провел в нищете.