24 цитаты из книги «Януш Леон Вишневский. Одиночество в Сети: жизненные цитаты» — читаем и делимся

Собрали 24 цитаты из книги «Януш Леон Вишневский. Одиночество в Сети: жизненные цитаты» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Плакать надо, когда никто не мешает. Только тогда от этого получаешь радость.

   Плакать надо, когда никто не мешает. Только тогда от этого получаешь радость.

   — Януш Леон Вишневский · книга
2. «

   Звуки и голоса можно переживать, не слыша их.

   Звуки и голоса можно переживать, не слыша их.

   — Януш Леон Вишневский · книга
3. «

   Трудно быть только знакомым человека, о котором ты знаешь, что он без колебаний отдаст тебе, если в этом будет необходимость, собственную почку.

   Трудно быть только знакомым человека, о котором ты знаешь, что он без колебаний отдаст тебе, если в этом будет необходимость, собственную почку.

   — Януш Леон Вишневский · книга
4. «

   Я ненавидел утра. Они напоминали мне, что у ночи бывает конец и что нужно вновь как-то справляться со своими мыслями.

   Я ненавидел утра. Они напоминали мне, что у ночи бывает конец и что нужно вновь как-то справляться со своими мыслями.

   — Януш Леон Вишневский · книга
5. «

   Вызывающий облик, слишком яркая, не соответствующая времени дня косметика, демонстративное покачивание бедрами или чрезмерно глубокое декольте были заменены в Сети преувеличенной непосредственностью либо провокационными или слишком глубоко нацеленными и чересчур личными вопросами. Такое поведение очень часто прикрывает неуверенность, робость, страх, комплексы или простую впечатлительность.

   Вызывающий облик, слишком яркая, не соответствующая времени дня косметика, демонстративное покачивание бедрами или чрезмерно глубокое декольте были заменены в Сети преувеличенной непосредственностью либо провокационными или слишком глубоко нацеленными и чересчур личными вопросами. Такое поведение очень часто прикрывает неуверенность, робость, страх, комплексы или простую впечатлительность.

   — Януш Леон Вишневский · книга
6. «

   Интернет, он не сближает. Это скопление одиночества. Мы вроде вместе, но каждый один. Иллюзия общения, иллюзия дружбы, иллюзия жизни...

   Интернет, он не сближает. Это скопление одиночества. Мы вроде вместе, но каждый один. Иллюзия общения, иллюзия дружбы, иллюзия жизни...

   — Януш Леон Вишневский · книга
7. «

   Для того, чтобы ощущать присутствие женщины в доме, вовсе не нужно наличие зубной щетки в ванной комнате.

   Для того, чтобы ощущать присутствие женщины в доме, вовсе не нужно наличие зубной щетки в ванной комнате.

   — Януш Леон Вишневский · книга
8. «

   Жизнь продолжается. Как ни в чём не бывало. Опять вышли газеты и опять такие же автомобильные пробки на тех же самых улицах в тех же самых местах.

   Жизнь продолжается. Как ни в чём не бывало. Опять вышли газеты и опять такие же автомобильные пробки на тех же самых улицах в тех же самых местах.

   — Януш Леон Вишневский · книга
9. «

   Отчаяние я превратил в философию. Всё, что не было трагическим, безнадёжным, душераздерающим, было абсурдно. Абсурдом, например, было есть, чистить зубы, проветривать комнату.

   Отчаяние я превратил в философию. Всё, что не было трагическим, безнадёжным, душераздерающим, было абсурдно. Абсурдом, например, было есть, чистить зубы, проветривать комнату.

   — Януш Леон Вишневский · книга
10. «

    Бывают такие моменты, когда боль до того сильна, что невозможно дышать. Природа придумала хитрый механизм и неоднократно испытала его. Ты задыхаешься, инстинктивно пытаешься справиться с удушьем и на миг забываешь о боли. Потом боишься возвращения удушья и благодаря этому можешь пережить горе. Там, возле могилы, я не мог дышать. Там это случилось со мной впервые.

    Бывают такие моменты, когда боль до того сильна, что невозможно дышать. Природа придумала хитрый механизм и неоднократно испытала его. Ты задыхаешься, инстинктивно пытаешься справиться с удушьем и на миг забываешь о боли. Потом боишься возвращения удушья и благодаря этому можешь пережить горе. Там, возле могилы, я не мог дышать. Там это случилось со мной впервые.

    — Януш Леон Вишневский · книга
11. «

    В определённый момент тебе становится так хорошо, что забываешь, что забываешься.

