84 цитаты из книги «Юрий Никитин. Империя зла» для вдохновения

84 цитаты из книги «Юрий Никитин. Империя зла» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Хотя не в ту среду попал кристалл, но растворяться в ней не стал: кристаллу не пристало терять черты кристалла.

   Хотя не в ту среду попал кристалл, но растворяться в ней не стал: кристаллу не пристало терять черты кристалла.

   — Юсуф (Yusuf) · книга
2. «

   Сейчас каждый сам себе придумывает титулы.

   Сейчас каждый сам себе придумывает титулы.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
3. «

   Худшие враги любого общества — это тупая масса, на которую рассчитывает любая власть. Которым до фени, кто ими будет править, лишь бы жрачки было вдоволь, по телевизору побольше каналов и чтоб секс без ограничений.

   Худшие враги любого общества — это тупая масса, на которую рассчитывает любая власть. Которым до фени, кто ими будет править, лишь бы жрачки было вдоволь, по телевизору побольше каналов и чтоб секс без ограничений.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
4. «

   Если кого-то и раздражала странная манера президента держать в кабинете включенные телевизоры, то постепенно обвыклись, стерпелись, даже начали находить плюсики, успевая отлавливать ценные крупинки в вообще-то пустой руде информации.

   Если кого-то и раздражала странная манера президента держать в кабинете включенные телевизоры, то постепенно обвыклись, стерпелись, даже начали находить плюсики, успевая отлавливать ценные крупинки в вообще-то пустой руде информации.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
5. «

   Жена философа не может понять, что он работает даже тогда, когда просто смотрит в окно.

   Жена философа не может понять, что он работает даже тогда, когда просто смотрит в окно.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
6. «

   Кто идет за шерстью, рискует вернуться стриженым.

   Кто идет за шерстью, рискует вернуться стриженым.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
7. «

   Христианская мораль прижилась, потому что ориентируется на слабых, убогих, немощных. Если честно, каждый из нас в какие-то минуты чувствует себя слабым, неспособным постоять за себя, дать в зубы обидчику... И тогда на помощь приходит спасительная формула, что надо прощать врагов, что надо смиренно переносить удары судьбы, не роптать, ибо кто страдал в этой жизни, тот будет вознагражден в загробной. А кто вас пинал в этой жизни, тому ох как дадут черти вилами на том свете!

   Христианская мораль прижилась, потому что ориентируется на слабых, убогих, немощных. Если честно, каждый из нас в какие-то минуты чувствует себя слабым, неспособным постоять за себя, дать в зубы обидчику... И тогда на помощь приходит спасительная формула, что надо прощать врагов, что надо смиренно переносить удары судьбы, не роптать, ибо кто страдал в этой жизни, тот будет вознагражден в загробной. А кто вас пинал в этой жизни, тому ох как дадут черти вилами на том свете!

   — Виктор Александрович Никольский · книга
8. «

   Загнали в угол, проклятые! Когда вот так припрут, то хватаешься за любую палку.

   Загнали в угол, проклятые! Когда вот так припрут, то хватаешься за любую палку.

   — Кречет · книга
9. «

   Надо быть добрым, милосердным, гуманным... Те, кто придумал эту спасительную формулу, придумали ее для других, не для себя. А сами бьют со всего размаха. Бьют безжалостно, но когда попытаетесь замахнуться в ответ... только попытаетесь, вам с укором напомнят, что надо быть милосердным. Пока вы колеблетесь, вам врежут еще раз, да так, что уж точно рука не поднимется.

   Надо быть добрым, милосердным, гуманным... Те, кто придумал эту спасительную формулу, придумали ее для других, не для себя. А сами бьют со всего размаха. Бьют безжалостно, но когда попытаетесь замахнуться в ответ... только попытаетесь, вам с укором напомнят, что надо быть милосердным. Пока вы колеблетесь, вам врежут еще раз, да так, что уж точно рука не поднимется.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
10. «

    Человек, который в одной фразе сказал: «самый оптимальный», «другая альтернатива» и даже «две большие разницы», должен сидеть в углу и сопеть в тряпочку. Русский — это не национальность, а принадлежность к говорящим на русском. т. е. русскоязычным, как сейчас говорят косноязычные.

