444 цитаты из книги «Виктор Гюго. Человек, который смеётся» — от иронии до философии

Ниже 444 цитаты из книги «Виктор Гюго. Человек, который смеётся»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Все это происходило сто восемьдесят лет назад, в те времена, когда люди были немного более волками, чем в наши дни. Впрочем, ненамного.

   Все это происходило сто восемьдесят лет назад, в те времена, когда люди были немного более волками, чем в наши дни. Впрочем, ненамного.
2. «

   Страшно подумать, но наш рассудок не всегда является голосом справедливости. Суждение – нечто относительное. Справедливость – нечто безусловное. Поразмыслите над тем, какая разница между судом и правосудием.

   Страшно подумать, но наш рассудок не всегда является голосом справедливости. Суждение – нечто относительное. Справедливость – нечто безусловное. Поразмыслите над тем, какая разница между судом и правосудием.
3. «

   Нет малой ненависти. Ненависть всегда огромна. Она сохраняет свои размеры даже в самой ничтожной твари и остается чудовищной. Всякая ненависть сильна уже тем, что она — нанависть. Слону, которого ненавидит муравей, грозит опасность.

   Нет малой ненависти. Ненависть всегда огромна. Она сохраняет свои размеры даже в самой ничтожной твари и остается чудовищной. Всякая ненависть сильна уже тем, что она — нанависть. Слону, которого ненавидит муравей, грозит опасность.
4. «

   Жить другим человеком опасно. Эгоизм — самая надёжная основа счастья. Мужчины легко уходят из под власти женщин.

   Жить другим человеком опасно. Эгоизм — самая надёжная основа счастья. Мужчины легко уходят из под власти женщин.
5. «

   non deficit alter, aureus [на смену одной золотой ветви – другая (лат.)].

   non deficit alter, aureus [на смену одной золотой ветви – другая (лат.)].
6. «

   Может ли тот, кто воплощает мрак, простить тому, кто полон блеска?

   Может ли тот, кто воплощает мрак, простить тому, кто полон блеска?
7. «

   Смерть хороша тем, что она заставляет хотя бы немного поговорить об умершем.

   Смерть хороша тем, что она заставляет хотя бы немного поговорить об умершем.
8. «

   Брак никому не к лицу, из-за него блекнут ленты, украшающие платье, он старит. Брак – убийственно ясное разрешение вопроса. Женщина отдает себя мужчине при посредничестве нотариуса – какая пошлость! Грубость брака приводит к непоправимым положениям; он уничтожает волю, исключает выбор, устанавливает, подобно грамматике, свой собственный синтаксис отношений, заменяет вдохновение орфографией, превращает любовь в диктант, лишает ее всякой таинственности, низводит с облаков образ женщины, одевая ее в ночную сорочку, умаляет тех, кто предъявляет свои права, и тех, кто им подчиняется; наклоняя одну чашу весов, уничтожает очаровательнее равновесие, существующее между полом сильным и полом могущественным, между силой и красотой, мужа делает господином, а жену служанкой, тогда как вне брака существуют только раб и царица. Как превращать ложе в нечто до того прозаическое, что оно становится вполне благопристойным, – мыслимо ли что-либо более вульгарное? Не глупо ли стремиться к такой пресной любви?

   Брак никому не к лицу, из-за него блекнут ленты, украшающие платье, он старит. Брак – убийственно ясное разрешение вопроса. Женщина отдает себя мужчине при посредничестве нотариуса – какая пошлость! Грубость брака приводит к непоправимым положениям; он уничтожает волю, исключает выбор, устанавливает, подобно грамматике, свой собственный синтаксис отношений, заменяет вдохновение орфографией, превращает любовь в диктант, лишает ее всякой таинственности, низводит с облаков образ женщины, одевая ее в ночную сорочку, умаляет тех, кто предъявляет свои права, и тех, кто им подчиняется; наклоняя одну чашу весов, уничтожает очаровательнее равновесие, существующее между полом сильным и полом могущественным, между силой и красотой, мужа делает господином, а жену служанкой, тогда как вне брака существуют только раб и царица. Как превращать ложе в нечто до того прозаическое, что оно становится вполне благопристойным, – мыслимо ли что-либо более вульгарное? Не глупо ли стремиться к такой пресной любви?
9. «

   Да и увидит ли он когда-нибудь ещё эту женщину? По всей вероятности, никогда. Влюбиться в зарницу, вспыхнувшую на горизонте, — на такое безумие не способен никто. Плениться звездой — это всё-таки понятно: её увидишь снова, она опять появится на небе на том же месте. Но можно ли загореться страстью к промелькнувшей молнии?

