26 цитат из книги «Януш Леон Вишневский. Следы», которые стоит перечитать

26 цитат из книги «Януш Леон Вишневский. Следы» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   …она поспешно вышла замуж за сына соседского кузнеца – иначе к ней крепко-накрепко приклеился бы ярлык старой девы. Теперь сестра одна растит двоих детей и судится за алименты.

   …она поспешно вышла замуж за сына соседского кузнеца – иначе к ней крепко-накрепко приклеился бы ярлык старой девы. Теперь сестра одна растит двоих детей и судится за алименты.
2. «

   …настоящее горе требует одиночества. А иначе оно будет возвращаться снова и снова, как недолеченная ангина или кашель.

   …настоящее горе требует одиночества. А иначе оно будет возвращаться снова и снова, как недолеченная ангина или кашель.
3. «

   Видимо, сексуальность либо переоценивают, либо недооценивают. Когда кто-то считает готовность принимать и дарить телесные удовольствия исключительно как проявление любви – он испытывает сильное разочарование или даже, в крайних случаях, негодование, когда кто-то другой получает это все «бесплатно», без всякой любви. В свою очередь, … нельзя не заметить, что, всё меньше становится людей, которые считают любовь необходимым условием телесного соединения, а вот тех, кто сексуальность считает основой любви, — всё больше.

   Видимо, сексуальность либо переоценивают, либо недооценивают. Когда кто-то считает готовность принимать и дарить телесные удовольствия исключительно как проявление любви – он испытывает сильное разочарование или даже, в крайних случаях, негодование, когда кто-то другой получает это все «бесплатно», без всякой любви. В свою очередь, … нельзя не заметить, что, всё меньше становится людей, которые считают любовь необходимым условием телесного соединения, а вот тех, кто сексуальность считает основой любви, — всё больше.
4. «

   Слепоту её воспринимает как досадное неудобство. «У кого-то изжога, у кого-то диабет, а кто-то не видит», — повторяет он ей…

   Слепоту её воспринимает как досадное неудобство. «У кого-то изжога, у кого-то диабет, а кто-то не видит», — повторяет он ей…
5. «

   И ещё я вам признаюсь, что моя мать меня чертовски разочаровала. Я не хочу быть такой, как она. И никогда не буду. В тот день, когда я, перепуганная насмерть, на коленях ползла по лестнице наверх, моя мама должна была собрать себя с пола, прийти ко мне и сказать, как ей больно и плохо, как она унижена и обижена, она должна была сказать, что папа причинил ей боль, но что не все мужчины такие, как мой отец, — бывают и хорошие. А она не пришла…

   И ещё я вам признаюсь, что моя мать меня чертовски разочаровала. Я не хочу быть такой, как она. И никогда не буду. В тот день, когда я, перепуганная насмерть, на коленях ползла по лестнице наверх, моя мама должна была собрать себя с пола, прийти ко мне и сказать, как ей больно и плохо, как она унижена и обижена, она должна была сказать, что папа причинил ей боль, но что не все мужчины такие, как мой отец, — бывают и хорошие. А она не пришла…
6. «

   Как только лыжи девушки коснулись обледеневшего снега, он тоже соскочил вниз, обнял её, прижал к себе, её лыжи оказались между его лыжами. Они замерли на мгновение. Потом мужчина встал перед девушкой и завел руки назад, подавая ей необычно длинные палки, с обеих сторон заканчивающиеся каучуковыми ручками. Она взялась за них – и они начали спуск.

   Как только лыжи девушки коснулись обледеневшего снега, он тоже соскочил вниз, обнял её, прижал к себе, её лыжи оказались между его лыжами. Они замерли на мгновение. Потом мужчина встал перед девушкой и завел руки назад, подавая ей необычно длинные палки, с обеих сторон заканчивающиеся каучуковыми ручками. Она взялась за них – и они начали спуск.
7. «

   Меня моя мать, знаете, всегда интересовала. Я её всё время искала. В кладовке, где отец хранил коробки с фотоальбомами, в шкафах, где документы всякие лежали. На улицах. Я просто знала, что когда кто-нибудь так любит, как мой отец любил мою мать, — то должны оставаться какие-то следы.

   Меня моя мать, знаете, всегда интересовала. Я её всё время искала. В кладовке, где отец хранил коробки с фотоальбомами, в шкафах, где документы всякие лежали. На улицах. Я просто знала, что когда кто-нибудь так любит, как мой отец любил мою мать, — то должны оставаться какие-то следы.
8. «

   …и приехала сюда, в аэропорт, чтобы на лавочке посидеть. Здесь люди, а мне сегодня не хочется одной быть. А Вы – если, конечно, можно спросить… вы тоже кого-то ждёте?

   …и приехала сюда, в аэропорт, чтобы на лавочке посидеть. Здесь люди, а мне сегодня не хочется одной быть. А Вы – если, конечно, можно спросить… вы тоже кого-то ждёте?
9. «

   Работа грешная <съёмка в порно> — но ведь это всё из-за нищеты. И она ведь не убивает, не грабит, не причиняет никому вреда. Никому. Только самой себе.

   Работа грешная <съёмка в порно> — но ведь это всё из-за нищеты. И она ведь не убивает, не грабит, не причиняет никому вреда. Никому. Только самой себе.
10. «

    …я избавилась от заблуждения, что нужно ждать какого-то исключительного вечера. Ещё я теперь знаю, что на свете просто нет такого шкафа, в который поместились бы платья на все случаи жизни. Да он и не нужен, такой шкаф.

