10 лучших цитат из книги «Ярослав Гжендович. Владыка Ледяного сада. В сердце тьмы»

10 цитат из книги «Ярослав Гжендович. Владыка Ледяного сада. В сердце тьмы» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Так уж мы, люди, устроены. Кроме логики, рассудка и способности взвешивать шансы, у нас есть еще и совесть. Ее угрызения. Чувства. Всякие чрезмерности, которые и делают нас людьми.

   Так уж мы, люди, устроены. Кроме логики, рассудка и способности взвешивать шансы, у нас есть еще и совесть. Ее угрызения. Чувства. Всякие чрезмерности, которые и делают нас людьми.

   — Драккайнен · книга
2. «

   Ты проиграл свою партию. Но знаешь, что сделать, чтобы выиграть, когда уже проиграл?... Тогда нужно сбить фигуры и расставить их снова. Когда проиграл — выиграть можно, только начав сызнова.

   Ты проиграл свою партию. Но знаешь, что сделать, чтобы выиграть, когда уже проиграл?... Тогда нужно сбить фигуры и расставить их снова. Когда проиграл — выиграть можно, только начав сызнова.

   — Воронова Тень · книга
3. «

   Когда любой идиот может взять оружие, способное прикончить каждого, вскоре миром начнут править дураки.

   Когда любой идиот может взять оружие, способное прикончить каждого, вскоре миром начнут править дураки.

   — Воронова Тень · книга
4. «

   Особенно поразительна особенность оказания сознательного влияния на аспекты реальности, которые в рамках старой системы наблюдения оказались бы подвергнуты тирании материалистического осознания, а в новом свете должны уступить перед неосознанным использованием креативного разума. Благодаря исключению аспектов, относящихся к мифам материализованной объективизации действительности, а также археокультуры, относящейся к самоподдерживающейся ерунде так называемой этики привязанности к персональной индивидуализации, возможно будет достичь этапа креативного сверхсознания, полностью действующего на базе материальной реальности и способной к ее полному переформированию в акции креативно-творческие, каковые акты сделаются полностью автономным физическим бытием. Это мир, представляющий собой конечное объективное доказательство отсутствия сущностей, объективированных материалистически, и возможности формировать сущности как живые, так и вновь созданные, выводящиеся из сверхсознания. Дальнейшей целью было бы такое формирование социальной массы, чтобы освободить ее от археокультурных псевдоограничений, от зависимости, начиная с ценностей, после отказа от концентрации на мифе существования индивидуального единичного сознания. Благодаря этому, на дальнейших этапах будет возможно создание социальной массы, способной к достижению единства с суперсознанием и предпринимающей общие акты творения...

   Особенно поразительна особенность оказания сознательного влияния на аспекты реальности, которые в рамках старой системы наблюдения оказались бы подвергнуты тирании материалистического осознания, а в новом свете должны уступить перед неосознанным использованием креативного разума. Благодаря исключению аспектов, относящихся к мифам материализованной объективизации действительности, а также археокультуры, относящейся к самоподдерживающейся ерунде так называемой этики привязанности к персональной индивидуализации, возможно будет достичь этапа креативного сверхсознания, полностью действующего на базе материальной реальности и способной к ее полному переформированию в акции креативно-творческие, каковые акты сделаются полностью автономным физическим бытием. Это мир, представляющий собой конечное объективное доказательство отсутствия сущностей, объективированных материалистически, и возможности формировать сущности как живые, так и вновь созданные, выводящиеся из сверхсознания. Дальнейшей целью было бы такое формирование социальной массы, чтобы освободить ее от археокультурных псевдоограничений, от зависимости, начиная с ценностей, после отказа от концентрации на мифе существования индивидуального единичного сознания. Благодаря этому, на дальнейших этапах будет возможно создание социальной массы, способной к достижению единства с суперсознанием и предпринимающей общие акты творения...

   — девочка-краб · книга
5. «

   Жизнь не имеет значения. Она — лишь миг... Я пришел из ниоткуда и странствую в неизвестность. Есть только Дорога Вверх, где меня ждет встреча с Создателем. Дорога Вверх трудна, поскольку путь каменист. Есть только слезы и камень. Куда уходят все, туда пойду и я, поскольку там меня ждут. Затем я и иду, чтобы дойти. Дорога не важна. Дорога — просто мгновение.

