45 известных цитат из книги «Виктор Кунин. Друзья Пушкина»

Ниже 45 цитат из книги «Виктор Кунин. Друзья Пушкина»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Да, каюсь, я, конечно, перед вами Совсем не прав пустынник-рифмоплет; Он в лености сравнится лишь с богами, Он виноват и прозой и стихами, Но старое забудьте в новый год.

   Да, каюсь, я, конечно, перед вами Совсем не прав пустынник-рифмоплет; Он в лености сравнится лишь с богами, Он виноват и прозой и стихами, Но старое забудьте в новый год.

   — Пушкин · книга
2. «

   Не говори любовь пройдет - О том забыть твой друг желает, В ее он вечность уповает. Ей в жертву сердце отдает.

   Не говори любовь пройдет - О том забыть твой друг желает, В ее он вечность уповает. Ей в жертву сердце отдает.

   — Дельвиг Антон Антонович · книга
3. «

   Я еще Был молод, но уже судьба и страсти Меня борьбой неравной истомили. Я зрел врага в бесстрастном судии, Изменника — в товарище, пожавшем Мне руку на пиру, всяк предо мной Казался мне изменник или враг.

   Я еще Был молод, но уже судьба и страсти Меня борьбой неравной истомили. Я зрел врага в бесстрастном судии, Изменника — в товарище, пожавшем Мне руку на пиру, всяк предо мной Казался мне изменник или враг.

   — Пушкин · книга
4. «

   Но я люблю его сердечно За то, что любит он беспечно И петь и пить свое вино, И над всемирными глупцами Своими резвыми стихами Смеяться — право, пресмешно.

   Но я люблю его сердечно За то, что любит он беспечно И петь и пить свое вино, И над всемирными глупцами Своими резвыми стихами Смеяться — право, пресмешно.

   — Пушкин · книга
5. «

   Вспомните Шекспира, он никогда не боится скомпрометировать своего героя, он заставляет его говорить с полной непринужденностью, как в жизни.

   Вспомните Шекспира, он никогда не боится скомпрометировать своего героя, он заставляет его говорить с полной непринужденностью, как в жизни.

   — Пушкин · книга
6. «

   Ее простые речи и советы И полные любови укоризны Усталое мне сердце ободряли Отрадой тихой...

   Ее простые речи и советы И полные любови укоризны Усталое мне сердце ободряли Отрадой тихой...

   — Пушкин · книга
7. «

   Страшися участи бессмысленных певцов, Нас убивающих громадою стихов!

   Страшися участи бессмысленных певцов, Нас убивающих громадою стихов!

   — Вильгельм Кюхельбекер · книга
8. «

   Я благодарности труда Еще, мой друг, не постигаю! Лениться, говорят, беда, А я в беде сей утопаю.

   Я благодарности труда Еще, мой друг, не постигаю! Лениться, говорят, беда, А я в беде сей утопаю.

   — Дельвиг Антон Антонович · книга
9. «

   Теперь уж мне влюбиться трудно, Вздыхать неловко и смешно. Надежде верить безрассудно, Мужей обманывать грешно.

   Теперь уж мне влюбиться трудно, Вздыхать неловко и смешно. Надежде верить безрассудно, Мужей обманывать грешно.

   — любовь · книга
10. «

    Никогда младость не перестанет вздыхать о славе и не предастся серой, уравнительной пошлости.

    Никогда младость не перестанет вздыхать о славе и не предастся серой, уравнительной пошлости.

    — Александр Блок · книга
11. «

    Еще люблю подчас жизнь старую свою С ее ущербами и грустным поворотом.

    Еще люблю подчас жизнь старую свою С ее ущербами и грустным поворотом.

    — Вяземский Петр Андреевич · книга
12. «

    За что, за что ты отравила Неисцелимо жизнь мою? Ты как дитя мне говорила: «Верь сердцу, я тебя люблю!»

    За что, за что ты отравила Неисцелимо жизнь мою? Ты как дитя мне говорила: «Верь сердцу, я тебя люблю!»

    — Дельвиг Антон Антонович · книга
13. «

    Холостяку в свете скучно: ему досадно видеть новые, молодые поколения; один отец семейства смотрит без зависти на молодость, его окружающую.

    Холостяку в свете скучно: ему досадно видеть новые, молодые поколения; один отец семейства смотрит без зависти на молодость, его окружающую.

    — Пушкин · книга
14. «

    Нащокин занят делами, а дом его такая бестолочь и ералаш, что голова кругом идет. С утра до вечера у него разные народы: игроки, отставные гусары, студенты, стряпчие, цыганы, шпионы, особенно заимодавцы. Всем вольный вход; всем до него нужда; всякий кричит, курит трубку, обедает, поет, пляшет; угла нет свободного.

    Нащокин занят делами, а дом его такая бестолочь и ералаш, что голова кругом идет. С утра до вечера у него разные народы: игроки, отставные гусары, студенты, стряпчие, цыганы, шпионы, особенно заимодавцы. Всем вольный вход; всем до него нужда; всякий кричит, курит трубку, обедает, поет, пляшет; угла нет свободного.

    — Пушкин · книга
15. «

    Не верил он любви, свободе; На жизнь насмешливо глядел - И ничего во всей природе Благословить он не хотел.

    Не верил он любви, свободе; На жизнь насмешливо глядел - И ничего во всей природе Благословить он не хотел.

    — Пушкин · книга
16. «

    Я не сообщаю вам ни политических, ни литературных новостей, — думаю, что они вам надоели так же, как и всем нам. Нет ничего более мудрого, как сидеть у себя в деревне и поливать капусту. Старая истина, которую я ежедневно применяю к себе, посреди своей светской и суматошной жизни.

    Я не сообщаю вам ни политических, ни литературных новостей, — думаю, что они вам надоели так же, как и всем нам. Нет ничего более мудрого, как сидеть у себя в деревне и поливать капусту. Старая истина, которую я ежедневно применяю к себе, посреди своей светской и суматошной жизни.

    — Пушкин · книга
17. «

    Утрачена в бесплодных испытаньях Была моя неопытная младость, И бурные кипели в сердце чувства И ненависть, и грезы мести бледной.

    Утрачена в бесплодных испытаньях Была моя неопытная младость, И бурные кипели в сердце чувства И ненависть, и грезы мести бледной.

    — Пушкин · книга
18. «

    Не всякий рожден поэтом, не всякий может быть писателем и сочинителем, но чувствовать красоты изящного и ими наслаждаться может каждый.

    Не всякий рожден поэтом, не всякий может быть писателем и сочинителем, но чувствовать красоты изящного и ими наслаждаться может каждый.

    — Прасковья Александровна Осипова · книга
19. «

    В лучшее время жизни сердце, еще не охлажденное опытом, доступно для прекрасного. Оно легковерно и нежно. Мало-помалу вечные противоречия существенности рождают в нем сомнения, чувство мучительное, но непродолжительное. Оно исчезает, уничтожив навсегда лучшие надежды и поэтические предрассудки души.

    В лучшее время жизни сердце, еще не охлажденное опытом, доступно для прекрасного. Оно легковерно и нежно. Мало-помалу вечные противоречия существенности рождают в нем сомнения, чувство мучительное, но непродолжительное. Оно исчезает, уничтожив навсегда лучшие надежды и поэтические предрассудки души.

    — Пушкин · книга
20. «

    Ты не можешь себе вообразить, как весело удрать от невесты, да и засесть стихи писать.

    Ты не можешь себе вообразить, как весело удрать от невесты, да и засесть стихи писать.

    — Пушкин · книга