38 цитат из книги «Жан-Батист Мольер. Мизантроп» — большая подборка

Собрали 38 цитат из книги «Жан-Батист Мольер. Мизантроп» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Да, люди, черт возьми, не правы никогда. И к ним в моей душе всегда живет вражда. Всегда одно из двух: достойные презренья, Они иль низко льстят, иль судят без зазренья.

   Да, люди, черт возьми, не правы никогда. И к ним в моей душе всегда живет вражда. Всегда одно из двух: достойные презренья, Они иль низко льстят, иль судят без зазренья.

   — Альцест · книга
2. «

   Всему своя пора: любви с ее тревогой И добродетели с ее моралью строгой. К последней же легко прибегнуть нам всегда Когда уже начнут нам изменять года.

   Всему своя пора: любви с ее тревогой И добродетели с ее моралью строгой. К последней же легко прибегнуть нам всегда Когда уже начнут нам изменять года.

   — Селимена · книга
3. «

   Не вам, поверьте мне, заблудший свет исправить.

   Не вам, поверьте мне, заблудший свет исправить.

   — Филинт · книга
4. «

   Безнадежно одной надеждой только жить!

   Безнадежно одной надеждой только жить!

   — Оронт · книга
5. «

   И добродетельным быть надо осторожно, Излишней строгостью испортить дело можно: Благоразумие от крайности бежит И даже мудрым быть умеренно велит.

   И добродетельным быть надо осторожно, Излишней строгостью испортить дело можно: Благоразумие от крайности бежит И даже мудрым быть умеренно велит.

   — Филинт · книга
6. «

   Но если кто-нибудь нас встретит так сердечно, Мы тем же заплатить ему должны, конечно. Его радушию помере сил в ответ За ласку ласку дать и за привет — привет.

   Но если кто-нибудь нас встретит так сердечно, Мы тем же заплатить ему должны, конечно. Его радушию помере сил в ответ За ласку ласку дать и за привет — привет.

   — Филинт · книга
7. «

   Какая ж польза в том, когда вам «друг сердечный» Клянется в верности, в любви и дружбе вечной, Расхваливает вас, а сам бежит потом И так же носится со всяким наглецом, На торжище несёт любовь и уваженье... Для благородных душ есть в этом униженье! И даже гордецам какая ж это честь — Со всей вселенною делить по-братски лесть? Лишь предпочтение в нас чувства усугубит; И тот, кто любит всех, тот никого не любит. Но раз вам по душе пороки наших дней, Вы, чёрт меня возьми, не из моих людей. То сердце, что равно всем безразлично радо, Просторно чересчур, и мне его не надо. Хочу быть отличен — и прямо вам скажу: Кто общий друг для всех, тем я не дорожу!

   Какая ж польза в том, когда вам «друг сердечный» Клянется в верности, в любви и дружбе вечной, Расхваливает вас, а сам бежит потом И так же носится со всяким наглецом, На торжище несёт любовь и уваженье... Для благородных душ есть в этом униженье! И даже гордецам какая ж это честь — Со всей вселенною делить по-братски лесть? Лишь предпочтение в нас чувства усугубит; И тот, кто любит всех, тот никого не любит. Но раз вам по душе пороки наших дней, Вы, чёрт меня возьми, не из моих людей. То сердце, что равно всем безразлично радо, Просторно чересчур, и мне его не надо. Хочу быть отличен — и прямо вам скажу: Кто общий друг для всех, тем я не дорожу!

   — Альцест · книга
8. «

   На все, что будит в вас такое беспокойство, Смотрю спокойно я, как на людские свойства. И так же оскорбить меня бы не могло Увидеть у людей порок, и ложь, и зло, Как ястреба найти не странно плотоядным, Мартышку — хитрою, а волка — кровожадным.

   На все, что будит в вас такое беспокойство, Смотрю спокойно я, как на людские свойства. И так же оскорбить меня бы не могло Увидеть у людей порок, и ложь, и зло, Как ястреба найти не странно плотоядным, Мартышку — хитрою, а волка — кровожадным.

