78 цитат из книги «Виктор Гюго. Отверженные: цитаты со смыслом», ставших крылатыми

Собрали 78 цитат из книги «Виктор Гюго. Отверженные: цитаты со смыслом» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Меньше славы, зато больше свободы.

   Меньше славы, зато больше свободы.

   — Виктор Гюго · книга
2. «

   Любопытство подобно чревоугодию. Увидеть — все равно что полакомиться.

   Любопытство подобно чревоугодию. Увидеть — все равно что полакомиться.

   — Виктор Гюго · книга
3. «

   Какова у человека философия, такова и жизнь. Как постелешь, так и выспишься.

   Какова у человека философия, такова и жизнь. Как постелешь, так и выспишься.

   — Виктор Гюго · книга
4. «

   Опозоренные жаждут уважения.

   Опозоренные жаждут уважения.

   — Виктор Гюго · книга
5. «

   Солгать чуть-чуть — невозможно; тот, кто лжёт, лжёт до конца.

   Солгать чуть-чуть — невозможно; тот, кто лжёт, лжёт до конца.

   — Виктор Гюго · книга
6. «

   Молодость — пора быстрых сближений и скорого зарубцевания ран. В эти годы все можно узнать по лицу. Достаточно взглянуть на друга, чтобы всё понять.

   Молодость — пора быстрых сближений и скорого зарубцевания ран. В эти годы все можно узнать по лицу. Достаточно взглянуть на друга, чтобы всё понять.

   — Виктор Гюго · книга
7. «

   Зима превращает падающую с неба воду и сердца людей в камень.

   Зима превращает падающую с неба воду и сердца людей в камень.

   — Виктор Гюго · книга
8. «

   Бывают мгновения, когда сама природа кажется враждебной.

   Бывают мгновения, когда сама природа кажется враждебной.

   — Виктор Гюго · книга
9. «

   Пожинать лавры и стаскивать башмаки с мертвецов — на это неспособна одна и так же рука.

   Пожинать лавры и стаскивать башмаки с мертвецов — на это неспособна одна и так же рука.

   — Виктор Гюго · книга
10. «

    Человеческая мысль не знает границ. На свой страх и риск она исследует и изучает даже собственное ослепление. Пожалуй, можно сказать, что своим сверкающим отблеском она как бы ослепляет самое природу; таинственный мир, окружающий нас, отдаёт то, что получает, и возможно, что созерцатели сами являются предметом созерцания.

    Человеческая мысль не знает границ. На свой страх и риск она исследует и изучает даже собственное ослепление. Пожалуй, можно сказать, что своим сверкающим отблеском она как бы ослепляет самое природу; таинственный мир, окружающий нас, отдаёт то, что получает, и возможно, что созерцатели сами являются предметом созерцания.

    — Виктор Гюго · книга
11. «

    Не надо языков пламени там, где достаточно просто луча.

    Не надо языков пламени там, где достаточно просто луча.

    — Виктор Гюго · книга
12. «

    Освобождение не всегда становится избавлением.

    Освобождение не всегда становится избавлением.

    — Виктор Гюго · книга
13. «

    Книги — это друзья, бесстрастные, но верные.

    Книги — это друзья, бесстрастные, но верные.

    — Виктор Гюго · книга
14. «

    Что значит бурление целого города по сравнению с душевной бурей? Человек ещё бездоннее, чем народ.

    Что значит бурление целого города по сравнению с душевной бурей? Человек ещё бездоннее, чем народ.

    — Виктор Гюго · книга
15. «

    Подобно тому, как птицы строят гнезда из чего попало, — дети делают себе куклу из чего угодно.

    Подобно тому, как птицы строят гнезда из чего попало, — дети делают себе куклу из чего угодно.

    — Виктор Гюго · книга
16. «

    Переходя от страдания к страданию, он постепенно убедился, что жизнь — война и что на этой войне он принадлежит к числу побеждённых.

    Переходя от страдания к страданию, он постепенно убедился, что жизнь — война и что на этой войне он принадлежит к числу побеждённых.

    — Виктор Гюго · книга
17. «

    Самые жестокие люди иногда смягчаются, когда хвалят их детей.

    Самые жестокие люди иногда смягчаются, когда хвалят их детей.

    — Виктор Гюго · книга
18. «

    Любовь не знает середины: она или губит, или спасает.

    Любовь не знает середины: она или губит, или спасает.

    — Виктор Гюго · книга
19. «

    Если есть что-либо более страшное, чем плоть, погибающая от недостатка хлеба, так это душа, умирающая от жажды света.

    Если есть что-либо более страшное, чем плоть, погибающая от недостатка хлеба, так это душа, умирающая от жажды света.

    — Виктор Гюго · книга
20. «

    Наши радости часто бывают призрачны.

    Наши радости часто бывают призрачны.

    — Виктор Гюго · книга