Подборка · 85 цитат из книги

Топ-85 цитат из книги «Владимир Болтунов. Была ли полезна тебе жизнь?»

Собрали 85 цитат из книги «Владимир Болтунов. Была ли полезна тебе жизнь?» — те самые, которые расходятся на цитаты.

Другие размеры:10 15 20 25 30 40 50 75 83 84 86 87 100 125 150 200 все варианты

Учусь прощать, любить, верить, но, возвращаться к ним, предавшим тебя людям, необязательно. Вера и доверие без дел — пустые слова, всё надо подтверждать своей жизнью и делами. Предательство — урок для души, закаливание, укрепление через боль. Так нас врачует Господь своей мудрой отцовской любовью.
Учусь прощать, любить, верить, но, возвращаться к ним, предавшим тебя людям, необязательно. Вера и доверие без дел — пустые слова, всё надо подтверждать своей жизнью и делами. Предательство — урок для души, закаливание, укрепление через боль. Так нас врачует Господь своей мудрой отцовской любовью.
«Я же сам себя могу привести только к погибели в темных и мутных коридорах жизни. Мне нужен свет, надежда и вера. Во мне сильна жажда верить, я только в этом приобретаю силу. И, чтобы не заблудиться в этой тьме, я выбрал свет Христа»
«Я же сам себя могу привести только к погибели в темных и мутных коридорах жизни. Мне нужен свет, надежда и вера. Во мне сильна жажда верить, я только в этом приобретаю силу. И, чтобы не заблудиться в этой тьме, я выбрал свет Христа»
Евангелие учит нас осуждать только себя, других — оправдывать. Чья доля вины больше — не наше дело, это самокопание может привести к осуждению другого через оправдание себя. Кайся сам и оправдывай не себя, сокрушаясь только о своей доле вины. Тогда зло может не коснуться тебя, а если уже коснулось и живёт в тебе — уйдёт. Затхлость боится света и чистого воздуха.
Евангелие учит нас осуждать только себя, других — оправдывать. Чья доля вины больше — не наше дело, это самокопание может привести к осуждению другого через оправдание себя. Кайся сам и оправдывай не себя, сокрушаясь только о своей доле вины. Тогда зло может не коснуться тебя, а если уже коснулось и живёт в тебе — уйдёт. Затхлость боится света и чистого воздуха.
Есть крайне неприятные для меня люди. Они живут как-то и, предполагаю, творят добро, любимы кем-то, возможно, и сами любят. Я пытался разобраться и в этом. Что меня так раздражает в них, что пугает? Если ты видишь несовершенство, значит ты и сам к нему причастен? Я понял, что меня тяготит несогласие между словами и делами, всё сказанное должно подтверждаться поступками и жизнью человека. Особенно если человек верует! Вот она опасность — подменить собой, своим поступком, истинные ценности.
Есть крайне неприятные для меня люди. Они живут как-то и, предполагаю, творят добро, любимы кем-то, возможно, и сами любят. Я пытался разобраться и в этом. Что меня так раздражает в них, что пугает? Если ты видишь несовершенство, значит ты и сам к нему причастен? Я понял, что меня тяготит несогласие между словами и делами, всё сказанное должно подтверждаться поступками и жизнью человека. Особенно если человек верует! Вот она опасность — подменить собой, своим поступком, истинные ценности.
«Я молчал, мне было, что ему сказать. Вроде ответ очевиден, но как здесь забрать надежду, имею ли я право на это. Могу ли я вещать, не зная промысла Бога по этому мальчишке и его девчонке. Я молча»
«Жизнь — не что иное, как просто чёрточка между датой рождения и смерти. Пунктир намерений, добродетелей и пороков с признаками нашей души. Нам всё покажет Бог для того, чтобы заставить нас думать или хотя бы задуматься. Душа реальна и имеет свои цели, получая при жизни от Бога разум. Если человек не потерял восприимчивость к пониманию»
«Жизнь — не что иное, как просто чёрточка между датой рождения и смерти. Пунктир намерений, добродетелей и пороков с признаками нашей души. Нам всё покажет Бог для того, чтобы заставить нас думать или хотя бы задуматься. Душа реальна и имеет свои цели, получая при жизни от Бога разум. Если человек не потерял восприимчивость к пониманию»
«Для каждого готовятся свои искушения, навязывая ценности преступного мира — точные, избирательные, расчётливые. Когда перед твоими глазами другие правила жизни, есть большая опасность, что твой внутренний мир и правила начнут перестраиваться под новые условия и обстоятельства. Многим не хватает запаса внутренних сил, веры, устоять, не поддаться этой мнимой и пагубной романтике. Человек вдруг чувствует, что устои вольной жизни не могут открыто влиять на места заключения. Тут все равные и заслуги прежней жизни никому не важны первое время. Вот тут и начинают ломать психологически. Если не устоять перед этим, в душе происходят катастрофические изменения. Становится видно другое лицо, глаза, в человека входит что-то иное. Со временем увидим и другого человека, с другим содержанием, которого мы ещё не знали»
