26 фраз из книги «Виктор Пелевин. Ананасная вода для прекрасной дамы» для дневника

Собрали 26 цитат из книги «Виктор Пелевин. Ананасная вода для прекрасной дамы» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   А разве заставить его смотреть прямо на самый свет, разве не заболят у него глаза, и не вернется он бегом к тому, что он в силах видеть, считая, что это действительно достовернее тех вещей, которые ему показывают?

   А разве заставить его смотреть прямо на самый свет, разве не заболят у него глаза, и не вернется он бегом к тому, что он в силах видеть, считая, что это действительно достовернее тех вещей, которые ему показывают?

   — Платон · книга
2. «

   Советская власть клялась освободить человека из рабства у золотого тельца — и сделала это. Только она освободила не русского человека, раздавленного Гулагом и штрафбатом, — а западного, которого капитал был вынужден прикармливать весь двадцатый век, следя за тем, чтобы капиталистический рай был фотогеничнее советского чистилища.

   Советская власть клялась освободить человека из рабства у золотого тельца — и сделала это. Только она освободила не русского человека, раздавленного Гулагом и штрафбатом, — а западного, которого капитал был вынужден прикармливать весь двадцатый век, следя за тем, чтобы капиталистический рай был фотогеничнее советского чистилища.
3. «

   Может, подниматься к Богу и долго. А падение — это всегда быстро. Один ослепительный миг.

   Может, подниматься к Богу и долго. А падение — это всегда быстро. Один ослепительный миг.
4. «

   Что такое женитьба с точки зрения физики процесса? Это когда человек взял с собой в будущее пое*аться, а оно по дороге протухло.

   Что такое женитьба с точки зрения физики процесса? Это когда человек взял с собой в будущее пое*аться, а оно по дороге протухло.
5. «

   Я понимаю теперь, почему монахи-отшельники и пещерные созерцатели проявляют так мало энтузиазма, когда им предлагают вернуться в мир. Что в нем делать?

   Я понимаю теперь, почему монахи-отшельники и пещерные созерцатели проявляют так мало энтузиазма, когда им предлагают вернуться в мир. Что в нем делать?

   — Семен Левитан · книга
6. «

   Если всем людям вместе суждено определенное количество счастья и горя, то чем хуже будет у вас на душе, тем беззаботнее будет чья-то радость, просто по той причине, что горе и счастье возникают лишь относительно друг друга. Весь двадцатый век мы, русские дураки, были генератором, вырабатывавшим счастье западного мира. Мы производили его из своего горя. Мы были галерными рабами, которые, сидя в переполненном трюме, двигали мир в солнечное утро, умирая в темноте и вони. Чтобы сделать другую половину планеты полюсом счастья, нас превратили в полюс страдания

   Если всем людям вместе суждено определенное количество счастья и горя, то чем хуже будет у вас на душе, тем беззаботнее будет чья-то радость, просто по той причине, что горе и счастье возникают лишь относительно друг друга. Весь двадцатый век мы, русские дураки, были генератором, вырабатывавшим счастье западного мира. Мы производили его из своего горя. Мы были галерными рабами, которые, сидя в переполненном трюме, двигали мир в солнечное утро, умирая в темноте и вони. Чтобы сделать другую половину планеты полюсом счастья, нас превратили в полюс страдания
7. «

   Первая благородная истина буддизма: жизнь не отделима от страданий.

   Первая благородная истина буддизма: жизнь не отделима от страданий.
8. «

   Вкрадчивый вопрос «на чем вы ездите?», задаваемый в московских сумерках для быстрой социальной идентификации собеседника, Олег Петров в молодости уверенно отражал словами «бывает на грибочках, бывает на кислоте». К тридцати пяти годам он настолько потерял к людям интерес и доверие, что стал говорить просто: «машины нет».

   Вкрадчивый вопрос «на чем вы ездите?», задаваемый в московских сумерках для быстрой социальной идентификации собеседника, Олег Петров в молодости уверенно отражал словами «бывает на грибочках, бывает на кислоте». К тридцати пяти годам он настолько потерял к людям интерес и доверие, что стал говорить просто: «машины нет».
9. «

   Только в убогой земной любви через десять минут уже понимаешь, что тебя просто использовала в своих целях равнодушная природа.

   Только в убогой земной любви через десять минут уже понимаешь, что тебя просто использовала в своих целях равнодушная природа.

