17 коротких цитат из книги «Виктория Токарева. Сволочей тоже жалко»

Собрали 17 цитат из книги «Виктория Токарева. Сволочей тоже жалко» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я давно заметила, что талантливые люди про себя ничего не понимают. А бездарности, как правило, о себе очень хорошего мнения.

   Я давно заметила, что талантливые люди про себя ничего не понимают. А бездарности, как правило, о себе очень хорошего мнения.
2. «

   Есть же такое слово — «сволочь», значит, должны быть и люди, соответствующие этому слову.

   Есть же такое слово — «сволочь», значит, должны быть и люди, соответствующие этому слову.
3. «

   Литру был совершенно не в ее вкусе: высокий, знойный молдаванин. О таких Елена говорила: «Красавец» – с ударением на последней гласной. Ей казалось, что красота бывает дарована в ущерб уму и таланту. Да и зачем мужчине красота?

   Литру был совершенно не в ее вкусе: высокий, знойный молдаванин. О таких Елена говорила: «Красавец» – с ударением на последней гласной. Ей казалось, что красота бывает дарована в ущерб уму и таланту. Да и зачем мужчине красота?
4. «

   Прошел месяц. Стасик не звонил Ларе. Спрятался в новую рукопись. Он работал каждый день с утра до вечера, своего рода литературный запой. К литературному он добавлял натуральный, алкогольный.

   Прошел месяц. Стасик не звонил Ларе. Спрятался в новую рукопись. Он работал каждый день с утра до вечера, своего рода литературный запой. К литературному он добавлял натуральный, алкогольный.
5. «

   Костик оказался бородатый, с лысиной на макушке, уютный и веселый. Ему все нравилось: еда, люди, неприятности, все, что составляет жизнь. Он любил жить.

   Костик оказался бородатый, с лысиной на макушке, уютный и веселый. Ему все нравилось: еда, люди, неприятности, все, что составляет жизнь. Он любил жить.
6. «

   – Как ты о нем заботишься! – подивилась Азиза. – А иначе нельзя. Уведут. – Что значит – уведут? А любовь? – А что, по-твоему, любовь? – спросила Лиля. – Это работа. Это огород, который надо постоянно окучивать. Вырывать сорняки. Иначе ничего не взрастет. Все заглохнет.

   – Как ты о нем заботишься! – подивилась Азиза. – А иначе нельзя. Уведут. – Что значит – уведут? А любовь? – А что, по-твоему, любовь? – спросила Лиля. – Это работа. Это огород, который надо постоянно окучивать. Вырывать сорняки. Иначе ничего не взрастет. Все заглохнет.
7. «

   – Ты меня бросил? – Понимаешь, Лара… У нас нет будущего. Я свою жизнь изменить не могу. А это значит, я просто ворую твое время. Ты молодая и еще можешь устроить свою жизнь. А я путаюсь у тебя под ногами… – Ты меня любишь? – прямо спросила Лара. – Это ничего не решает. Любовь – это не слова, это поступки. А поступка не будет.

   – Ты меня бросил? – Понимаешь, Лара… У нас нет будущего. Я свою жизнь изменить не могу. А это значит, я просто ворую твое время. Ты молодая и еще можешь устроить свою жизнь. А я путаюсь у тебя под ногами… – Ты меня любишь? – прямо спросила Лара. – Это ничего не решает. Любовь – это не слова, это поступки. А поступка не будет.
8. «

   – Но почему он ничего не сказал? – У него маленький словарный запас.

   – Но почему он ничего не сказал? – У него маленький словарный запас.
9. «

   – Я любил тебя с пятого класса по пятый курс. Десять лет. А он – два часа. – Не будем об этом. Столько воды утекло. За нами уже новое поколение выросло. – Но это ответ на твой вопрос: почему я стал зануда? Я страдал! И страдаю! Прошлое имеет очень большую власть над людьми.

   – Я любил тебя с пятого класса по пятый курс. Десять лет. А он – два часа. – Не будем об этом. Столько воды утекло. За нами уже новое поколение выросло. – Но это ответ на твой вопрос: почему я стал зануда? Я страдал! И страдаю! Прошлое имеет очень большую власть над людьми.
10. «

    Когда кто-то обеспокоен судьбами человечества, не следует его отвлекать. Потому что это очень редкое качество – думать еще о ком-то, кроме себя.