«Для каждого готовятся свои искушения, навязывая ценности преступного мира — точные, избирательные, расчётливые. Когда перед твоими глазами другие правила жизни, есть большая опасность, что твой внутренний мир и правила начнут перестраиваться под новые условия и обстоятельства. Многим не хватает запаса внутренних сил, веры, устоять, не поддаться этой мнимой и пагубной романтике. Человек вдруг чувствует, что устои вольной жизни не могут открыто влиять на места заключения. Тут все равные и заслуги прежней жизни никому не важны первое время. Вот тут и начинают ломать психологически. Если не устоять перед этим, в душе происходят катастрофические изменения. Становится видно другое лицо, глаза, в человека входит что-то иное. Со временем увидим и другого человека, с другим содержанием, которого мы ещё не знали»
«Надо привыкнуть к ударам, ведь это тоже дар — уметь поднять глаза и смотреть в темноту даже в душевной наготе. Вера, словно плот, спасает от крушения тонущего человека, очаровав его своей неизвестностью»
«Любого человека, испытывающего душевную боль, необходимо обязательно обнять. Быть рядом, прижимаясь, отдавая своё тепло, отдавать ровно столько, сколько нужно для врачевания боли и возвращения душевных сил»
«Я боялся потерять уверенность в себе, тогда я буду словно вырванный с корнем. Своды законов вечной жизни пробуждали во мне чувствительность. Понятия чести резко отличались от требований закона, которым многие руководствовались. Я открывал новый мир: самопожертвования и беспристрастия, без осуждения, желая покаяния, веря в справедливость Бога, идущего против человеческого правосудия»
«Я боялся потерять уверенность в себе, тогда я буду словно вырванный с корнем. Своды законов вечной жизни пробуждали во мне чувствительность. Понятия чести резко отличались от требований закона, которым многие руководствовались. Я открывал новый мир: самопожертвования и беспристрастия, без осуждения, желая покаяния, веря в справедливость Бога, идущего против человеческого правосудия»
Смотрю за человеком, вникаю, пытаясь понять его душу. Почему молчит, какую причину находит для разговора и что его волнует, умеет ли делать паузы в разговоре, слушать, и что у него вызывает эмоции? Не только слова могут выдать в человеке его подноготную, нужны паузы, взгляд, даже смех и шутки.
Смотрю за человеком, вникаю, пытаясь понять его душу. Почему молчит, какую причину находит для разговора и что его волнует, умеет ли делать паузы в разговоре, слушать, и что у него вызывает эмоции? Не только слова могут выдать в человеке его подноготную, нужны паузы, взгляд, даже смех и шутки.
«Совершенных людей нет, каждый из нас искушаем, искушения есть и в мире преступном. Любой человек, находящийся под арестом, будет проверен на свою состоятельность как личность миром преступников. Сегодня это ещё неизбежность. Невозможно находится среди явных преступников, и быть не искушаемым ими. Закон преступного мира — искушать»
«Совершенных людей нет, каждый из нас искушаем, искушения есть и в мире преступном. Любой человек, находящийся под арестом, будет проверен на свою состоятельность как личность миром преступников. Сегодня это ещё неизбежность. Невозможно находится среди явных преступников, и быть не искушаемым ими. Закон преступного мира — искушать»
«Тоска и одиночество, лишения и оставленность — вот основа подлой сделки. Душа должна согласиться, разменять себя. Следствие предлагает — заключённый принимает предложение. Вся тягость выбора порой падает на слабого человека, это испытание для него и величайший позор для служителей закона. Окунувшись в это, одни становятся грязью, другие превращаются в камень. От них всех начинает веять холодом, лица растерянные или суровые. Жизнь для них своего последнего слова ещё не сказала. Одни покорились судьбе, боясь испытаний и страданий, с готовностью утратить и себя. Другие не покорились испытаниям, не боясь утрат, не желая проявлять покорность перед злом и неправдой. Их нечем больше испугать, они перестали бояться»
«Тоска и одиночество, лишения и оставленность — вот основа подлой сделки. Душа должна согласиться, разменять себя. Следствие предлагает — заключённый принимает предложение. Вся тягость выбора порой падает на слабого человека, это испытание для него и величайший позор для служителей закона. Окунувшись в это, одни становятся грязью, другие превращаются в камень. От них всех начинает веять холодом, лица растерянные или суровые. Жизнь для них своего последнего слова ещё не сказала. Одни покорились судьбе, боясь испытаний и страданий, с готовностью утратить и себя. Другие не покорились испытаниям, не боясь утрат, не желая проявлять покорность перед злом и неправдой. Их нечем больше испугать, они перестали бояться»