   — Филинт · книга
9. «

   Сказал я, что нужны усердные старанья, Чтоб сдерживать в себе ненужный зуд писанья, Что надобно себя покрепче в руки взяв, Не выносить на свет плоды своих забав.

   Сказал я, что нужны усердные старанья, Чтоб сдерживать в себе ненужный зуд писанья, Что надобно себя покрепче в руки взяв, Не выносить на свет плоды своих забав.

   — Альцест · книга
10. «

    Когда любовь сильна, мы всем владеть хотим!

    Когда любовь сильна, мы всем владеть хотим!

    — Альцест · книга
11. «

    От милых рук удар не ранит глубоко И забываем мы наш пылкий гнев легко.

    От милых рук удар не ранит глубоко И забываем мы наш пылкий гнев легко.

    — Элианта · книга
12. «

    Да, странный человек, но дар его велик: В искусство громких фраз без смысла он проник.

    Да, странный человек, но дар его велик: В искусство громких фраз без смысла он проник.

    — Селимена · книга
13. «

    Как знать, любим ли он! Любовь душой играет. Я думаю, она сама не разбирает. Мы любим иногда, не ведая о том, А часто бред пустой любовью мы зовем.

    Как знать, любим ли он! Любовь душой играет. Я думаю, она сама не разбирает. Мы любим иногда, не ведая о том, А часто бред пустой любовью мы зовем.

    — Элианта · книга
14. «

    Все люди, черт возьми, так созданы от века: Тщеславие — рычаг всех действий человека. Вот вам та доброта, та совесть, правда, честь, Которая у них в их жалких душах есть!

    Все люди, черт возьми, так созданы от века: Тщеславие — рычаг всех действий человека. Вот вам та доброта, та совесть, правда, честь, Которая у них в их жалких душах есть!

    — Альцест · книга
15. «

    Мы с вами, может быть, друг другу так чужды, Что как бы не дойти от дружбы до вражды.

    Мы с вами, может быть, друг другу так чужды, Что как бы не дойти от дружбы до вражды.

    — Альцест · книга
16. «

    Коль нынче хвалят вас, не много чести в том: всех душат похвалой.

    Коль нынче хвалят вас, не много чести в том: всех душат похвалой.

    — Альцест · книга
17. «

    Быть может служат нам людские надостатки, Чтоб философии в нас развивать зачатки, Для добродетели занятья выше нет! Когда бы честностью был одарен весь свет И были все сердца чисты ти благородны, То добродетели нам стали б непригодны.

    Быть может служат нам людские надостатки, Чтоб философии в нас развивать зачатки, Для добродетели занятья выше нет! Когда бы честностью был одарен весь свет И были все сердца чисты ти благородны, То добродетели нам стали б непригодны.

    — Филинт · книга
18. «

    Людей, как есть они, такими я беру; Терплю безропотно их жалкую игру. Иное ни к чему меня не привело бы. И, право, мне покой мудрее вашей злобы.

    Людей, как есть они, такими я беру; Терплю безропотно их жалкую игру. Иное ни к чему меня не привело бы. И, право, мне покой мудрее вашей злобы.

    — Филинт · книга
19. «

    Так, если в любящем порывы чувств глубоки, В любимом существе он любит и пороки.

    Так, если в любящем порывы чувств глубоки, В любимом существе он любит и пороки.

    — Элианта · книга
20. «

    Я не из тех, Что сносит холодность и терпит неуспех. Кто жалок, некрасив, пусть без ума влюбленный, Терзается у ног богини непреклонной. Пусть неудачники, вздыхая без конца, Слезами размягчить стараются сердца, Стремясь путем мольбы и длительной осады Добиться наконец желаемой награды. Но мне подобные... Я не привык, маркиз, Чтоб дамы на меня смотрели сверху вниз.

    Я не из тех, Что сносит холодность и терпит неуспех. Кто жалок, некрасив, пусть без ума влюбленный, Терзается у ног богини непреклонной. Пусть неудачники, вздыхая без конца, Слезами размягчить стараются сердца, Стремясь путем мольбы и длительной осады Добиться наконец желаемой награды. Но мне подобные... Я не привык, маркиз, Чтоб дамы на меня смотрели сверху вниз.

    — Акаст · книга