    Человек, который в одной фразе сказал: «самый оптимальный», «другая альтернатива» и даже «две большие разницы», должен сидеть в углу и сопеть в тряпочку. Русский — это не национальность, а принадлежность к говорящим на русском. т. е. русскоязычным, как сейчас говорят косноязычные.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
11. «

    Специальные институты создаются для того, чтобы определить, как напугать человека сильнее, устрашить, чтобы при виде американского корабля или самолета тряслись поджилки, чтобы руки слабели и противник без боя сдавал позиции.

    Специальные институты создаются для того, чтобы определить, как напугать человека сильнее, устрашить, чтобы при виде американского корабля или самолета тряслись поджилки, чтобы руки слабели и противник без боя сдавал позиции.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
12. «

    Если одна студия даст материал, над которым надо думать, а вторая подаст уже разжеванное, то понятно, кого будут смотреть и слушать...

    Если одна студия даст материал, над которым надо думать, а вторая подаст уже разжеванное, то понятно, кого будут смотреть и слушать...

    — Сергей · книга
13. «

    Даже в самом либеральном обществе богатых не любят. Это не мы придумали Робин Гуда.

    Даже в самом либеральном обществе богатых не любят. Это не мы придумали Робин Гуда.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
14. «

    Общий уровень не снизился, а рухнул.

    Общий уровень не снизился, а рухнул.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
15. «

    Интервью одного телеведущего с другим телеведущим. Об их тяжелой, но благородной работе, полной опасности и риска, красивой и все еще недостаточно оцениваемой тупым правительством и тупым народом.

    Интервью одного телеведущего с другим телеведущим. Об их тяжелой, но благородной работе, полной опасности и риска, красивой и все еще недостаточно оцениваемой тупым правительством и тупым народом.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
16. «

    Развитая страна, способная много платить своим рабочим и тратиться на очистку сточных вод, будет поддерживать во всем мире «экологические движения» с очевидной целью задавить чужую промышленность на корню. Общий принцип прост: противнику надо навязать заведомо неприемлимые или хотя бы неудобные правила игры.

    Развитая страна, способная много платить своим рабочим и тратиться на очистку сточных вод, будет поддерживать во всем мире «экологические движения» с очевидной целью задавить чужую промышленность на корню. Общий принцип прост: противнику надо навязать заведомо неприемлимые или хотя бы неудобные правила игры.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
17. «

    Основная масса человечества... простые люди Очень простые. А когда есть возможность стать еще проще, эта масса ею становится.

    Основная масса человечества... простые люди Очень простые. А когда есть возможность стать еще проще, эта масса ею становится.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
18. «

    Хам почти всегда берет верх над интеллигентом.

    Хам почти всегда берет верх над интеллигентом.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
19. «

    Моде подчиняются охотнее, чем закону.

    Моде подчиняются охотнее, чем закону.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
20. «

    Я попросил другого телеинтервьиста!... Они было направили ко мне этого... ну, который свои морды на все заставки всобачивает. То с мудрым видом очки снимает, то устало лоб морщит над государственными проблемами, будто это он решает, а мы под ногами зачем-то путаемся... А когда берет интервью, то всегда видно, что вот он, великий и мудрейший, о чем-то снисходительно разговаривает с каким-то министришкой.

    Я попросил другого телеинтервьиста!... Они было направили ко мне этого... ну, который свои морды на все заставки всобачивает. То с мудрым видом очки снимает, то устало лоб морщит над государственными проблемами, будто это он решает, а мы под ногами зачем-то путаемся... А когда берет интервью, то всегда видно, что вот он, великий и мудрейший, о чем-то снисходительно разговаривает с каким-то министришкой.

    — Коломиец · книга