43 цитаты из книги «Юрий Никитин. Империя зла» для поста в соцсетях

43 цитаты из книги «Юрий Никитин. Империя зла» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Когда человеку не удается реализовать себя, он начинает тиранить детей, чтобы хоть они достигли в жизни чего-то большего, чем он сам.

   Когда человеку не удается реализовать себя, он начинает тиранить детей, чтобы хоть они достигли в жизни чего-то большего, чем он сам.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
2. «

   Специальные институты создаются для того, чтобы определить, как напугать человека сильнее, устрашить, чтобы при виде американского корабля или самолета тряслись поджилки, чтобы руки слабели и противник без боя сдавал позиции.

   Специальные институты создаются для того, чтобы определить, как напугать человека сильнее, устрашить, чтобы при виде американского корабля или самолета тряслись поджилки, чтобы руки слабели и противник без боя сдавал позиции.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
3. «

   Развитая страна, способная много платить своим рабочим и тратиться на очистку сточных вод, будет поддерживать во всем мире «экологические движения» с очевидной целью задавить чужую промышленность на корню. Общий принцип прост: противнику надо навязать заведомо неприемлимые или хотя бы неудобные правила игры.

   Развитая страна, способная много платить своим рабочим и тратиться на очистку сточных вод, будет поддерживать во всем мире «экологические движения» с очевидной целью задавить чужую промышленность на корню. Общий принцип прост: противнику надо навязать заведомо неприемлимые или хотя бы неудобные правила игры.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
4. «

   Стоун погрузился в кресло для расслабления, двое массажистов разминали ему плечи, а медик взвешивал на аптечных весах морковку, чтобы адмирал получил необходимые организму каротины, но не получил лишних калорий.

   Стоун погрузился в кресло для расслабления, двое массажистов разминали ему плечи, а медик взвешивал на аптечных весах морковку, чтобы адмирал получил необходимые организму каротины, но не получил лишних калорий.
5. «

   Моде подчиняются охотнее, чем закону.

   Моде подчиняются охотнее, чем закону.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
6. «

   Не только в политике хватает людей, которые в своем раздражающем стремлении к полному доминированию быстро теряют чувство реальности. Хуже того, не понимают, что сами они не самые идеальные существа на свете.

   Не только в политике хватает людей, которые в своем раздражающем стремлении к полному доминированию быстро теряют чувство реальности. Хуже того, не понимают, что сами они не самые идеальные существа на свете.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
7. «

   Идеи — самое мощное оружие. Идеи поражают тех, у кого в руках гашетка самолета, рычаги танка, ядерная кнопка. И от этого человека зависит, в какую сторону бабахнуть.

   Идеи — самое мощное оружие. Идеи поражают тех, у кого в руках гашетка самолета, рычаги танка, ядерная кнопка. И от этого человека зависит, в какую сторону бабахнуть.

   — Кречет · книга
8. «

   Крутые меры не ответ! Надо бороться аргументами, если ты прав, то скажи, переубеди...

   Крутые меры не ответ! Надо бороться аргументами, если ты прав, то скажи, переубеди...

   — Коган · книга
9. «

   Когда мир стоит на голове, то надо еще суметь убедить, что правильнее стоять на ногах.

   Когда мир стоит на голове, то надо еще суметь убедить, что правильнее стоять на ногах.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
10. «

    Сейчас завоевывать чужие страны накладно: приходится брать за них ответственность. Гораздо выгоднее навязать им свою философию, разрушить их собственную культуру, принудить играть по тем правилам, в которых американцы исконно сильнее, ибо правил не признают.

    Сейчас завоевывать чужие страны накладно: приходится брать за них ответственность. Гораздо выгоднее навязать им свою философию, разрушить их собственную культуру, принудить играть по тем правилам, в которых американцы исконно сильнее, ибо правил не признают.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
11. «

    Восемнадцатилетний считает, что самый лучший возраст — это восемнадцать лет, а тридцатилетний — его тридцать.

    Восемнадцатилетний считает, что самый лучший возраст — это восемнадцать лет, а тридцатилетний — его тридцать.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
12. «

    Я попросил другого телеинтервьиста!... Они было направили ко мне этого... ну, который свои морды на все заставки всобачивает. То с мудрым видом очки снимает, то устало лоб морщит над государственными проблемами, будто это он решает, а мы под ногами зачем-то путаемся... А когда берет интервью, то всегда видно, что вот он, великий и мудрейший, о чем-то снисходительно разговаривает с каким-то министришкой.

    Я попросил другого телеинтервьиста!... Они было направили ко мне этого... ну, который свои морды на все заставки всобачивает. То с мудрым видом очки снимает, то устало лоб морщит над государственными проблемами, будто это он решает, а мы под ногами зачем-то путаемся... А когда берет интервью, то всегда видно, что вот он, великий и мудрейший, о чем-то снисходительно разговаривает с каким-то министришкой.

    — Коломиец · книга
13. «

    Мы сейчас решаем, каким быть будущему, при чем тут достоверность прошлого? Россия — страна непредсказуемого прошлого!

    Мы сейчас решаем, каким быть будущему, при чем тут достоверность прошлого? Россия — страна непредсказуемого прошлого!

    — Виктор Александрович Никольский · книга
14. «

    Мне мил любой приятель со студенческой скамьи, неважно, стал он президентом международного банка или слесарем.

    Мне мил любой приятель со студенческой скамьи, неважно, стал он президентом международного банка или слесарем.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
15. «

    За содеянное зло нужно наказывать. Иначе зло будет плодиться безмерно. Тот, кто не наказывает зло, тот способствует его распространению.

    За содеянное зло нужно наказывать. Иначе зло будет плодиться безмерно. Тот, кто не наказывает зло, тот способствует его распространению.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
16. «

    Наша недавно еще культурная страна вся — по крайней мере так утверждает брюхоголовое телевидение и пресса — скорбит по ушедшему клоуну или модельеру.

    Наша недавно еще культурная страна вся — по крайней мере так утверждает брюхоголовое телевидение и пресса — скорбит по ушедшему клоуну или модельеру.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
17. «

    Всяк жаждет выделиться, черт бы побрал эту, вообще-то неплохую черту. Жаждет показать себя лучше, сильнее, умнее. Нормальное человеческое свойство.... да и не только человеческое.

    Всяк жаждет выделиться, черт бы побрал эту, вообще-то неплохую черту. Жаждет показать себя лучше, сильнее, умнее. Нормальное человеческое свойство.... да и не только человеческое.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
18. «

    Письма, подисанные псевдонимами, отложил на потом. Скорее всего времени не отыщется вовсе. Если человек скрывает свое имя, то он тем самым признается в готовности сделать что-нибудь подленькое.

    Письма, подисанные псевдонимами, отложил на потом. Скорее всего времени не отыщется вовсе. Если человек скрывает свое имя, то он тем самым признается в готовности сделать что-нибудь подленькое.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
19. «

    Настоящее наступление и раньше начиналось с разглядывания карты, затем — с чертежных столов ученых, а теперь... теперь с идей!

    Настоящее наступление и раньше начиналось с разглядывания карты, затем — с чертежных столов ученых, а теперь... теперь с идей!

    — Кречет · книга
20. «

    Кто идет за шерстью, рискует вернуться стриженым.

    Кто идет за шерстью, рискует вернуться стриженым.

    — Виктор Александрович Никольский · книга