13 цитат из книги «Юрий Поляков. Замыслил я побег...» для вдохновения

Ниже 13 цитат из книги «Юрий Поляков. Замыслил я побег...»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   «С этим надо заканчивать!» — мысленно твердил он себе по пути в банк, понимая, что ничего закончить уже невозможно. Всё только начинается. И он когда-нибудь просто разорвется между этими двумя женщинами пополам. И каждая из них с отвращением отшвырнёт доставшуюся ей половинку...

   «С этим надо заканчивать!» — мысленно твердил он себе по пути в банк, понимая, что ничего закончить уже невозможно. Всё только начинается. И он когда-нибудь просто разорвется между этими двумя женщинами пополам. И каждая из них с отвращением отшвырнёт доставшуюся ей половинку...

   — Олег Трудович Башмаков · книга
2. «

   Мадам, можно не любить своего мужа. Но не любить свою машину...

   Мадам, можно не любить своего мужа. Но не любить свою машину...
3. «

   — Вы друзья детства, да? — спросила девушка, изящно прожевав кусочек. — Мы братья, — сообщил Слабинзон. — Не похоже. — Просто Башмакова крестили, а мне на всякий случай сделали обрезание. И наши пути разошлись...

   — Вы друзья детства, да? — спросила девушка, изящно прожевав кусочек. — Мы братья, — сообщил Слабинзон. — Не похоже. — Просто Башмакова крестили, а мне на всякий случай сделали обрезание. И наши пути разошлись...

   — Линда (аспирантка МГУ) · книга
4. «

   Американцы — жертвы экспертов. Если по телевизору эксперт скажет, что клизма с патефонными иголками способствует пищеварению, назавтра вся Америка встанет в две очереди. Одна очередь — за клизмами, вторая — за патефонными иголками. И кто-нибудь озолотится на производстве клизм и патефонных иголок.

   Американцы — жертвы экспертов. Если по телевизору эксперт скажет, что клизма с патефонными иголками способствует пищеварению, назавтра вся Америка встанет в две очереди. Одна очередь — за клизмами, вторая — за патефонными иголками. И кто-нибудь озолотится на производстве клизм и патефонных иголок.

   — Борька Слабинзон · книга
5. «

   «А помнишь?..» Этот вопрос с годами мелькает все чаще, становясь все трогательнее и все грустнее.

   «А помнишь?..» Этот вопрос с годами мелькает все чаще, становясь все трогательнее и все грустнее.
6. «

   Галстуки — это биография мужчины, запечатлённая особой формой узелкового письма...

   Галстуки — это биография мужчины, запечатлённая особой формой узелкового письма...

   — Олег Трудович Башмаков · книга
7. «

   — Мама, он же козёл! — Зачем же ты тогда с козлом по полной программе откувыркалась? — Да в том-то и дело! Пока с парнем по полной программе не откувыркаешься, не поймёшь — козёл он или не козёл! — Не-ет… Мы не такие были! — А какие? Ты считаешь, чтобы понять, козёл или не козёл, нужно всю жизнь с ним прожить, детей нарожать и перед смертью сказать: «Правильно меня предупреждали — козёл оказался!»? — Ну, не знаю... У женщины должна же быть гордость или по крайней мере хоть какое-то чутьё на козлов.

   — Мама, он же козёл! — Зачем же ты тогда с козлом по полной программе откувыркалась? — Да в том-то и дело! Пока с парнем по полной программе не откувыркаешься, не поймёшь — козёл он или не козёл! — Не-ет… Мы не такие были! — А какие? Ты считаешь, чтобы понять, козёл или не козёл, нужно всю жизнь с ним прожить, детей нарожать и перед смертью сказать: «Правильно меня предупреждали — козёл оказался!»? — Ну, не знаю... У женщины должна же быть гордость или по крайней мере хоть какое-то чутьё на козлов.

   — Даша Башмакова · книга
8. «

   - А людей вам совсем не жалко? — От глупой доброты правителя, молодой человек, народу гибнет гораздо больше, чем от умной жестокости, — ответил Борис Исаакович, взяв в руки пузырек с каплями.

   - А людей вам совсем не жалко? — От глупой доброты правителя, молодой человек, народу гибнет гораздо больше, чем от умной жестокости, — ответил Борис Исаакович, взяв в руки пузырек с каплями.

   — Олег Трудович Башмаков · книга
9. «

   Это ведь с возрастом понимаешь, что жаловаться людям на собственную жену так же нелепо, как жаловаться на свой рост или, скажем, рельеф физиономии.

   Это ведь с возрастом понимаешь, что жаловаться людям на собственную жену так же нелепо, как жаловаться на свой рост или, скажем, рельеф физиономии.

