166 известных цитат из книги «Януш Леон Вишневский. Одиночество в Сети»

Собрали 166 цитат из книги «Януш Леон Вишневский. Одиночество в Сети» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   А ты скажи ему, что хочешь. Всё равно ведь ты совершаешь грех, потому что хочешь...

   А ты скажи ему, что хочешь. Всё равно ведь ты совершаешь грех, потому что хочешь...

   — Ивона · книга
2. «

   Впрочем, вся история всего-навсего сговор. Главное, чтобы всех обмануть. Они и сговорились, что именно эту, а не другую ложь будут преподавать в школе.

   Впрочем, вся история всего-навсего сговор. Главное, чтобы всех обмануть. Они и сговорились, что именно эту, а не другую ложь будут преподавать в школе.
3. «

   В Интернете трудно рассказать, что такое блаженство. Это можно только показать ему.

   В Интернете трудно рассказать, что такое блаженство. Это можно только показать ему.
4. «

   Неустанно напоминай мне, что мы только друзья. Ну, разве что и ты забудешься. Забыться могут даже самые лучшие друзья.

   Неустанно напоминай мне, что мы только друзья. Ну, разве что и ты забудешься. Забыться могут даже самые лучшие друзья.
5. «

   Значение имеют только те дни, которых мы ещё не знаем.

   Значение имеют только те дни, которых мы ещё не знаем.
6. «

   Впервые, сидя в этом кресле, она испугалась, что он может перестать быть частью её жизни. Она уже не представляла себе такого. И задумалась, почему ощутила это именно сейчас, читая о синеве лабораторного зала, где машины занимались расшифровкой гена.

   Впервые, сидя в этом кресле, она испугалась, что он может перестать быть частью её жизни. Она уже не представляла себе такого. И задумалась, почему ощутила это именно сейчас, читая о синеве лабораторного зала, где машины занимались расшифровкой гена.
7. «

   Им не надо притворяться. И если они платят за твой ужин, то вовсе не для того, чтобы тем самым обеспечить себе право стянуть с тебя трусики.

   Им не надо притворяться. И если они платят за твой ужин, то вовсе не для того, чтобы тем самым обеспечить себе право стянуть с тебя трусики.
8. «

   Ты доводишь меня до смеха. Доводишь до слез. А сегодня я хочу, чтобы ты довёл меня до оргазма.

   Ты доводишь меня до смеха. Доводишь до слез. А сегодня я хочу, чтобы ты довёл меня до оргазма.
9. «

   Женщина является эрогенной зоной вся в целостности, а в этой целостности самый эрогенный участок — мозг.

   Женщина является эрогенной зоной вся в целостности, а в этой целостности самый эрогенный участок — мозг.
10. «

    Как хорошо, что я напоила тебя, Разум.

    Как хорошо, что я напоила тебя, Разум.
11. «

    Он потерял веру в Бога. Бога не было и быть не могло. Потому что если он существовал, то был либо злой, либо бессильный, а может, злой и бессильный одновременно.

    Он потерял веру в Бога. Бога не было и быть не могло. Потому что если он существовал, то был либо злой, либо бессильный, а может, злой и бессильный одновременно.
12. «

    А рационализм о мистическом знает только то, что оно абсолютно не рационально.

    А рационализм о мистическом знает только то, что оно абсолютно не рационально.
13. «

    «В последний раз», — подумала она, отсылая e-mail. И почувствовала облегчение. Это всего лишь Интернет… Затем открыла папку, в которой хранила все мейлы, полученные от него. Дала команду удалить. Программа осведомилась: Вы уверены, что хотите удалить эти сообщения? (Да/Нет) Несколько секунд она сидела, не шевелясь, и всматривалась в экран. «Дурацкий вопрос!» — со злостью подумала она. И вдруг почувствовала себя так, словно от ответа на этот дурацкий вопрос зависит чья-то жизнь. Красный или синий провод? Если она перережет не тот, все взлетит в воздух. Как в тех идиотских фильмах, где красивый загорелый полуидиот всегда перерезает «тот» провод. Она вспомнила, что ни в одном фильме никто не перерезал красный… Она щелкнула на «Да». Ничего не произошло. Мир не провалился в тартарары. Зрители вздохнули с облегчением. Она выключила компьютер. Встала. Коснулась ладонью экрана монитора. Экран был еще теплый. Прощай… Она погасила свет и вышла.

