105 цитат из книги «Виктор Гюго. Человек, который смеётся» на каждый день

Ниже 105 цитат из книги «Виктор Гюго. Человек, который смеётся»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Душа в час отчаяния полна падающих звезд.

   Душа в час отчаяния полна падающих звезд.
2. «

   Собака – экое странное животное! – потеет языком и улыбается хвостом.

   Собака – экое странное животное! – потеет языком и улыбается хвостом.
3. «

   Есть дороги, по которым можно продвигаться только ползком.

   Есть дороги, по которым можно продвигаться только ползком.
4. «

   Человек искони стремился прибавить к творению божьему кое-что от себя.

   Человек искони стремился прибавить к творению божьему кое-что от себя.
5. «

   Заставить людей смеяться — значит дать им забвение.

   Заставить людей смеяться — значит дать им забвение.
6. «

   Истинная любовь не знает пресыщения. Будучи всецело духовной, она не может охладиться.

   Истинная любовь не знает пресыщения. Будучи всецело духовной, она не может охладиться.
7. «

   Будь сумасшедшим, если тебе так нравится... Это — право каждого из нас.

   Будь сумасшедшим, если тебе так нравится... Это — право каждого из нас.
8. «

   У него кружилась голова. Кружилась вдвойне. Кружилась от взлета и от падения. Роковое сочетание. Он чувствовал, как подымается, но не ощущал своего падения. Новый горизонт всегда пугает нас. Перспектива помогает найти направление. Не всегда правильное.

   У него кружилась голова. Кружилась вдвойне. Кружилась от взлета и от падения. Роковое сочетание. Он чувствовал, как подымается, но не ощущал своего падения. Новый горизонт всегда пугает нас. Перспектива помогает найти направление. Не всегда правильное.
9. «

   Ведь зубы могут смотреть, так же как глаза — кусаться.

   Ведь зубы могут смотреть, так же как глаза — кусаться.
10. «

    Да и увидит ли он когда-нибудь ещё эту женщину? По всей вероятности, никогда. Влюбиться в зарницу, вспыхнувшую на горизонте, — на такое безумие не способен никто. Плениться звездой — это всё-таки понятно: её увидишь снова, она опять появится на небе на том же месте. Но можно ли загореться страстью к промелькнувшей молнии?

    Да и увидит ли он когда-нибудь ещё эту женщину? По всей вероятности, никогда. Влюбиться в зарницу, вспыхнувшую на горизонте, — на такое безумие не способен никто. Плениться звездой — это всё-таки понятно: её увидишь снова, она опять появится на небе на том же месте. Но можно ли загореться страстью к промелькнувшей молнии?
11. «

    Находясь на вершине горы, мы всматриваемся в пропасть. Упав в бездну, созерцаем небо.

    Находясь на вершине горы, мы всматриваемся в пропасть. Упав в бездну, созерцаем небо.
12. «

    Не все казни совершаются на эшафотах, и любое сборище людей, будь то уличная толпа или законодательная палата, всегда имеет наготове палача: палач этот — сарказм. Нет пытки, которая сравнялась бы с пыткой глумления.

    Не все казни совершаются на эшафотах, и любое сборище людей, будь то уличная толпа или законодательная палата, всегда имеет наготове палача: палач этот — сарказм. Нет пытки, которая сравнялась бы с пыткой глумления.
13. «

    Хотеть недостаточно. Надо мочь.

    Хотеть недостаточно. Надо мочь.
14. «

    Тайна — та же сеть: достаточно, чтобы порвалась одна петля, и всё расползётся.

    Тайна — та же сеть: достаточно, чтобы порвалась одна петля, и всё расползётся.
15. «

    Отъезд, в зависимости от настроения и мыслей, владеющих нами в эту минуту, вызывает либо чувство облегчения, либо горесть.

    Отъезд, в зависимости от настроения и мыслей, владеющих нами в эту минуту, вызывает либо чувство облегчения, либо горесть.
16. «

    Ум, как и природа, не терпит пустоты. Природа заполняет пустоту любовью; ум нередко прибегает для этого к ненависти.

    Ум, как и природа, не терпит пустоты. Природа заполняет пустоту любовью; ум нередко прибегает для этого к ненависти.
17. «

    Усилия, которые затрачивает человек в погоне за весельем, заслуживают порой внимания философа.

    Усилия, которые затрачивает человек в погоне за весельем, заслуживают порой внимания философа.
18. «

    Нет ничего приятнее, чем поступать справедливо, когда тем самым причиняешь огорчение тому, кого ненавидишь.

    Нет ничего приятнее, чем поступать справедливо, когда тем самым причиняешь огорчение тому, кого ненавидишь.
19. «

    Красивому мужчине угрожает опасность быть приторным.

    Красивому мужчине угрожает опасность быть приторным.
20. «

    Аристократия гордится именно тем, что женщина считает для себя унизительным: своею старостью; однако и женщина и аристократия питают одну и ту же иллюзию — обе уверены, что хорошо сохранились.

    Аристократия гордится именно тем, что женщина считает для себя унизительным: своею старостью; однако и женщина и аристократия питают одну и ту же иллюзию — обе уверены, что хорошо сохранились.