11 цитат из книги «Валерио Альбисетти. Смеяться сердцем»

11 цитат из книги «Валерио Альбисетти. Смеяться сердцем» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ...именно в трудные, мрачные моменты нужно уметь смеяться сердцем. Я убеждаюсь всё больше и больше, что настоящее счастье состоит в том, чтобы слышать собственное сердце, которое смеётся, несмотря ни на что.

   ...именно в трудные, мрачные моменты нужно уметь смеяться сердцем. Я убеждаюсь всё больше и больше, что настоящее счастье состоит в том, чтобы слышать собственное сердце, которое смеётся, несмотря ни на что.
2. «

   Всё имеет смысл. Не существует тупиков, непреодолимых препятствий, страданий — даже самых неслыханных и необъяснимых — без надежды, не существует потерянного времени. Нет людей или событий бесполезных, лишенных значения.

   Всё имеет смысл. Не существует тупиков, непреодолимых препятствий, страданий — даже самых неслыханных и необъяснимых — без надежды, не существует потерянного времени. Нет людей или событий бесполезных, лишенных значения.
3. «

   Смейся! Чем больше ты чувствуешь себя угнетенным несчастьем, чем больше ты чувствуешь, что весь мир давит на тебя своей тяжестью, чем больше ты чувствуешь себя в безвыходном положении, тем это более подходящий момент для смеха.

   Смейся! Чем больше ты чувствуешь себя угнетенным несчастьем, чем больше ты чувствуешь, что весь мир давит на тебя своей тяжестью, чем больше ты чувствуешь себя в безвыходном положении, тем это более подходящий момент для смеха.
4. «

   ...в социальном отношении, сердечный смех не приносит дивидендов. Удобнее, «политкорректнее» производить впечатление человека в депрессии, чем счастливого. Поверхностному взгляду может показаться, что дело обстоит наоборот. Но, если ты предстаешь перед людьми несчастным, грустным, ты всегда можешь найти кого-то, кто о тебе позаботится, выкажет расположение, любовь, признание. Я упрямо продолжаю быть уверенным, что всё уже есть внутри нас, что то, что мы ищем в других, нам следовало бы искать в себе. Но легче думать, что жизнь была для нас злой мачехой, чем убедиться в том, что быть несчастными — наш выбор. С другой стороны, человек несчастный, погруженный в депрессию, в глубине души хочет оставаться в своем страдании. Быть в депрессии предпочтительнее, чем стать ответственным за себя.

   ...в социальном отношении, сердечный смех не приносит дивидендов. Удобнее, «политкорректнее» производить впечатление человека в депрессии, чем счастливого. Поверхностному взгляду может показаться, что дело обстоит наоборот. Но, если ты предстаешь перед людьми несчастным, грустным, ты всегда можешь найти кого-то, кто о тебе позаботится, выкажет расположение, любовь, признание. Я упрямо продолжаю быть уверенным, что всё уже есть внутри нас, что то, что мы ищем в других, нам следовало бы искать в себе. Но легче думать, что жизнь была для нас злой мачехой, чем убедиться в том, что быть несчастными — наш выбор. С другой стороны, человек несчастный, погруженный в депрессию, в глубине души хочет оставаться в своем страдании. Быть в депрессии предпочтительнее, чем стать ответственным за себя.
5. «

   К тому же каждый из нас страдает индивидуальным образом. Также и продолжительность страдания может быть различна для каждого из нас. Нет двух одинаковых людей. Но, без сомнения, все мы, страдая, подвергаемся двум типам риска. Первый: отрицать боль. А отрицание её приводит только к тому, что мы перемещаем её, отправляем её в сферу бессознательного, где она продолжит свое действие, влияя подспудно и незаметно для нас на каждый поступок, мысль или выбор в нашей последующей жизни. Второе: оставаться привязанными к боли. В этом случае мы чудовищным образом продлеваем наше страдание. <...> ...нужно пережить боль до конца. А потом отпустить её. Покинуть её. И сделать это можно именно потому, что мы пережили её полностью, и тогда та же самая боль не имеет больше ни силы, ни причины, ни повода, чтобы остаться. Боль, страдание — это нормальные реакции на полученные нами глубокие раны. Но, только переживая боль и страдание до конца, мы позволяем им действительно уйти. <...> Запомни: боль и страдания приходят, чтобы затем уйти, а не оставаться внутри тебя!