    Когда кто-то обеспокоен судьбами человечества, не следует его отвлекать. Потому что это очень редкое качество – думать еще о ком-то, кроме себя.
11. «

    Просто он помогал себе жить. Невыносимо жить с тяжелым сердцем и носить камень за пазухой. Когда прощаешь, легче дышится.

    Просто он помогал себе жить. Невыносимо жить с тяжелым сердцем и носить камень за пазухой. Когда прощаешь, легче дышится.
12. «

    Такие состояния заканчиваются незапланированной беременностью. У Тани образовался огромный живот. Она называла его «дом, который построил Джек».

    Такие состояния заканчиваются незапланированной беременностью. У Тани образовался огромный живот. Она называла его «дом, который построил Джек».
13. «

    Человек кому-то должен быть нужен. Кто-то должен в нем нуждаться.

    Человек кому-то должен быть нужен. Кто-то должен в нем нуждаться.
14. «

    Мать Лары, Ольга Степановна, часто заставала такую душераздирающую картину: позднее утро, практически день, Алеша сидит в пижамке на маме и пытается раскрыть ей глаза. Приговаривает: «Мама, открой глазы». Но у Лары депрессия. Она не хочет открыть глазы и начинать новый день, еще один день в этой фальшивой, лживой жизни.

    Мать Лары, Ольга Степановна, часто заставала такую душераздирающую картину: позднее утро, практически день, Алеша сидит в пижамке на маме и пытается раскрыть ей глаза. Приговаривает: «Мама, открой глазы». Но у Лары депрессия. Она не хочет открыть глазы и начинать новый день, еще один день в этой фальшивой, лживой жизни.
15. «

    Я любила Ляльку за то, что с ней было легко и весело. Мы постоянно хохотали, без причины. Но не потому, что дуры, а так совпадали. Я видела Ляльку и сразу начинала радоваться жизни.

    Я любила Ляльку за то, что с ней было легко и весело. Мы постоянно хохотали, без причины. Но не потому, что дуры, а так совпадали. Я видела Ляльку и сразу начинала радоваться жизни.
16. «

    Телефоны заняты, и люди заняты – каждый своими делами и традициями. А у меня, между прочим, тоже родственники есть. И жена есть, похожая на жену Рембрандта. Ей, может, тоже хочется взлететь, а она в магазин пошла. Сейчас вернется. Мы можем вместе с ней выйти из дома и вместе взлететь. Раз… Я снимаю белую рубашку. Два… Возвращаюсь к окну и смотрю на пейзаж. Три… Отворяется дверь, и появляется жена с авоськой. – Ты меня любишь? – испуганно спрашивает жена, будто только за этим и пришла. – Люблю. – Очень? – Очень. – А как очень? – Очень, очень, очень… – убежденно говорю я. – Каким ты это тоном говоришь… – смущается жена и уносит авоську на кухню.

    Телефоны заняты, и люди заняты – каждый своими делами и традициями. А у меня, между прочим, тоже родственники есть. И жена есть, похожая на жену Рембрандта. Ей, может, тоже хочется взлететь, а она в магазин пошла. Сейчас вернется. Мы можем вместе с ней выйти из дома и вместе взлететь. Раз… Я снимаю белую рубашку. Два… Возвращаюсь к окну и смотрю на пейзаж. Три… Отворяется дверь, и появляется жена с авоськой. – Ты меня любишь? – испуганно спрашивает жена, будто только за этим и пришла. – Люблю. – Очень? – Очень. – А как очень? – Очень, очень, очень… – убежденно говорю я. – Каким ты это тоном говоришь… – смущается жена и уносит авоську на кухню.
17. «

    Елена не была верующей. Ей казалось, что человек – это маленькая электростанция, которая вырабатывает ток. Отсюда свечение, называемое аура. А когда человек умирает, рубильник вырубается и ток больше не идет. Кровь останавливается, процессы прекращаются. Точка.

    Елена не была верующей. Ей казалось, что человек – это маленькая электростанция, которая вырабатывает ток. Отсюда свечение, называемое аура. А когда человек умирает, рубильник вырубается и ток больше не идет. Кровь останавливается, процессы прекращаются. Точка.