12 цитат из книги «Уильям Фолкнер. Сарторис», ставших крылатыми

Собрали 12 цитат из книги «Уильям Фолкнер. Сарторис» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мисс Дженни сказала, что она слишком стара, чтобы ставить под угрозу вечное блаженство, гоняя в церковь со скоростью пятьдесят миль в час, что грехов у нее уже столько, сколько она может позволить себе при нормальном образе жизни, и к тому же она должна еще как-то водворить на небеса и душу старого Баярда, особенно теперь, когда они с молодым Баярдом носятся по округе, ежедневно рискуя сломать себе шею. О душе молодого Баярда мисс Дженни не беспокоилась — у него души не было.

   Мисс Дженни сказала, что она слишком стара, чтобы ставить под угрозу вечное блаженство, гоняя в церковь со скоростью пятьдесят миль в час, что грехов у нее уже столько, сколько она может позволить себе при нормальном образе жизни, и к тому же она должна еще как-то водворить на небеса и душу старого Баярда, особенно теперь, когда они с молодым Баярдом носятся по округе, ежедневно рискуя сломать себе шею. О душе молодого Баярда мисс Дженни не беспокоилась — у него души не было.
2. «

   Репродукция Коро и две выполненные сухой иглой гравюры в узеньких рамочках на свежевыкрашенных, безукоризненно серых стенах, новый ковер теплых темно-желтых тонов, ничем не покрытый стол и четыре стула мореного дуба — все эти вещи, чистые, безличные и недорогие, с первого взгляда раскрывали душу их владельца, душу хотя и стесненную в данный момент материальными затруднениями, однако же самою судьбой назначенную и полную решимости в один прекрасный день приступить к выполнению своих функций в окружении персидских ковров, красного или тикового дерева, а также одного-единственного безупречного эстампа на девственно чистых стенах.

   Репродукция Коро и две выполненные сухой иглой гравюры в узеньких рамочках на свежевыкрашенных, безукоризненно серых стенах, новый ковер теплых темно-желтых тонов, ничем не покрытый стол и четыре стула мореного дуба — все эти вещи, чистые, безличные и недорогие, с первого взгляда раскрывали душу их владельца, душу хотя и стесненную в данный момент материальными затруднениями, однако же самою судьбой назначенную и полную решимости в один прекрасный день приступить к выполнению своих функций в окружении персидских ковров, красного или тикового дерева, а также одного-единственного безупречного эстампа на девственно чистых стенах.
3. «

   Не всем, кто толкует про небо, суждено туда попасть.

   Не всем, кто толкует про небо, суждено туда попасть.
4. «

   — Мисс Дженни! Как вы можете говорить это, после того как Джон... после... — Чушь! — заявила мисс Дженни. — Война просто дала Джону хороший повод для того, чтобы отправиться на тот свет. В противном случае он бы погиб каким-либо иным способом, доставив кучу хлопот всем окружающим.

   — Мисс Дженни! Как вы можете говорить это, после того как Джон... после... — Чушь! — заявила мисс Дженни. — Война просто дала Джону хороший повод для того, чтобы отправиться на тот свет. В противном случае он бы погиб каким-либо иным способом, доставив кучу хлопот всем окружающим.

   — Дженни Дю Пре · книга
5. «

   — Вы мне советуете выйти замуж? – спросила Нарцисса. — Я никому не советую выходить замуж. Счастливы вы не будете, но ведь женщины еще не дошли до такой степени цивилизованности, чтобы чувствовать себя счастливыми не выходя замуж, и потому вы можете с таким же успехом попробовать.

   — Вы мне советуете выйти замуж? – спросила Нарцисса. — Я никому не советую выходить замуж. Счастливы вы не будете, но ведь женщины еще не дошли до такой степени цивилизованности, чтобы чувствовать себя счастливыми не выходя замуж, и потому вы можете с таким же успехом попробовать.

   — Нарцисса Бенбоу · книга
6. «

   Женщинам надо во многом уступать. Они ведь не такие, как мужчины. Дух противоречия от природы: не угодишь им — жалуются, угодишь — всё равно жалуются.

   Женщинам надо во многом уступать. Они ведь не такие, как мужчины. Дух противоречия от природы: не угодишь им — жалуются, угодишь — всё равно жалуются.

   — Гарри · книга
7. «

   Когда я дома, мне всегда приходят на память яблони, или зеленые лужайки, или цвет моря где-нибудь в далеких краях, и я предаюсь грусти оттого, что не могу находиться везде одновременно.

   Когда я дома, мне всегда приходят на память яблони, или зеленые лужайки, или цвет моря где-нибудь в далеких краях, и я предаюсь грусти оттого, что не могу находиться везде одновременно.

   — Хорес Бэнбоу · книга
8. «

   — Но у них есть тайны, — пояснила она, — У Шекспира тайн нет. Он говорит все. — Понятно. Шекспиру не хватало сдержанно такта. Иначе говоря, он не был джентльменом. — Да… Пожалуй, это я и хотела сказать. — Итак, чтобы быть джентльменом, надо тайны.

   — Но у них есть тайны, — пояснила она, — У Шекспира тайн нет. Он говорит все. — Понятно. Шекспиру не хватало сдержанно такта. Иначе говоря, он не был джентльменом. — Да… Пожалуй, это я и хотела сказать. — Итак, чтобы быть джентльменом, надо тайны.

   — Хорес Бэнбоу · книга
9. «

   Люди обычно не говорят неправду о том, что их не касается. Они глухи к миру, даже если они не глухи к жизни. За исключением тех случаев, когда действительность оказывается намного интереснее из представления о ней.

   Люди обычно не говорят неправду о том, что их не касается. Они глухи к миру, даже если они не глухи к жизни. За исключением тех случаев, когда действительность оказывается намного интереснее из представления о ней.
10. «

    Они отлично понимают, что письма годятся лишь на то, чтобы служить мостками, соединяющими интервалы между поступками.

    Они отлично понимают, что письма годятся лишь на то, чтобы служить мостками, соединяющими интервалы между поступками.

    — Хорес Бэнбоу · книга
11. «

    Не всем, кто толкует про небо, суждено туда попасть...

    Не всем, кто толкует про небо, суждено туда попасть...

    — Элнора · книга
12. «

    Когда человек начинает людей убивать, ему почти всегда приходится убивать их все больше и больше. А когда он убивает, он уже и сам покойник.

    Когда человек начинает людей убивать, ему почти всегда приходится убивать их все больше и больше. А когда он убивает, он уже и сам покойник.