   — Олег Трудович Башмаков · книга
10. «

    Потом Катя осталась прибирать на кухне, а они переместились к аквариуму. — Ого! — восхитился Борька. — Это правильно. Нервы надо успокаивать. Хроническая усталость — болезнь века. Берёт джентльмен свою золотую карточку в зубы и с Эмпайр билдинга — прыг даун — и всё!

    Потом Катя осталась прибирать на кухне, а они переместились к аквариуму. — Ого! — восхитился Борька. — Это правильно. Нервы надо успокаивать. Хроническая усталость — болезнь века. Берёт джентльмен свою золотую карточку в зубы и с Эмпайр билдинга — прыг даун — и всё!

    — Борька Слабинзон · книга
11. «

    Отправляя сына в пионерский лагерь, строгая Людмила Константиновна, кроме уставных коротких штанишек, дала ему с собой ещё и сатиновые шароварчики. Катастрофизм ситуации выяснился на первой же линейке. Оказалось, все мальчишки в отряде одеты в «техасы», недавно вошедшие в моду и только-только освоенные отечественной швейной промышленностью. В своих шароварчиках маленький Башмаков напоминал бандуриста, вставшего в ковбойский строй. Мальчишки хмыкали, девчонки прыскали, взглядывая на Башмакова. А тоненькая большеглазая девочка со стрижкой под «гаврош», понравившаяся Олегу ещё в автобусе, смотрела на него так, точно он только что на её глазах замучил и съел невинную кошечку. Всю ночь маленький Башмаков не смыкая глаз, лелея горестные планы побега. Жизнь в шароварах казалась жестокой и бессмысленной. <...> Родители сникнут, осознав всю чудовищность случившегося, и начнут спорить, кому из них двоих пришла в голову садистская мысль снарядить сына в пионерский лагерь этими чудовищными портками, которые ни за что не стал бы носить даже Тарас Бульба...

    Отправляя сына в пионерский лагерь, строгая Людмила Константиновна, кроме уставных коротких штанишек, дала ему с собой ещё и сатиновые шароварчики. Катастрофизм ситуации выяснился на первой же линейке. Оказалось, все мальчишки в отряде одеты в «техасы», недавно вошедшие в моду и только-только освоенные отечественной швейной промышленностью. В своих шароварчиках маленький Башмаков напоминал бандуриста, вставшего в ковбойский строй. Мальчишки хмыкали, девчонки прыскали, взглядывая на Башмакова. А тоненькая большеглазая девочка со стрижкой под «гаврош», понравившаяся Олегу ещё в автобусе, смотрела на него так, точно он только что на её глазах замучил и съел невинную кошечку. Всю ночь маленький Башмаков не смыкая глаз, лелея горестные планы побега. Жизнь в шароварах казалась жестокой и бессмысленной. <...> Родители сникнут, осознав всю чудовищность случившегося, и начнут спорить, кому из них двоих пришла в голову садистская мысль снарядить сына в пионерский лагерь этими чудовищными портками, которые ни за что не стал бы носить даже Тарас Бульба...
12. «

    — Когда ты поговоришь с женой? — спросила она в тот момент, когда любовь уже кончилась, а сон ещё не наступил. - Кто — я? — отозвался Башмаков так, точно Нина обратилась одновременно к пяти любовникам, лежащим с ней в постели.

    — Когда ты поговоришь с женой? — спросила она в тот момент, когда любовь уже кончилась, а сон ещё не наступил. - Кто — я? — отозвался Башмаков так, точно Нина обратилась одновременно к пяти любовникам, лежащим с ней в постели.

    — Нина Андреевна Чернецкая · книга
13. «

    Что есть молодость? Молодость — это чистые, белые, живые зубы. А что есть старость? Ладно, не старость, а, допустим, предстарость? Это когда ты, прежде чем слиться с избранницей в поцелуе, опасливо исследуешь языком несвежесть своего рта и тайком иссасываешь мятный леденец. Господь, вытряхивая Адама и Еву из рая, наверняка крикнул вдогонку среди прочего: «И зубы ваши истлеют от кариеса, как плоды, изъеденные червём!» Только это в Библию не попало...

    Что есть молодость? Молодость — это чистые, белые, живые зубы. А что есть старость? Ладно, не старость, а, допустим, предстарость? Это когда ты, прежде чем слиться с избранницей в поцелуе, опасливо исследуешь языком несвежесть своего рта и тайком иссасываешь мятный леденец. Господь, вытряхивая Адама и Еву из рая, наверняка крикнул вдогонку среди прочего: «И зубы ваши истлеют от кариеса, как плоды, изъеденные червём!» Только это в Библию не попало...

    — Олег Трудович Башмаков · книга