    …я избавилась от заблуждения, что нужно ждать какого-то исключительного вечера. Ещё я теперь знаю, что на свете просто нет такого шкафа, в который поместились бы платья на все случаи жизни. Да он и не нужен, такой шкаф.
11. «

    Перетянутая резинкой пачка открыток, которые он присылал ей из своих путешествий, несмотря на существование всех этих интернетов, твиттеров и фейсбуков. Он искал почту, покупал открытки, «прижимал их к губам перед отправкой» и опускал в почтовый ящик, который похлопывал ладонями «на счастье». Каждая открытка была ею читана-перечитана несчётное количество раз, зацелована её губами, на каждую она любовалась днями и ночами. «Итак, пачка открыток, не имеющих особой материальной ценности…» Ещё в сумке был ажурный мешочек, в котором хранились разноцветные магнитики на холодильник. С их кухни. Ими он прикреплял к холодильнику записки. Для неё. Маленькие записочки, которые она, прочитав, приклеивала к этим магнитикам – чтобы они не потерялись. Когда-то листочки были золотистыми, а теперь поблекли, посерели, выцвели, а некоторые уже вообще невозможно было прочесть. … «Коллекция предметов в мешочке из ажурной ткани искусственного происхождения. Вещи материальной ценности не имеют…» … — Вы правы. Ценности не имеют… — произнесла она тихо.

    Перетянутая резинкой пачка открыток, которые он присылал ей из своих путешествий, несмотря на существование всех этих интернетов, твиттеров и фейсбуков. Он искал почту, покупал открытки, «прижимал их к губам перед отправкой» и опускал в почтовый ящик, который похлопывал ладонями «на счастье». Каждая открытка была ею читана-перечитана несчётное количество раз, зацелована её губами, на каждую она любовалась днями и ночами. «Итак, пачка открыток, не имеющих особой материальной ценности…» Ещё в сумке был ажурный мешочек, в котором хранились разноцветные магнитики на холодильник. С их кухни. Ими он прикреплял к холодильнику записки. Для неё. Маленькие записочки, которые она, прочитав, приклеивала к этим магнитикам – чтобы они не потерялись. Когда-то листочки были золотистыми, а теперь поблекли, посерели, выцвели, а некоторые уже вообще невозможно было прочесть. … «Коллекция предметов в мешочке из ажурной ткани искусственного происхождения. Вещи материальной ценности не имеют…» … — Вы правы. Ценности не имеют… — произнесла она тихо.
12. «

    Кладбище через два дня – это как записка, которую кто-то не дописал, бросив на полуслове. Что-то неоконченное.

    Кладбище через два дня – это как записка, которую кто-то не дописал, бросив на полуслове. Что-то неоконченное.
13. «

    Да, она помнит, каким был мир до тьмы. Ей не нужно придумывать себе это – так что ей в жизни выпало огромное счастье: она перестала видеть тогда, когда уже столько всего прекрасного смогла увидеть.

    Да, она помнит, каким был мир до тьмы. Ей не нужно придумывать себе это – так что ей в жизни выпало огромное счастье: она перестала видеть тогда, когда уже столько всего прекрасного смогла увидеть.
14. «

    …ей никто не сказал, на каком кладбище его похоронили. Она была для него никем. Чужой человек…

    …ей никто не сказал, на каком кладбище его похоронили. Она была для него никем. Чужой человек…
15. «

    Потому что не надо выбрасывать на помойку оранжевые пластиковые тазики. Эти тазики так же важны, как фотографии умерших родственников в семейном альбоме.

    Потому что не надо выбрасывать на помойку оранжевые пластиковые тазики. Эти тазики так же важны, как фотографии умерших родственников в семейном альбоме.
16. «

    Никакой любви, уважаемый пан писатель, не существует. Это просто временная наркотическая галлюцинация.

    Никакой любви, уважаемый пан писатель, не существует. Это просто временная наркотическая галлюцинация.
17. «

    Я отдавала ему всё своё тело целиком, все свои мысли, все чувства. Я любила его. Ведь именно это и называется любовью, правда? Когда каждый твой вдох принадлежит другому, когда ты отдаёшь ему каждую минуту своей жизни – это и есть любовь, да?

    Я отдавала ему всё своё тело целиком, все свои мысли, все чувства. Я любила его. Ведь именно это и называется любовью, правда? Когда каждый твой вдох принадлежит другому, когда ты отдаёшь ему каждую минуту своей жизни – это и есть любовь, да?
18. «

    Он красивый. Чтобы знать это, совсем не нужно видеть. Достаточно иметь ладони, язык и нос. Он заботится о ней, но старается делать так, чтобы она не чувствовала себя ущербной.

    Он красивый. Чтобы знать это, совсем не нужно видеть. Достаточно иметь ладони, язык и нос. Он заботится о ней, но старается делать так, чтобы она не чувствовала себя ущербной.
19. «

    Я поступила тогда, как последняя тварь: на коленях доползла до своей комнаты, спряталась под одеялом и плакала. И очень хотела умереть. От стыда за своего отца.

    Я поступила тогда, как последняя тварь: на коленях доползла до своей комнаты, спряталась под одеялом и плакала. И очень хотела умереть. От стыда за своего отца.
20. «

    — Ах, вот оно что, — произнесла одна из них, — но ведь это никакая не измена! Я-то сначала подумала, что ты говоришь о настоящей измене, ну ты понимаешь – о сексе. Я бы сразу ушла от мужа, если бы он мне изменил. Немедленно. Верность ведь самое важное в отношениях, — добавила она взволнованно.

    — Ах, вот оно что, — произнесла одна из них, — но ведь это никакая не измена! Я-то сначала подумала, что ты говоришь о настоящей измене, ну ты понимаешь – о сексе. Я бы сразу ушла от мужа, если бы он мне изменил. Немедленно. Верность ведь самое важное в отношениях, — добавила она взволнованно.