Топ-40 цитат из книги «Венко Андоновский. Пуп земли»

Собрали 40 цитат из книги «Венко Андоновский. Пуп земли» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Люди, в сущности, не злы; они просто слабы.

   Люди, в сущности, не злы; они просто слабы.
2. «

   Разве птица летает потому, что ею восхищаются?

   Разве птица летает потому, что ею восхищаются?
3. «

   Как необходимо пахать и копать землю, так и душе вместо плуга необходимы искушения и сожаления, чтобы травы недобрые не вырастали на ней.

   Как необходимо пахать и копать землю, так и душе вместо плуга необходимы искушения и сожаления, чтобы травы недобрые не вырастали на ней.
4. «

   Как из древнего палимпсеста, От тебя я узнал, что Всевышний Из дрянного слепил нас теста — Нам любовь даже стала лишней. Мы живем, чтоб свой путь пройти До последнего хрипа и вздоха. Но и смерть, как там ни крути, Жизни факт подтверждает плохо.

   Как из древнего палимпсеста, От тебя я узнал, что Всевышний Из дрянного слепил нас теста — Нам любовь даже стала лишней. Мы живем, чтоб свой путь пройти До последнего хрипа и вздоха. Но и смерть, как там ни крути, Жизни факт подтверждает плохо.
5. «

   Есть что-то чудовищное, глубоко античеловеческое в самом акте вступления в некую партию, некий клан, вообще некую общественную группировку. При этом самое чудовищное — это как раз эти бланки, начинающиеся с «я», которые мы называем вступительными заявлениями. Кто этот «я»? Понятно, что это «я» — просто пустое место в тексте, своего рода черная белизна: его заполняют сотни, тысячи имен тех, кто подписывает такой бланк. Так это «я» совершенно незаметно перерастает в коллективное «я», в «мы». Тот, кто подписывает, не замечает этого перехода от «я» к «мы», потому что перед ним только свой бланк; таким образом, мысль, что тот же самый текст существует одновременно и с другой подписью, совершенно вне его поля зрения, в этом «стесненном» восприятии и сведении общего «я» к собственному «я», с именем и фамилией, и состоит трюк управления индивидуумами со стороны власти.

   Есть что-то чудовищное, глубоко античеловеческое в самом акте вступления в некую партию, некий клан, вообще некую общественную группировку. При этом самое чудовищное — это как раз эти бланки, начинающиеся с «я», которые мы называем вступительными заявлениями. Кто этот «я»? Понятно, что это «я» — просто пустое место в тексте, своего рода черная белизна: его заполняют сотни, тысячи имен тех, кто подписывает такой бланк. Так это «я» совершенно незаметно перерастает в коллективное «я», в «мы». Тот, кто подписывает, не замечает этого перехода от «я» к «мы», потому что перед ним только свой бланк; таким образом, мысль, что тот же самый текст существует одновременно и с другой подписью, совершенно вне его поля зрения, в этом «стесненном» восприятии и сведении общего «я» к собственному «я», с именем и фамилией, и состоит трюк управления индивидуумами со стороны власти.
6. «

   Блажен тот, кто знает, что он ничего не знает, и тот, кто, преуспев в познании, понимает, что чем более он познает, тем больше непознанного его окружает.

   Блажен тот, кто знает, что он ничего не знает, и тот, кто, преуспев в познании, понимает, что чем более он познает, тем больше непознанного его окружает.
7. «

   Очень часто за патриотизм люди принимают особый культурный примитивизм и живут, как в полусне, в убеждении, что они патриоты.

   Очень часто за патриотизм люди принимают особый культурный примитивизм и живут, как в полусне, в убеждении, что они патриоты.
8. «

   Ибо меры злу нет, как нет меры милосердию и доброте; в этом они подобны, и трудно различить их слабой душе человеческой. Делай добро, и нового добра взалкаешь; делай зло, и нового зла восхочет душа твоя. Одно мгновение решает, что из этих двух ты изберешь.

   Ибо меры злу нет, как нет меры милосердию и доброте; в этом они подобны, и трудно различить их слабой душе человеческой. Делай добро, и нового добра взалкаешь; делай зло, и нового зла восхочет душа твоя. Одно мгновение решает, что из этих двух ты изберешь.
9. «

   Слова для душ, не подготовленных к их чтению, — отрава.

   Слова для душ, не подготовленных к их чтению, — отрава.
10. «

    Вместе с первой любовью уходит и первый друг.

    Вместе с первой любовью уходит и первый друг.
11. «

    Есть моменты, когда человек совершает символическое самоубийство, наслаждаясь собственным исчезновением и унижением: в эти моменты человек хочет унизиться, пасть как можно ниже, и убедить при этом других, что там, в бездне, ему очень хорошо и он всем доволен.

    Есть моменты, когда человек совершает символическое самоубийство, наслаждаясь собственным исчезновением и унижением: в эти моменты человек хочет унизиться, пасть как можно ниже, и убедить при этом других, что там, в бездне, ему очень хорошо и он всем доволен.
12. «

    Ибо не равно падение высокого падению низкого; с вершины мира падающему может кончина прийти, а с низкого падающему лишь боль малая и минучая приключится.

    Ибо не равно падение высокого падению низкого; с вершины мира падающему может кончина прийти, а с низкого падающему лишь боль малая и минучая приключится.
13. «

    Книги суть бездны; когда их читаешь, каждый читает на той глубине или высоте, до которой поднялся его дух.

    Книги суть бездны; когда их читаешь, каждый читает на той глубине или высоте, до которой поднялся его дух.
14. «

    Надо только найти истинный ключ. Как любовь, которая есть ключ к каждой душе. У самого плохого человека в душе есть замок, надо только найти к нему ключ.

    Надо только найти истинный ключ. Как любовь, которая есть ключ к каждой душе. У самого плохого человека в душе есть замок, надо только найти к нему ключ.
15. «

    Как никому не вдохнуть в себя всего воздуха, так никакому уму не впитать в себя всего знания.

    Как никому не вдохнуть в себя всего воздуха, так никакому уму не впитать в себя всего знания.
16. «

    Знание схоже со светом, а сердечная вера схожа с теплом. Как в мире наружном для жизни растений нужны и свет и тепло, так и для чтения слов нужна, кроме знания, еще и вера.

    Знание схоже со светом, а сердечная вера схожа с теплом. Как в мире наружном для жизни растений нужны и свет и тепло, так и для чтения слов нужна, кроме знания, еще и вера.
17. «

    Эти мухи думали, что мир заканчивается за оградой этого маленького двора, и не видели, что за ним есть нечто еще, и еще, и еще; в цирке, после всего нескольких проведенных там волшебных часов, я понял, что мир огромен.

    Эти мухи думали, что мир заканчивается за оградой этого маленького двора, и не видели, что за ним есть нечто еще, и еще, и еще; в цирке, после всего нескольких проведенных там волшебных часов, я понял, что мир огромен.
18. «

    Величие — в малом, главное — в мелочах, важное — в неважном.

    Величие — в малом, главное — в мелочах, важное — в неважном.
19. «

    Нам нужны три сердца — одно для Бога, сердце чистое; для ближних, сердце милостивое, и для себя, сердце острое и строгое.

    Нам нужны три сердца — одно для Бога, сердце чистое; для ближних, сердце милостивое, и для себя, сердце острое и строгое.
20. «

    Человек должен познавать себя всю жизнь, ведь его возможности гораздо шире, чем он сам думает и чем своими дипломами и документами говорит ему общество.

    Человек должен познавать себя всю жизнь, ведь его возможности гораздо шире, чем он сам думает и чем своими дипломами и документами говорит ему общество.