   — Семен Левитан · книга
10. «

    Ведь что такое, в сущности, русский коммунизм? Шел бухой человек по заснеженному двору к выгребной яме, засмотрелся на блеск лампадки в оконной наледи, поднял голову, увидел черную пустыню неба с острыми точками звезд — и вдруг до такой боли, до такой тоски рвануло его к этим огням прямо с ежедневной ссаной тропинки, что почти долетел. Хорошо, разбудил волчий вой — а то, наверно, так и замерз бы мордой в блевоте. А как проснулся, оказалось, что дом сгорел, ноги изрезаны о стекло, а грудь пробита аккуратными европейскими пулями…

    Ведь что такое, в сущности, русский коммунизм? Шел бухой человек по заснеженному двору к выгребной яме, засмотрелся на блеск лампадки в оконной наледи, поднял голову, увидел черную пустыню неба с острыми точками звезд — и вдруг до такой боли, до такой тоски рвануло его к этим огням прямо с ежедневной ссаной тропинки, что почти долетел. Хорошо, разбудил волчий вой — а то, наверно, так и замерз бы мордой в блевоте. А как проснулся, оказалось, что дом сгорел, ноги изрезаны о стекло, а грудь пробита аккуратными европейскими пулями…
11. «

    Если долго смотреть телевизор во время какого-нибудь финансового кризиса, начинаешь видеть, что мир подобен трансформатору, превращающему страдание одного в ослепительную улыбку другого — они синхронны. Если всем людям вместе суждено определенное количество счастья и горя, то чем хуже будет у вас на душе, тем беззаботнее будет чья-то радость.

    Если долго смотреть телевизор во время какого-нибудь финансового кризиса, начинаешь видеть, что мир подобен трансформатору, превращающему страдание одного в ослепительную улыбку другого — они синхронны. Если всем людям вместе суждено определенное количество счастья и горя, то чем хуже будет у вас на душе, тем беззаботнее будет чья-то радость.
12. «

    Финансовый капитал не имеет ни родины, ни национальности и попросту движется в направлении максимальной прибыли, как слепой червь в сторону еды.

    Финансовый капитал не имеет ни родины, ни национальности и попросту движется в направлении максимальной прибыли, как слепой червь в сторону еды.
13. «

    Те, кто говорит, что души у человека нет, а машина может думать и чувствовать, как мы — это люди без души, которых не существует даже для самих себя... Они есть только для внешнего наблюдателя.

    Те, кто говорит, что души у человека нет, а машина может думать и чувствовать, как мы — это люди без души, которых не существует даже для самих себя... Они есть только для внешнего наблюдателя.

    — Савелий Скотенков · книга
14. «

    — Монархия, Семен, оставила нам собор Василия Блаженного. А нынешний уклад оставит в лучшем случае бложок Василия Заборного. И то не факт, потому что сервер, на котором он рассупонился, могут в любой момент увезти в прокуратуру на простом мотоцикле с коляской.

    — Монархия, Семен, оставила нам собор Василия Блаженного. А нынешний уклад оставит в лучшем случае бложок Василия Заборного. И то не факт, потому что сервер, на котором он рассупонился, могут в любой момент увезти в прокуратуру на простом мотоцикле с коляской.

    — Добросвет · книга
15. «

    Бога можно обманывать только до тех пор, пока Он Сам желает быть обманутым.

    Бога можно обманывать только до тех пор, пока Он Сам желает быть обманутым.

    — Иван Крестовский · книга
16. «

    Я понял, что кроме меня в мире есть много других специфически одаренных людей, и гордиться своим даром следует очень осторожно.

    Я понял, что кроме меня в мире есть много других специфически одаренных людей, и гордиться своим даром следует очень осторожно.

    — Семен Левитан · книга
17. «

    На улице было необычно мало машин, и воздух был полон той нежнейшей московской тоски по незаметно прошедшему лету, которая одновременно щемит сердце и примиряет с жизнью.

    На улице было необычно мало машин, и воздух был полон той нежнейшей московской тоски по незаметно прошедшему лету, которая одновременно щемит сердце и примиряет с жизнью.

    — Семен Левитан · книга
18. «

    Все, что делает Америка, правильно, морально и справедливо по той простой причине, что это делает Америка. Так думает значительное число американцев.

    Все, что делает Америка, правильно, морально и справедливо по той простой причине, что это делает Америка. Так думает значительное число американцев.

    — Добросвет · книга
19. «

    Бывают приносящие невыразимую муку истины, которые невозможно забыть после того, как они открылись уму.

    Бывают приносящие невыразимую муку истины, которые невозможно забыть после того, как они открылись уму.

    — Савелий Скотенков · книга
20. «

    И вот что я постиг — человека нельзя ни в чем обвинять. Ибо если мы начнем искать его с помощью самого яркого фонаря, мы поймем, что никакой отдельной личности нет, а есть просто элемент на множестве пластилиновых картинок, измятых пальцами других, которых перед этим также мяли третьи, и так от начала времен — и в результате все вокруг стало именно тем, чем стало. И чем оно сделается потом, зависит от того как его будем мять мы с вами.

    И вот что я постиг — человека нельзя ни в чем обвинять. Ибо если мы начнем искать его с помощью самого яркого фонаря, мы поймем, что никакой отдельной личности нет, а есть просто элемент на множестве пластилиновых картинок, измятых пальцами других, которых перед этим также мяли третьи, и так от начала времен — и в результате все вокруг стало именно тем, чем стало. И чем оно сделается потом, зависит от того как его будем мять мы с вами.

    — Семен Левитан · книга