    «В последний раз», — подумала она, отсылая e-mail. И почувствовала облегчение. Это всего лишь Интернет… Затем открыла папку, в которой хранила все мейлы, полученные от него. Дала команду удалить. Программа осведомилась: Вы уверены, что хотите удалить эти сообщения? (Да/Нет) Несколько секунд она сидела, не шевелясь, и всматривалась в экран. «Дурацкий вопрос!» — со злостью подумала она. И вдруг почувствовала себя так, словно от ответа на этот дурацкий вопрос зависит чья-то жизнь. Красный или синий провод? Если она перережет не тот, все взлетит в воздух. Как в тех идиотских фильмах, где красивый загорелый полуидиот всегда перерезает «тот» провод. Она вспомнила, что ни в одном фильме никто не перерезал красный… Она щелкнула на «Да». Ничего не произошло. Мир не провалился в тартарары. Зрители вздохнули с облегчением. Она выключила компьютер. Встала. Коснулась ладонью экрана монитора. Экран был еще теплый. Прощай… Она погасила свет и вышла.
14. «

    А ведь я могла бы вместе с ним копать колодец, если бы оказалось, что там, куда он меня привёз, ещё нет воды.

    А ведь я могла бы вместе с ним копать колодец, если бы оказалось, что там, куда он меня привёз, ещё нет воды.
15. «

    В зале ожидания не стоит сажать никаких деревьев.

    В зале ожидания не стоит сажать никаких деревьев.
16. «

    Запах можно описать так, что он обретет и вкус и цвет. А когда от слов исходят нежность и аромат, тогда... тогда надо чаще отключать модем.

    Запах можно описать так, что он обретет и вкус и цвет. А когда от слов исходят нежность и аромат, тогда... тогда надо чаще отключать модем.
17. «

    ....утратил способность переживать. Сердце его было как замороженный кусок мяса. Однажды он даже увидел его в кошмарном сне. Сморщенное и синее, как кусок говядины, вынутый из морозильника. Огромное, едва умещающееся в полости между тазом и ключицей. Твердое, кое-где покрытое коркой льда, завернутое в полиэтиленовый мешок, прорванный в нескольких местах. Этот промороженный мешок с его сердцем шевелился. Регулярно сокращался и расширялся. Сквозь дырки мешка волдырями выпирало сине-красное мясо. И когда мешок с грохотом лопнул, он с криком проснулся.......

    ....утратил способность переживать. Сердце его было как замороженный кусок мяса. Однажды он даже увидел его в кошмарном сне. Сморщенное и синее, как кусок говядины, вынутый из морозильника. Огромное, едва умещающееся в полости между тазом и ключицей. Твердое, кое-где покрытое коркой льда, завернутое в полиэтиленовый мешок, прорванный в нескольких местах. Этот промороженный мешок с его сердцем шевелился. Регулярно сокращался и расширялся. Сквозь дырки мешка волдырями выпирало сине-красное мясо. И когда мешок с грохотом лопнул, он с криком проснулся.......

    — Якуб · книга
18. «

    Знаете что? Мне тут приснилось, что вы повесились. Проснулся я с большой радостью.

    Знаете что? Мне тут приснилось, что вы повесились. Проснулся я с большой радостью.

    — Якуб · книга
19. «

    Представляешь, что такое измена всеведущему Богу? Скрыть ее никаким образом невозможно. И дело даже не в том, что невозможно скрыть поступки. Мысли не укроешь!

    Представляешь, что такое измена всеведущему Богу? Скрыть ее никаким образом невозможно. И дело даже не в том, что невозможно скрыть поступки. Мысли не укроешь!
20. «

    – Она поёт так, словно находится здесь, в этой комнате, и смотрит нам в глаза. Неужели ты не чувствуешь этого? – удивлялась она. Нет, он не чувствовал. Ему, кстати, вовсе не хотелось чувствовать ничье присутствие в комнате, кроме Дженнифер. И если бы Тебальди вдруг появилась здесь, он немедленно попросил бы её удалиться.

    – Она поёт так, словно находится здесь, в этой комнате, и смотрит нам в глаза. Неужели ты не чувствуешь этого? – удивлялась она. Нет, он не чувствовал. Ему, кстати, вовсе не хотелось чувствовать ничье присутствие в комнате, кроме Дженнифер. И если бы Тебальди вдруг появилась здесь, он немедленно попросил бы её удалиться.