    В определённый момент тебе становится так хорошо, что забываешь, что забываешься.

    — Януш Леон Вишневский · книга
12. «

    А по утрам самое худшее время для людей в депрессии.

    А по утрам самое худшее время для людей в депрессии.

    — Януш Леон Вишневский · книга
13. «

    Неустанно напоминай мне, что мы только друзья. Ну, разве что и ты забудешься. Забыться могут даже самые лучшие друзья.

    Неустанно напоминай мне, что мы только друзья. Ну, разве что и ты забудешься. Забыться могут даже самые лучшие друзья.

    — Януш Леон Вишневский · книга
14. «

    Сколько боли и горя можно передать человеку меньше, чем за две минуты.

    Сколько боли и горя можно передать человеку меньше, чем за две минуты.

    — Януш Леон Вишневский · книга
15. «

    – Наконец-то хоть какое-то разнообразие среди этих унылых «кофе или чай»! Двойная водка, немного сока. Вместо завтрака.

    – Наконец-то хоть какое-то разнообразие среди этих унылых «кофе или чай»! Двойная водка, немного сока. Вместо завтрака.

    — Януш Леон Вишневский · книга
16. «

    До сих пор он никому так подробно не описывал свои страдания. Не хотел. Да и потребности не было. Отец и так все знал без слов, а другие... Другие просто не имели значения. А вот ей он захотел рассказать всё. Каждую подробность. Про каждую слезинку. И он сделал это. Почему? Потому что она далеко и не увидит слёз? Или потому что больше нет никого другого, чтобы рассказать, а рассказать страшно хочется? А может это чистой воды эгоизм? Желание поделиться с кем-нибудь печалью прошлого и тем самым уменьшить её бремя? А может, она теперь так много для него значит, так важна, настолько настроена с ним в резонанс и настолько достойна доверия, что он уже не опасается даже такого уровня близости? И это тоже. Но, пожалуй, тем дело не кончается.

    До сих пор он никому так подробно не описывал свои страдания. Не хотел. Да и потребности не было. Отец и так все знал без слов, а другие... Другие просто не имели значения. А вот ей он захотел рассказать всё. Каждую подробность. Про каждую слезинку. И он сделал это. Почему? Потому что она далеко и не увидит слёз? Или потому что больше нет никого другого, чтобы рассказать, а рассказать страшно хочется? А может это чистой воды эгоизм? Желание поделиться с кем-нибудь печалью прошлого и тем самым уменьшить её бремя? А может, она теперь так много для него значит, так важна, настолько настроена с ним в резонанс и настолько достойна доверия, что он уже не опасается даже такого уровня близости? И это тоже. Но, пожалуй, тем дело не кончается.

    — Януш Леон Вишневский · книга
17. «

    Чтение всегда помогает скоротать время.

    Чтение всегда помогает скоротать время.

    — Януш Леон Вишневский · книга
18. «

    Переживания – это самое важное. Только ради переживаний и стоит жить. И ради того, чтобы потом можно было о них кому-то рассказать.

    Переживания – это самое важное. Только ради переживаний и стоит жить. И ради того, чтобы потом можно было о них кому-то рассказать.

    — Януш Леон Вишневский · книга
19. «

    Как правило, женщины ненавидят тех, кто привлекает внимание мужчин дешевой и вульгарной сексуальностью. Они считают, что такая дешевая вульгарность ведет к инфляции этого общего для всех женщин аргумента в их отношениях с мужчиной. С другой же стороны, они бывают поразительно едины в удивлении, когда сексуальность достигает степени подлинного искусства.

    Как правило, женщины ненавидят тех, кто привлекает внимание мужчин дешевой и вульгарной сексуальностью. Они считают, что такая дешевая вульгарность ведет к инфляции этого общего для всех женщин аргумента в их отношениях с мужчиной. С другой же стороны, они бывают поразительно едины в удивлении, когда сексуальность достигает степени подлинного искусства.

    — Януш Леон Вишневский · книга
20. «

    Интернет, он такой. Немножко напоминает исповедальню, а разговоры – нечто наподобие групповой исповеди. Иногда ты оказываешься исповедником, иногда – исповедующимся. Это результат расстояния и уверенности, что всегда можно вытащить штекер из гнезда.

    Интернет, он такой. Немножко напоминает исповедальню, а разговоры – нечто наподобие групповой исповеди. Иногда ты оказываешься исповедником, иногда – исповедующимся. Это результат расстояния и уверенности, что всегда можно вытащить штекер из гнезда.

    — Януш Леон Вишневский · книга