   К тому же каждый из нас страдает индивидуальным образом. Также и продолжительность страдания может быть различна для каждого из нас. Нет двух одинаковых людей. Но, без сомнения, все мы, страдая, подвергаемся двум типам риска. Первый: отрицать боль. А отрицание её приводит только к тому, что мы перемещаем её, отправляем её в сферу бессознательного, где она продолжит свое действие, влияя подспудно и незаметно для нас на каждый поступок, мысль или выбор в нашей последующей жизни. Второе: оставаться привязанными к боли. В этом случае мы чудовищным образом продлеваем наше страдание. <...> ...нужно пережить боль до конца. А потом отпустить её. Покинуть её. И сделать это можно именно потому, что мы пережили её полностью, и тогда та же самая боль не имеет больше ни силы, ни причины, ни повода, чтобы остаться. Боль, страдание — это нормальные реакции на полученные нами глубокие раны. Но, только переживая боль и страдание до конца, мы позволяем им действительно уйти. <...> Запомни: боль и страдания приходят, чтобы затем уйти, а не оставаться внутри тебя!
6. «

   ...ты не можешь изменить жизнь, но самого себя — можешь! Жизнь может быть ужасной и фантастической, сладкой и горькой, легкой и трудной, но она такая, какая есть. Однако мы можем изменить наше настроение, наше отношение к жизни. Мы можем сделать душевную ясность ее постоянным фоном. Мы можем стать симпатичными людьми. Не скучными. Радостными. Которые умеют весело смеяться сердцем. Которые наконец смогли освободиться от горечи, удерживаемой внутри уже давно.

   ...ты не можешь изменить жизнь, но самого себя — можешь! Жизнь может быть ужасной и фантастической, сладкой и горькой, легкой и трудной, но она такая, какая есть. Однако мы можем изменить наше настроение, наше отношение к жизни. Мы можем сделать душевную ясность ее постоянным фоном. Мы можем стать симпатичными людьми. Не скучными. Радостными. Которые умеют весело смеяться сердцем. Которые наконец смогли освободиться от горечи, удерживаемой внутри уже давно.
7. «

   Возможно, раньше ты не знал хорошенько, что такое счастье; ты думал, что оно связано с деньгами, властью, успехом. Теперь же ты знаешь, что они только препятствуют достижению счастья. Теперь ты знаешь, что для его обретения нужно очень мало: оно внутри твоего образа мыслей. Ты не можешь купить счастье. И ты не сможешь больше искать его повсюду, вне тебя, потому что знаешь, что там ты его никогда не найдешь. Потому что оно в твоем сердце, когда твое сердце смеется. А достигнув счастья, ты уже не сможешь хранить его только для себя, но почувствуешь, что должен им делиться. Отдавать его, распространять его, не ожидая ничего взамен, не надеясь получить совсем ничего! Потому что, если ты будешь делиться счастьем, чтобы получить что-то взамен, оно снова исчезнет.

   Возможно, раньше ты не знал хорошенько, что такое счастье; ты думал, что оно связано с деньгами, властью, успехом. Теперь же ты знаешь, что они только препятствуют достижению счастья. Теперь ты знаешь, что для его обретения нужно очень мало: оно внутри твоего образа мыслей. Ты не можешь купить счастье. И ты не сможешь больше искать его повсюду, вне тебя, потому что знаешь, что там ты его никогда не найдешь. Потому что оно в твоем сердце, когда твое сердце смеется. А достигнув счастья, ты уже не сможешь хранить его только для себя, но почувствуешь, что должен им делиться. Отдавать его, распространять его, не ожидая ничего взамен, не надеясь получить совсем ничего! Потому что, если ты будешь делиться счастьем, чтобы получить что-то взамен, оно снова исчезнет.
8. «

   Внутренняя ясность, способность смеяться сердцем не зависят от того, что случается вокруг нас, но проистекают только из личного умения находить частички радости повсюду, даже среди страданий, даже в самых негативных ситуациях.

   Внутренняя ясность, способность смеяться сердцем не зависят от того, что случается вокруг нас, но проистекают только из личного умения находить частички радости повсюду, даже среди страданий, даже в самых негативных ситуациях.
9. «

   ...сознание того, что ты должен умереть, даёт силу жить интенсивно, что бы ни случилось. Не позволяет зря тратить время. Заставляет ценить самые мелкие вещи. Самые безымянные. Заставляет уважать других. Подготавливает тебя к переживанию кризисов, горестей, страданий. Заставляет тебя проживать этот день, как если бы он был последним, потому что ты понял, что твое время не безгранично. Позволяет понять, что счастье внутри каждого из нас. Позволяет понять, что благодаря трудностям, проблемам ты открываешь новые вещи и новые миры, которые иначе ты никогда бы не узнал. Заставляет проживать жизнь как путешествие. Заставляет действовать.

