13 цитат из книги «Трумен Капоте. Другие голоса, другие комнаты» на каждый день

Собрали 13 цитат из книги «Трумен Капоте. Другие голоса, другие комнаты» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мир — пугающее место — да, он знал это, — ненадежное: что в нем вечно? Или хоть кажется таким? Скала выветривается, реки замерзают, яблоко гниет; от ножа кровь одинаково течет у черного и у белого; ученый попугай скажет больше правды, чем многие люди; и кто более одинок — ястреб или червь? Цветок расцветет и ссохнется, пожухнет, как зелень, над которой он поднялся, и старик становится похож на старую деву, а у жены его отрастают усы; миг за мигом, за переменой перемена, как люльки в чертовом колесе. Трава и любовь всего зеленее; а помнишь Маленькую Трехглазку? Ты к ней с любовью, и яблоки спеют золотом; любовь побеждает Снежную королеву, с нею имя узнают — будь то Румпельштильцхен или просто Джоул Нокс: вот что постоянно.

   Мир — пугающее место — да, он знал это, — ненадежное: что в нем вечно? Или хоть кажется таким? Скала выветривается, реки замерзают, яблоко гниет; от ножа кровь одинаково течет у черного и у белого; ученый попугай скажет больше правды, чем многие люди; и кто более одинок — ястреб или червь? Цветок расцветет и ссохнется, пожухнет, как зелень, над которой он поднялся, и старик становится похож на старую деву, а у жены его отрастают усы; миг за мигом, за переменой перемена, как люльки в чертовом колесе. Трава и любовь всего зеленее; а помнишь Маленькую Трехглазку? Ты к ней с любовью, и яблоки спеют золотом; любовь побеждает Снежную королеву, с нею имя узнают — будь то Румпельштильцхен или просто Джоул Нокс: вот что постоянно.
2. «

   Дорога к счастью не всегда асфальтовая.

   Дорога к счастью не всегда асфальтовая.
3. «

   Но мы вообще одиноки, милое дитя, ужасно отрезаны друг от друга; так яростны насмешки мира, что мы не можем высказать и показать свою нежность; смерть для нас сильнее жизни, она несет, как ветер во тьму, наш плач, пародийно прикинувшийся безрадостным смехом: наевшись помоями одиночества до зелени в лице и разрыва кишок, мы с воплями скитаемся по свету, умираем в меблирашках и кошмарных гостиницах, вечных пристанищах бренного сердца.

   Но мы вообще одиноки, милое дитя, ужасно отрезаны друг от друга; так яростны насмешки мира, что мы не можем высказать и показать свою нежность; смерть для нас сильнее жизни, она несет, как ветер во тьму, наш плач, пародийно прикинувшийся безрадостным смехом: наевшись помоями одиночества до зелени в лице и разрыва кишок, мы с воплями скитаемся по свету, умираем в меблирашках и кошмарных гостиницах, вечных пристанищах бренного сердца.

   — Рандольф · книга
4. «

   Куда же денешься, если вечно спереди опасность, а за спиной обман? Никуда не денешься. Никуда.

   Куда же денешься, если вечно спереди опасность, а за спиной обман? Никуда не денешься. Никуда.
5. «

   Счастье, кажется, состояло в том, что он не чувствовал себя несчастным.

   Счастье, кажется, состояло в том, что он не чувствовал себя несчастным.
6. «

   Любовь — это нежность, а нежность, вопреки распространенному мнению, — не жалость; и еще меньше людей знают, что счастье в любви — не сосредоточенность всех чувств на предмете; любят множество вещей, и любимый является с тем, чтобы стать всех их символом...

   Любовь — это нежность, а нежность, вопреки распространенному мнению, — не жалость; и еще меньше людей знают, что счастье в любви — не сосредоточенность всех чувств на предмете; любят множество вещей, и любимый является с тем, чтобы стать всех их символом...
7. «

   Ведь молодость не слишком человечна, куда ей: молодые не верят, что умрут...тем более не могут поверить, что смерть приходит, и нередко — отнюдь не естественным путём.

   Ведь молодость не слишком человечна, куда ей: молодые не верят, что умрут...тем более не могут поверить, что смерть приходит, и нередко — отнюдь не естественным путём.
8. «

   Больше всего на свете мы хотим, чтобы нас обняли... и сказали... что всё.... что всё будет хорошо.

   Больше всего на свете мы хотим, чтобы нас обняли... и сказали... что всё.... что всё будет хорошо.
9. «

   У слабоумных, невротиков, преступников, а также, вероятно, художников есть нечто общее — непредсказуемость, извращенная невинность.

   У слабоумных, невротиков, преступников, а также, вероятно, художников есть нечто общее — непредсказуемость, извращенная невинность.
10. «

    Я в снегу хочу ходить по колено и смотреть, как он падает с неба большими комьями. Красота...красота.

    Я в снегу хочу ходить по колено и смотреть, как он падает с неба большими комьями. Красота...красота.

    — Миссури · книга
11. «

    Правду сказать, детка, если бы у меня было ума сколько полагается, я бы за него мигом замуж выскочила.

    Правду сказать, детка, если бы у меня было ума сколько полагается, я бы за него мигом замуж выскочила.

    — Зу · книга
12. «

    Всю ночь в четверг он не гасил электричества в чужой комнате и читал голливудский журнал до тех пор, пока не выучил последние новости актерской жизни назубок — потому что задумайся он о себе хоть на секунду, ни дрожи, ни горьких слез уже не унять.

    Всю ночь в четверг он не гасил электричества в чужой комнате и читал голливудский журнал до тех пор, пока не выучил последние новости актерской жизни назубок — потому что задумайся он о себе хоть на секунду, ни дрожи, ни горьких слез уже не унять.
13. «

    Ум может принять совет, но — не сердце; у любви нет географии, и она не знает границ; повесь на нее жернов и утопи, она все равно всплывет — как же иначе? Всякая любовь естественна и прекрасна, если идет от естества; только лицемеры потянут человека к ответу за то, что он любит...

    Ум может принять совет, но — не сердце; у любви нет географии, и она не знает границ; повесь на нее жернов и утопи, она все равно всплывет — как же иначе? Всякая любовь естественна и прекрасна, если идет от естества; только лицемеры потянут человека к ответу за то, что он любит...

    — Рандольф · книга