51 цитата из книги «Уильям Фолкнер. Особняк», ставших крылатыми

Собрали 51 цитата из книги «Уильям Фолкнер. Особняк» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Женщины — удивительные существа, они могут спокойно и безмятежно пройти сквозь какое-то препятствие, об которое мужчины годами разбивали себе головы в кровь, — и тут вдруг обнаруживается, что препятствие это не только ерунда, но его вообще не существует.

   Женщины — удивительные существа, они могут спокойно и безмятежно пройти сквозь какое-то препятствие, об которое мужчины годами разбивали себе головы в кровь, — и тут вдруг обнаруживается, что препятствие это не только ерунда, но его вообще не существует.
2. «

   Все-таки женщины — удивительные существа: неважно, чего они хотят и знают ли они толком, что им, в сущности нужно.

   Все-таки женщины — удивительные существа: неважно, чего они хотят и знают ли они толком, что им, в сущности нужно.

   — Гэвин Стивенс · книга
3. «

   Женщинам не надо никаких оснований на том основании, что они ни о каких основаниях и не знают и действуют без всяких оснований, просто как им хочется, а с этим ни один человек ничего поделать не может, поэтому только дурак станет вмешиваться в их дела.

   Женщинам не надо никаких оснований на том основании, что они ни о каких основаниях и не знают и действуют без всяких оснований, просто как им хочется, а с этим ни один человек ничего поделать не может, поэтому только дурак станет вмешиваться в их дела.
4. «

   Он понял, что человек все может вынести, если он спокойно и просто откажется что-нибудь принять, признать, чему-то поддаться.

   Он понял, что человек все может вынести, если он спокойно и просто откажется что-нибудь принять, признать, чему-то поддаться.
5. «

   Даже в таких заброшенных, ранее забытых уголках Йокнэпатофский округ штата Миссисипи, у всех накопилась масса денег — не только у бывших солдат, заработавших их кровью, но и у рабочих военной промышленности — сварщиков, строителей и механиков, которым платили два, три, а то и четыре доллара в час; их заработок рос такими темпами, что они не успевали тратить деньги.

   Даже в таких заброшенных, ранее забытых уголках Йокнэпатофский округ штата Миссисипи, у всех накопилась масса денег — не только у бывших солдат, заработавших их кровью, но и у рабочих военной промышленности — сварщиков, строителей и механиков, которым платили два, три, а то и четыре доллара в час; их заработок рос такими темпами, что они не успевали тратить деньги.
6. «

   … Вид у него был самодовольный, и непроницаемый, и высокомерный, и неприступный, как у вши на королевском заду.

   … Вид у него был самодовольный, и непроницаемый, и высокомерный, и неприступный, как у вши на королевском заду.
7. «

   Все зло человечества родилось в темноте, во мраке, там, где человека не преследует по пятам тень его собственных преступлений.

   Все зло человечества родилось в темноте, во мраке, там, где человека не преследует по пятам тень его собственных преступлений.

   — Юрист · книга
8. «

   … Всё это было в том возрасте, когда клятвы в вечной верности испаряются быстрее, чем дыхание.

   … Всё это было в том возрасте, когда клятвы в вечной верности испаряются быстрее, чем дыхание.
9. «

   Сами белые заставили черных научиться, как использовать лучше и умнее всякую малость, все худшее, если черный хотел выжить в окружении белых, научиться лучше обрабатывать землю самыми несовершенными орудиями, которых к тому же не хватало, обходиться и довольствоваться самыми примитивными жизненными удобствами, беречь и не растрачивать ничего, что помогает выжить.

   Сами белые заставили черных научиться, как использовать лучше и умнее всякую малость, все худшее, если черный хотел выжить в окружении белых, научиться лучше обрабатывать землю самыми несовершенными орудиями, которых к тому же не хватало, обходиться и довольствоваться самыми примитивными жизненными удобствами, беречь и не растрачивать ничего, что помогает выжить.
10. «

    … Любопытство — это такая возлюбленная, ради которой её рабы пойдут на любую жертву.

    … Любопытство — это такая возлюбленная, ради которой её рабы пойдут на любую жертву.
11. «

    Минк просто считал, что Они — Он — Оно, как бы их там ни назвать, должны быть воплощением основной естественной справедливости и равенства человеческой жизни, а если это не так, значит и противиться бесполезно. Не могут же Они — Он — Оно, зовите как угодно, вечно мотать и мытарить человека и не позволить ему в какой-то день самому дать сдачи, по справедливости, по праву. Они его испытывают, проверяют — настоящий он человек или нет, хватит у него сил выдерживать всякие мытарства и метания, чтобы заслужить право дать сдачи, когда придет его черед.