   Да и увидит ли он когда-нибудь ещё эту женщину? По всей вероятности, никогда. Влюбиться в зарницу, вспыхнувшую на горизонте, — на такое безумие не способен никто. Плениться звездой — это всё-таки понятно: её увидишь снова, она опять появится на небе на том же месте. Но можно ли загореться страстью к промелькнувшей молнии?
10. «

    Жизнь земная – лишь временное пристанище.

    Жизнь земная – лишь временное пристанище.
11. «

    Бывают речи, в которых слова, стоны и рыдания представляют неразрывное целое. В них слиты воедино и выражаются одновременно и восторг и скорбь. Они не имеют никакого смысла и вместе с тем говорят всё.

    Бывают речи, в которых слова, стоны и рыдания представляют неразрывное целое. В них слиты воедино и выражаются одновременно и восторг и скорбь. Они не имеют никакого смысла и вместе с тем говорят всё.
12. «

    Если б можно было так же легко расстаться со своим горем, как расстаешься с городом!

    Если б можно было так же легко расстаться со своим горем, как расстаешься с городом!
13. «

    Да, говорить за немых — это прекрасно, но как тяжело говорить перед глухими!

    Да, говорить за немых — это прекрасно, но как тяжело говорить перед глухими!
14. «

    Чужого успеха не выносят, в особенности те, кому он вредит. Пожираемые редко любят пожирателей.

    Чужого успеха не выносят, в особенности те, кому он вредит. Пожираемые редко любят пожирателей.
15. «

    Порою радость бывает самым отвратительным чувством.

    Порою радость бывает самым отвратительным чувством.
16. «

    В любви главное — привычка. В ней сосредотачивается вся жизнь. Ежедневное появление солнца — привычка вселенной. Вселенная — влюбленная женщина, и солнце — её возлюбленный.

    В любви главное — привычка. В ней сосредотачивается вся жизнь. Ежедневное появление солнца — привычка вселенной. Вселенная — влюбленная женщина, и солнце — её возлюбленный.
17. «

    Наша память нередко удерживает многое без нашего ведома.

    Наша память нередко удерживает многое без нашего ведома.
18. «

    С врагом, который беспрестанно сам разоблачает свои намерения, мечется без толку и зачастую допускает промахи, всегда можно найти средства борьбы. Но против штиля нет никакого орудия. Тут не за что ухватиться.

    С врагом, который беспрестанно сам разоблачает свои намерения, мечется без толку и зачастую допускает промахи, всегда можно найти средства борьбы. Но против штиля нет никакого орудия. Тут не за что ухватиться.
19. «

    От этого молчания кровь застыла в жилах Гуинплена. До сих пор он считал себя сильным; он не нуждался ни в чьей поддержке; не нуждаться ни в чьей поддержке – значит быть необоримым. Он жил одиноким, воображая, что одиночество – верный залог неуязвимости. И вот внезапно он почувствовал на себе гнет некоей ужасной безликой силы. Каким способом бороться с чем-то страшным, жестоким, неумолимым – с законом? Он изнемогал под бременем этой загадки. Неведомый прежде страх прокрался к нему в душу, отыскав слабое место в защищавшей его броне.

    От этого молчания кровь застыла в жилах Гуинплена. До сих пор он считал себя сильным; он не нуждался ни в чьей поддержке; не нуждаться ни в чьей поддержке – значит быть необоримым. Он жил одиноким, воображая, что одиночество – верный залог неуязвимости. И вот внезапно он почувствовал на себе гнет некоей ужасной безликой силы. Каким способом бороться с чем-то страшным, жестоким, неумолимым – с законом? Он изнемогал под бременем этой загадки. Неведомый прежде страх прокрался к нему в душу, отыскав слабое место в защищавшей его броне.
20. «

    Природа всегда приходит на помощь обездоленным; там где ощущается недостаток во всем, она отдает всю себя безраздельно, она покрывает руины цветами и зеленью: для камня у нее есть плющ, для человека — любовь.

    Природа всегда приходит на помощь обездоленным; там где ощущается недостаток во всем, она отдает всю себя безраздельно, она покрывает руины цветами и зеленью: для камня у нее есть плющ, для человека — любовь.