   ...сознание того, что ты должен умереть, даёт силу жить интенсивно, что бы ни случилось. Не позволяет зря тратить время. Заставляет ценить самые мелкие вещи. Самые безымянные. Заставляет уважать других. Подготавливает тебя к переживанию кризисов, горестей, страданий. Заставляет тебя проживать этот день, как если бы он был последним, потому что ты понял, что твое время не безгранично. Позволяет понять, что счастье внутри каждого из нас. Позволяет понять, что благодаря трудностям, проблемам ты открываешь новые вещи и новые миры, которые иначе ты никогда бы не узнал. Заставляет проживать жизнь как путешествие. Заставляет действовать.
10. «

    ...внутренняя грусть, неспособность смеяться приводят к тому, что люди становятся слабыми, а следовательно, неудачливыми — отвращают от себя фортуну, как говорят наши народные легенды.

    ...внутренняя грусть, неспособность смеяться приводят к тому, что люди становятся слабыми, а следовательно, неудачливыми — отвращают от себя фортуну, как говорят наши народные легенды.
11. «

    Ты спросишь себя: зачем вообще выбирать несчастье? Чтобы не чувствовать себя неудачником. А только больным. Чтобы не признавать, что веселье и радость нам необходимы для жизни. Достаточно войти в роль несчастного, больного, и уже не нужно меняться. Строится следующее рассуждение: зачем стремиться к такой иллюзорной цели, как счастье, когда я уже обладаю всеми одобряемой репутацией несчастного человека? Люди привыкают быть несчастными. Легче жаловаться, и даже в течение всей жизни, чем меняться. Легче застывать неподвижно в кризисной ситуации, чем меняться. Каждое утро миллионы людей просыпаются, ожидая, что день будет заполнен проблемами, скукой, усилиями, депрессией, несчастьем — однако продолжают, смиряясь с этим, жить по-прежнему. Они сдались. Они согласились прожить несчастливую жизнь. Почему? Потому что они боятся снова страдать — из-за фрустрации, разочарования, неудачи, отказа, — как это, должно быть, случалось с ними в прошлом. Так формируется фон несчастья, который приводит к тому, что человек больше не рассматривает возможность выхода, боится знакомиться с людьми спокойными, сильными, не подавленными, не сдавшимися, и, следовательно, общается только с людьми слабыми, неуверенными, подавленными, безропотными, нежизнеспособными, планирует жизнь таким образом, чтобы избегать любого риска... Человек ждет спокойной смерти, не подозревая, что он давно уже мертв.

    Ты спросишь себя: зачем вообще выбирать несчастье? Чтобы не чувствовать себя неудачником. А только больным. Чтобы не признавать, что веселье и радость нам необходимы для жизни. Достаточно войти в роль несчастного, больного, и уже не нужно меняться. Строится следующее рассуждение: зачем стремиться к такой иллюзорной цели, как счастье, когда я уже обладаю всеми одобряемой репутацией несчастного человека? Люди привыкают быть несчастными. Легче жаловаться, и даже в течение всей жизни, чем меняться. Легче застывать неподвижно в кризисной ситуации, чем меняться. Каждое утро миллионы людей просыпаются, ожидая, что день будет заполнен проблемами, скукой, усилиями, депрессией, несчастьем — однако продолжают, смиряясь с этим, жить по-прежнему. Они сдались. Они согласились прожить несчастливую жизнь. Почему? Потому что они боятся снова страдать — из-за фрустрации, разочарования, неудачи, отказа, — как это, должно быть, случалось с ними в прошлом. Так формируется фон несчастья, который приводит к тому, что человек больше не рассматривает возможность выхода, боится знакомиться с людьми спокойными, сильными, не подавленными, не сдавшимися, и, следовательно, общается только с людьми слабыми, неуверенными, подавленными, безропотными, нежизнеспособными, планирует жизнь таким образом, чтобы избегать любого риска... Человек ждет спокойной смерти, не подозревая, что он давно уже мертв.