   Жизнь не имеет значения. Она — лишь миг... Я пришел из ниоткуда и странствую в неизвестность. Есть только Дорога Вверх, где меня ждет встреча с Создателем. Дорога Вверх трудна, поскольку путь каменист. Есть только слезы и камень. Куда уходят все, туда пойду и я, поскольку там меня ждут. Затем я и иду, чтобы дойти. Дорога не важна. Дорога — просто мгновение.

   — принц Тигриного трона · книга
6. «

   В жопе я видал идеи, чтобы все становились едиными. Нет единого. Всяк инаков. Один высок, другой мудр, третий ленив, четвертый отважен. Кто-то здоров, а кто-то болен. Кто-то богат, а кто-то беден. Один справляется, другой нет. Такова жизнь. Можно справиться, только если ты свободен. Люди не рождаются невольниками и не рождаются одинаковыми.

   В жопе я видал идеи, чтобы все становились едиными. Нет единого. Всяк инаков. Один высок, другой мудр, третий ленив, четвертый отважен. Кто-то здоров, а кто-то болен. Кто-то богат, а кто-то беден. Один справляется, другой нет. Такова жизнь. Можно справиться, только если ты свободен. Люди не рождаются невольниками и не рождаются одинаковыми.

   — Бенкей · книга
7. «

   Сублимированная, философская точка зрения, о которой можно часами говорить на жаргоне, наполненном «симулякрами», «дерриватами», «модальностями» и «понятийными десигнатами», которые на практике сводятся к примитивному презрению к людям, тирании и комплексу власти. Времена, когда знание было функцией мудрости, давно миновали. Теперь это лабиринт противоречивых взглядов, пребывающих на высоком уровне абстракции. на котором «модель модели» — первый класс, вторая четверть.

   Сублимированная, философская точка зрения, о которой можно часами говорить на жаргоне, наполненном «симулякрами», «дерриватами», «модальностями» и «понятийными десигнатами», которые на практике сводятся к примитивному презрению к людям, тирании и комплексу власти. Времена, когда знание было функцией мудрости, давно миновали. Теперь это лабиринт противоречивых взглядов, пребывающих на высоком уровне абстракции. на котором «модель модели» — первый класс, вторая четверть.

   — Драккайнен · книга
8. «

   Одно дело — время, которое отсчитывается со дня рождения, и совсем другое — время, которое ты прожил. Месяцы текут то быстрее, то медленнее. Порой несколько дней — как целые годы. Дни, даже часы могут изменить человека навсегда. Порой снова ничего не происходит, и несмотря на то, что время течет, все ощущается так, словно оно стоит на месте. Человек ничему не учится, он длится, не меняясь.

   Одно дело — время, которое отсчитывается со дня рождения, и совсем другое — время, которое ты прожил. Месяцы текут то быстрее, то медленнее. Порой несколько дней — как целые годы. Дни, даже часы могут изменить человека навсегда. Порой снова ничего не происходит, и несмотря на то, что время течет, все ощущается так, словно оно стоит на месте. Человек ничему не учится, он длится, не меняясь.

   — принц Тигриного трона · книга
9. «

   Мой совет: когда окажешься в чужих землях или меж чужими людьми, присмотрись сперва к завтраку. Если там можно наесться, выпить чарку напитка и выкурить трубочку бакхуна, ты попал к хорошим людям. Если никто не удивится, когда после завтрака к трубочке возьмешь стакан пряного пива или амбрии, ты меж людьми честными и вольными. Если же тебе не позволят даже этого — беги, если сумеешь. Потому что это значит, что здесь нельзя даже думать или говорить. У нас столько свободы, сколько касается нас самих.

   Мой совет: когда окажешься в чужих землях или меж чужими людьми, присмотрись сперва к завтраку. Если там можно наесться, выпить чарку напитка и выкурить трубочку бакхуна, ты попал к хорошим людям. Если никто не удивится, когда после завтрака к трубочке возьмешь стакан пряного пива или амбрии, ты меж людьми честными и вольными. Если же тебе не позволят даже этого — беги, если сумеешь. Потому что это значит, что здесь нельзя даже думать или говорить. У нас столько свободы, сколько касается нас самих.
10. «

    Когда делают ошибку, признаться в этом — не позор, не унижение. Это доказательство мудрости и отваги.

    Когда делают ошибку, признаться в этом — не позор, не унижение. Это доказательство мудрости и отваги.

    — принц Тигриного трона · книга