Моё нутро в области сердца часто пылало, так было и сейчас. Что тогда горело во мне, я не мог понять. Душа или сердце, что-то сгорало, возможно, страхи, обида, остатки моей прошлой жизни, грехи, нереализованные планы и мечты. Этот огонь был очищающий, приносящий, как после костра, чистый пепел, оставляя надежду.
Моё нутро в области сердца часто пылало, так было и сейчас. Что тогда горело во мне, я не мог понять. Душа или сердце, что-то сгорало, возможно, страхи, обида, остатки моей прошлой жизни, грехи, нереализованные планы и мечты. Этот огонь был очищающий, приносящий, как после костра, чистый пепел, оставляя надежду.
Похоже, он любил по-настоящему. Прекрасное испытание для молодого человека, чтобы не потерять честь и приобрести величие. Время поиска учителя или метода для жизни, первой любви, что сможет сделать его мерзавцем или полубогом. В этом возрасте совершается множество подвигов и поступков, не скрытого мужества и соблазнов. Время благородства и побед, заброшенности и заблуждений. Поле битвы для будущей жизни.
Похоже, он любил по-настоящему. Прекрасное испытание для молодого человека, чтобы не потерять честь и приобрести величие. Время поиска учителя или метода для жизни, первой любви, что сможет сделать его мерзавцем или полубогом. В этом возрасте совершается множество подвигов и поступков, не скрытого мужества и соблазнов. Время благородства и побед, заброшенности и заблуждений. Поле битвы для будущей жизни.
«Только ты не помнил о Нём, когда тебе было хорошо, ты забыл, что всегда перед Ним. Что ты делал для Него, именно Ему? Ты хороший человек, возможно, и дела твои праведные, но что ты сделал ради Господа, не в свою пользу, что делал для близких и случайных людей в твоей жизни и на пути по ней ради Него?»
«Только ты не помнил о Нём, когда тебе было хорошо, ты забыл, что всегда перед Ним. Что ты делал для Него, именно Ему? Ты хороший человек, возможно, и дела твои праведные, но что ты сделал ради Господа, не в свою пользу, что делал для близких и случайных людей в твоей жизни и на пути по ней ради Него?»
Тогда я себе не мог даже представить, что с этого дня моя жизнь перевернется и пойдёт другим путём. Путём, который нам известен, но мы уверены, что это не наш путь и этого с нами точно не будет. Это путь тех: злых, преступных, мерзких людей. Тогда так думал и я. Как же я ошибался!
Тогда я себе не мог даже представить, что с этого дня моя жизнь перевернется и пойдёт другим путём. Путём, который нам известен, но мы уверены, что это не наш путь и этого с нами точно не будет. Это путь тех: злых, преступных, мерзких людей. Тогда так думал и я. Как же я ошибался!
Надо учить людей жизни, увещевать слабых и маловерных, учить всему. Не общество, мы сами во всём виноваты, мы сами себя погружаем во тьму. Когда душа черна, в ней будет зреть грех и невежество. Лучшая душа — душа страдающего, которая утешится, узнав Бога. Нужна борьба, но, она сопряжена с риском. Кто из нас умел смолчать, находясь в благоденствии? Кто молчал во времена полного краха? Хвалимся или ропщем! Вот поэтому, узнавший горе, не будет оглядываться назад, чувствуя тяжесть за спиной. Всё имеет свой желудок, умело поглощая страсти, несчастья, даже любовь. Надо ли его так обременять? Во всём нужна мера и мудр именно тот, кто сумел себя сам вовремя арестовать/
Надо учить людей жизни, увещевать слабых и маловерных, учить всему. Не общество, мы сами во всём виноваты, мы сами себя погружаем во тьму. Когда душа черна, в ней будет зреть грех и невежество. Лучшая душа — душа страдающего, которая утешится, узнав Бога. Нужна борьба, но, она сопряжена с риском. Кто из нас умел смолчать, находясь в благоденствии? Кто молчал во времена полного краха? Хвалимся или ропщем! Вот поэтому, узнавший горе, не будет оглядываться назад, чувствуя тяжесть за спиной. Всё имеет свой желудок, умело поглощая страсти, несчастья, даже любовь. Надо ли его так обременять? Во всём нужна мера и мудр именно тот, кто сумел себя сам вовремя арестовать/
«Слава Богу, что хоть сейчас есть время заглянуть в себя, приоткрыть ту затхлость внутри, от которой долгое время отворачивался, не желая её замечать»
«Верю в исцеление души, что не может произойти с судьбой. Судьбу не исцеляют! Тогда зачем верить в неё?»

20 из 85