236 цитат из книги «Виктор Гюго. Человек, который смеётся» — топ по популярности

Ниже 236 цитат из книги «Виктор Гюго. Человек, который смеётся»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   ....удивляются только ограниченные люди.

   ....удивляются только ограниченные люди.
2. «

   Грезами можно отравиться так же, как цветами.

   Грезами можно отравиться так же, как цветами.
3. «

   — Я умирала, ты вернул меня к жизни. Когда ты здесь, я ощущаю рядом с собою небо. Дай мне твою руку: я хочу коснуться Бога!

   — Я умирала, ты вернул меня к жизни. Когда ты здесь, я ощущаю рядом с собою небо. Дай мне твою руку: я хочу коснуться Бога!
4. «

   Судьба никогда не отворяет одной двери, не захлопнув прежде другой.

   Судьба никогда не отворяет одной двери, не захлопнув прежде другой.
5. «

   Дурные мысли — самоубийство души.

   Дурные мысли — самоубийство души.
6. «

   Взрослый доискивается связи между разрозненными явлениями, ребенок легко удовлетворяется частичным их объяснением.

   Взрослый доискивается связи между разрозненными явлениями, ребенок легко удовлетворяется частичным их объяснением.
7. «

   Упавший может встать, но человек раздавленный уже не подымется. Нелепая, всепобеждающая насмешка обратила его в прах. Отныне у него не было никакой надежды. Все зависит от среды.

   Упавший может встать, но человек раздавленный уже не подымется. Нелепая, всепобеждающая насмешка обратила его в прах. Отныне у него не было никакой надежды. Все зависит от среды.
8. «

   Явления, повергающие нас в недоумение и именуемые нами прихотливой случайностью в природе и случаем в человеческой жизни, суть не что иное, как следствия законов, сущность которых мы только начинаем постигать.

   Явления, повергающие нас в недоумение и именуемые нами прихотливой случайностью в природе и случаем в человеческой жизни, суть не что иное, как следствия законов, сущность которых мы только начинаем постигать.
9. «

   Голос тоже может стать тенью.

   Голос тоже может стать тенью.
10. «

    Разрушив старинный дворец, уничтожили и некоторые старинные обычаи. Удары лома, наносимые древним памятникам, отзываются также на обычаях и на хартиях. Старый камень, падая, увлекает за собой какой-нибудь старый закон. Поместите в круглом зале сенат, заседавший в зале квадратном, и он окажется другим. Форма моллюска изменяется по мере изменения формы раковины. Если вы хотите сохранить какое-нибудь старинное установление, будь оно происхождения человеческого или божественного; будь оно кодексом или догматом, аристократией или жреческим сословием, – ничего не переделывайте в нем заново, даже наружной оболочки. В крайнем случае положите заплату. Орден иезуитов, например, – заплата на католицизме. Если хотите уберечь от перемен учреждения, ничего не меняйте в зданиях. Тени должны жить среди развалин. Обветшалой власти не по себе в заново отделанном помещении. Если учреждение пришло в упадок, ему нужен полуразрушенный дворец.

    Разрушив старинный дворец, уничтожили и некоторые старинные обычаи. Удары лома, наносимые древним памятникам, отзываются также на обычаях и на хартиях. Старый камень, падая, увлекает за собой какой-нибудь старый закон. Поместите в круглом зале сенат, заседавший в зале квадратном, и он окажется другим. Форма моллюска изменяется по мере изменения формы раковины. Если вы хотите сохранить какое-нибудь старинное установление, будь оно происхождения человеческого или божественного; будь оно кодексом или догматом, аристократией или жреческим сословием, – ничего не переделывайте в нем заново, даже наружной оболочки. В крайнем случае положите заплату. Орден иезуитов, например, – заплата на католицизме. Если хотите уберечь от перемен учреждения, ничего не меняйте в зданиях. Тени должны жить среди развалин. Обветшалой власти не по себе в заново отделанном помещении. Если учреждение пришло в упадок, ему нужен полуразрушенный дворец.
11. «

    Похоронный звон похож на предсмертное хрипение человека. Он гласит о смертных муках. Если в домах, куда доносится этот звон, кто-нибудь предается мечтательному ожиданию, удары колокола резко обрывают его. Неясные мечты представляются как бы убежищем; человеку, объятому тоскою, они подают какую-то надежду; угрюмый звук колокола отнимает ее своей определенностью. Он рассеивает туманную пелену, за которой стремится укрыться наше беспокойство. Он вызывает в нашей душе горестную тревогу. Похоронный звон напоминает каждому о человеческих страданиях, о чем-то страшном. Эти печальные звуки обращены к каждому из нас. Они предостерегают. Нет ничего более мрачного, чем этот размеренный монолог. Удары, отделенные друг от друга равными промежутками, преследуют какую-то цель. Что кует молот колокола на наковальне нашей мысли?

    Похоронный звон похож на предсмертное хрипение человека. Он гласит о смертных муках. Если в домах, куда доносится этот звон, кто-нибудь предается мечтательному ожиданию, удары колокола резко обрывают его. Неясные мечты представляются как бы убежищем; человеку, объятому тоскою, они подают какую-то надежду; угрюмый звук колокола отнимает ее своей определенностью. Он рассеивает туманную пелену, за которой стремится укрыться наше беспокойство. Он вызывает в нашей душе горестную тревогу. Похоронный звон напоминает каждому о человеческих страданиях, о чем-то страшном. Эти печальные звуки обращены к каждому из нас. Они предостерегают. Нет ничего более мрачного, чем этот размеренный монолог. Удары, отделенные друг от друга равными промежутками, преследуют какую-то цель. Что кует молот колокола на наковальне нашей мысли?
12. «

    Злоба беспредметная истощает, как всякое наслаждение в одиночестве.

    Злоба беспредметная истощает, как всякое наслаждение в одиночестве.
13. «

    Усилия, которые затрачивает человек в погоне за весельем, заслуживают порой внимания философа.

    Усилия, которые затрачивает человек в погоне за весельем, заслуживают порой внимания философа.
14. «

    Постоянная настороженность свидетельствует о тайном желании подвергнуться нападению.

    Постоянная настороженность свидетельствует о тайном желании подвергнуться нападению.
15. «

    Да, говорить за немых — это прекрасно, но как тяжело говорить перед глухими!

    Да, говорить за немых — это прекрасно, но как тяжело говорить перед глухими!
16. «

    Все это происходило сто восемьдесят лет назад, в те времена, когда люди были немного более волками, чем в наши дни. Впрочем, ненамного.

    Все это происходило сто восемьдесят лет назад, в те времена, когда люди были немного более волками, чем в наши дни. Впрочем, ненамного.
17. «

    Будь дураком сколько хочешь, но не подавай дурного примера. От дураков не требуется ничего, кроме благонамеренности, и тогда они могут считать себя опорой монархии.

    Будь дураком сколько хочешь, но не подавай дурного примера. От дураков не требуется ничего, кроме благонамеренности, и тогда они могут считать себя опорой монархии.
18. «

    Осел с дорожной картой стоит большего, чем прорицатель с его оракулом.

    Осел с дорожной картой стоит большего, чем прорицатель с его оракулом.
19. «

    Угодливые души не выносят упрямцев.

    Угодливые души не выносят упрямцев.
20. «

    Очевидно, дьявола надо держать на привязи, и вина Бога, что он спустил его с цепи.

    Очевидно, дьявола надо держать на привязи, и вина Бога, что он спустил его с цепи.