21 цитата из книги «Виктор Гюго. Отверженные: красивые цитаты» для поста в соцсетях

Собрали 21 цитата из книги «Виктор Гюго. Отверженные: красивые цитаты» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Однажды я встретил на улице влюбленного нищего. На нем была старая шляпа, пальто потерлось на локтях, башмаки его протекли, а в душе сияли звезды.

   Однажды я встретил на улице влюбленного нищего. На нем была старая шляпа, пальто потерлось на локтях, башмаки его протекли, а в душе сияли звезды.

   — Виктор Гюго · книга
2. «

   Наступает минута, и девушки распускаются в одно мгновенье; из бутонов они становятся розами.

   Наступает минута, и девушки распускаются в одно мгновенье; из бутонов они становятся розами.

   — Виктор Гюго · книга
3. «

   В некоторые минуты душа приходит на помощь телу и вселяет в него бодрость. Это единственная птица, оберегающая собственную клетку.

   В некоторые минуты душа приходит на помощь телу и вселяет в него бодрость. Это единственная птица, оберегающая собственную клетку.

   — Виктор Гюго · книга
4. «

   Нежность и глубина — в этом вся женщина, в этом всё небо.

   Нежность и глубина — в этом вся женщина, в этом всё небо.

   — Виктор Гюго · книга
5. «

   Не найдись на свете хоть один любящий, солнце погасло бы.

   Не найдись на свете хоть один любящий, солнце погасло бы.

   — Виктор Гюго · книга
6. «

   Смех — это солнце: оно прогоняет с человеческого лица зиму.

   Смех — это солнце: оно прогоняет с человеческого лица зиму.

   — Виктор Гюго · книга
7. «

   Закрыть глаза — это лучший способ видеть душу.

   Закрыть глаза — это лучший способ видеть душу.

   — Виктор Гюго · книга
8. «

   Такая застывшая улыбка, вызванная слишком развитой челюстью, на которую словно не хватило кожи, обнажает только зубы, а не душу.

   Такая застывшая улыбка, вызванная слишком развитой челюстью, на которую словно не хватило кожи, обнажает только зубы, а не душу.

   — Виктор Гюго · книга
9. «

   Дети, так же как и птицы, поют свои утренние песни.

   Дети, так же как и птицы, поют свои утренние песни.

   — Виктор Гюго · книга
10. «

    Она казалась сотканной из тени; ровно столько плоти, сколько нужно, чтобы слегка наметить пол; комочек материи, светящийся изнутри; большие глаза, всегда опущенные долу, словно душа её искала предлога для своего пребывания на земле.

    Она казалась сотканной из тени; ровно столько плоти, сколько нужно, чтобы слегка наметить пол; комочек материи, светящийся изнутри; большие глаза, всегда опущенные долу, словно душа её искала предлога для своего пребывания на земле.

    — Виктор Гюго · книга
11. «

    Здесь и там валялись трупы, лужи крови стояли на мостовой. Мне запомнился белый мотылек, порхавший посреди улицы. Лето остаётся летом.

    Здесь и там валялись трупы, лужи крови стояли на мостовой. Мне запомнился белый мотылек, порхавший посреди улицы. Лето остаётся летом.

    — Виктор Гюго · книга
12. «

    Истинная любовь светла, как заря, и молчалива, как могила.

    Истинная любовь светла, как заря, и молчалива, как могила.

    — Виктор Гюго · книга
13. «

    Я встретил на улице молодого человека, очень бедного и влюбленного. Он был в поношенной шляпе, в потертой одежде; у него были дыры на локтях; вода проникала в его башмаки, а звездные лучи — в его душу.

    Я встретил на улице молодого человека, очень бедного и влюбленного. Он был в поношенной шляпе, в потертой одежде; у него были дыры на локтях; вода проникала в его башмаки, а звездные лучи — в его душу.

    — Виктор Гюго · книга
14. «

    Застольные речи и любовные речи! И те и другие одинаково неуловимы: любовные речи — это облака, застольные — клубы дыма.

    Застольные речи и любовные речи! И те и другие одинаково неуловимы: любовные речи — это облака, застольные — клубы дыма.

    — Виктор Гюго · книга
15. «

    Пускай земля обагрена кровью, — луна сохраняет белизну своего света.

    Пускай земля обагрена кровью, — луна сохраняет белизну своего света.

    — Виктор Гюго · книга
16. «

    В одной восточной сказке говорится, что бог создал розу белой, но Адам взглянул на нее, когда она распускалась, и она застыдилась и заалела.

    В одной восточной сказке говорится, что бог создал розу белой, но Адам взглянул на нее, когда она распускалась, и она застыдилась и заалела.

    — Виктор Гюго · книга
17. «

    Когда сердце скользит вниз, трудно остановиться на склоне.

    Когда сердце скользит вниз, трудно остановиться на склоне.

    — Виктор Гюго · книга
18. «

    ...она полюбила, ибо существует и сердечный голод.

    ...она полюбила, ибо существует и сердечный голод.

    — Виктор Гюго · книга
19. «

    Движения сердца, начинающего любить, полны таинственности.

    Движения сердца, начинающего любить, полны таинственности.

    — Виктор Гюго · книга
20. «

    Чего же еще желать?... Садик для прогулок и вся беспредельность для грез. У ног его — то, что можно возделывать и собирать; над головой — то, что можно обдумывать и изучать. Немного цветов на земле и все звезды на небе.

    Чего же еще желать?... Садик для прогулок и вся беспредельность для грез. У ног его — то, что можно возделывать и собирать; над головой — то, что можно обдумывать и изучать. Немного цветов на земле и все звезды на небе.

    — Виктор Гюго · книга