    Минк просто считал, что Они — Он — Оно, как бы их там ни назвать, должны быть воплощением основной естественной справедливости и равенства человеческой жизни, а если это не так, значит и противиться бесполезно. Не могут же Они — Он — Оно, зовите как угодно, вечно мотать и мытарить человека и не позволить ему в какой-то день самому дать сдачи, по справедливости, по праву. Они его испытывают, проверяют — настоящий он человек или нет, хватит у него сил выдерживать всякие мытарства и метания, чтобы заслужить право дать сдачи, когда придет его черед.
12. «

    Нет никакого везения или невезения, просто одни родятся победителями, а другие неудачниками.

    Нет никакого везения или невезения, просто одни родятся победителями, а другие неудачниками.

    — Минк · книга
13. «

    Люди нашего с вами возраста и поколения проделали немалую работу — добивались того хорошего, что у нас есть сейчас. Но теперь наше время ушло, теперь мы уже ничего не можем, а то и побаиваемся снова во все вмешиваться. Вернее не боимся, а стесняемся. Нет, ничего мы не боимся: просто мы слишком постарели. Видно, мы устали, настолько устали, что уже не боимся ничего.

    Люди нашего с вами возраста и поколения проделали немалую работу — добивались того хорошего, что у нас есть сейчас. Но теперь наше время ушло, теперь мы уже ничего не можем, а то и побаиваемся снова во все вмешиваться. Вернее не боимся, а стесняемся. Нет, ничего мы не боимся: просто мы слишком постарели. Видно, мы устали, настолько устали, что уже не боимся ничего.

    — Гэвин Стивенс · книга
14. «

    … Мы живём в свободной стране, каждый заключённый имеет право на попытку к бегству, а каждый надзиратель и часовой имеет право выстрелить ему в спину, если он не остановится по первому окрику.

    … Мы живём в свободной стране, каждый заключённый имеет право на попытку к бегству, а каждый надзиратель и часовой имеет право выстрелить ему в спину, если он не остановится по первому окрику.
15. «

    Если ты в восемнадцать лет дорос до восприятия знания, значит ты дорос и в восемь лет, потому что в этом возрасте новое дается легче.

    Если ты в восемнадцать лет дорос до восприятия знания, значит ты дорос и в восемь лет, потому что в этом возрасте новое дается легче.

    — Линда · книга
16. «

    Не трать времени, раскаиваясь в ошибках. Просто не забывай их.

    Не трать времени, раскаиваясь в ошибках. Просто не забывай их.
17. «

    … Гарисс, со своими двумя «с», умер в кресле новоорлеанской парикмахерской от обычного профессионального заболевания тридцать восьмого калибра.

    … Гарисс, со своими двумя «с», умер в кресле новоорлеанской парикмахерской от обычного профессионального заболевания тридцать восьмого калибра.
18. «

    Научился он смирению, именно такому смирению, которое одно только чего-нибудь да стоит: смирению признаться себе, что ты многого еще не понимаешь, не знаешь, но ежели у тебя хватит терпения смиренно и долго ко всему присматриваться, особенно если при этом еще оглядываться на свой путь, так ты все узнаешь.

    Научился он смирению, именно такому смирению, которое одно только чего-нибудь да стоит: смирению признаться себе, что ты многого еще не понимаешь, не знаешь, но ежели у тебя хватит терпения смиренно и долго ко всему присматриваться, особенно если при этом еще оглядываться на свой путь, так ты все узнаешь.

    — Рэтлиф · книга
19. «

    Не трать времени, раскаиваясь в ошибках. Просто не забывай их.

    Не трать времени, раскаиваясь в ошибках. Просто не забывай их.

    — Гэвин · книга
20. «

    Стивенс всегда считал, что миру не хватает умения прощать; если в тебе есть настоящая чуткость и порывистая непосредственная способность искренне прощать, то уже не имеет значения, есть ли у тебя знания, помнишь ли тычто-нибудь или нет.

    Стивенс всегда считал, что миру не хватает умения прощать; если в тебе есть настоящая чуткость и порывистая непосредственная способность искренне прощать, то уже не имеет значения, есть ли у тебя знания, помнишь ли тычто-нибудь или нет.