22 фразы из книги «Жан-Кристоф Гранже. Пассажир» для дневника

Ниже 22 цитаты из книги «Жан-Кристоф Гранже. Пассажир»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Человеческая душа — не шкура животного, которая от дубления становится качественнее. Человеческая душа — это сверхчувствительная, трепещущая, хрупкая мембрана. От ударов она мертвеет и покрывается шрамами. И начинает бояться мира.

   Человеческая душа — не шкура животного, которая от дубления становится качественнее. Человеческая душа — это сверхчувствительная, трепещущая, хрупкая мембрана. От ударов она мертвеет и покрывается шрамами. И начинает бояться мира.
2. «

   Над Анаис Шатле висела подобная угроза. И кризис мог грянуть в любую минуту. Без всякой видимой причины. Без какого бы то ни было мотива. Просто потому, что боль станет невыносимой и душа захочет освободиться от яда. Пусть с кровью. Страдание приходит не извне, оно рождается внутри. Можно назвать его неврозом. Дисфункцией. Тревожным синдромом.

   Над Анаис Шатле висела подобная угроза. И кризис мог грянуть в любую минуту. Без всякой видимой причины. Без какого бы то ни было мотива. Просто потому, что боль станет невыносимой и душа захочет освободиться от яда. Пусть с кровью. Страдание приходит не извне, оно рождается внутри. Можно назвать его неврозом. Дисфункцией. Тревожным синдромом.
3. «

   Нет вина — нет друзей.

   Нет вина — нет друзей.
4. «

   Это и есть психиатрия. Попытка вычерпать воду из тонущей лодки с помощью наперстка.

   Это и есть психиатрия. Попытка вычерпать воду из тонущей лодки с помощью наперстка.
5. «

   — Знаете, как говорили гностики? — изображая психопата, поинтересовался он, тыча пистолетом ей в спину. — Н… н… не знаю. — Мир — не лик Божий, но дьявольский обман.

   — Знаете, как говорили гностики? — изображая психопата, поинтересовался он, тыча пистолетом ей в спину. — Н… н… не знаю. — Мир — не лик Божий, но дьявольский обман.

   — Нарцисс · книга
6. «

   Нельзя сказать, что червь проник в плод. Червь и плод суть одно и то же.

   Нельзя сказать, что червь проник в плод. Червь и плод суть одно и то же.

   — Коскас · книга
7. «

   — Вы замужем? У вас есть дети? — Неужели я похожа на замужнюю женщину? Тем более мать семейства? Нет, для этого я ещё не созрела. — А для чего созрели? — Для знакомств через Интернет. Всякие социальные сети. — И как, удачно? — Ну, скажем так, для сыщика у меня довольно тонкое чутье...

   — Вы замужем? У вас есть дети? — Неужели я похожа на замужнюю женщину? Тем более мать семейства? Нет, для этого я ещё не созрела. — А для чего созрели? — Для знакомств через Интернет. Всякие социальные сети. — И как, удачно? — Ну, скажем так, для сыщика у меня довольно тонкое чутье...
8. «

   Никто ни в чем его не упрекал, но всеобщее молчание было красноречивее любых слов.

   Никто ни в чем его не упрекал, но всеобщее молчание было красноречивее любых слов.
9. «

   Большинство слабаков и бездельников обожают судить других.

   Большинство слабаков и бездельников обожают судить других.

   — Жан-Клод Шатле · книга
10. «

    ...ненависть тоже нуждается в подпитке. Её надо кормить, как кормят хищника. Лично ей эта негативная энергия помогала выстоять в трудные периоды жизни.

    ...ненависть тоже нуждается в подпитке. Её надо кормить, как кормят хищника. Лично ей эта негативная энергия помогала выстоять в трудные периоды жизни.
11. «

    ... как это часто бывает, сквозь немой вопль ужаса в душе пробивался тихий шепоток, принадлежащий инстинкту самосохранения.

    ... как это часто бывает, сквозь немой вопль ужаса в душе пробивался тихий шепоток, принадлежащий инстинкту самосохранения.

    — Главный герой книги · книга
12. «

    Carpe diem (лови день — лат.). Надо пользоваться каждым днём, каждым мгновением.

    Carpe diem (лови день — лат.). Надо пользоваться каждым днём, каждым мгновением.
13. «

    Когда Анаис впервые появилась у него в кабинете, Фрер инстинктивно понял, что перед ним — сильная женщина. Из тех, кто оставляет свой след в мире. Она была сильной, потому что пережила страдание. Но одновременно она была хрупкой и уязвимой. И по той же самой причине. Конец XX века до полного износа затрепал банальную истину, суть которой лучше всех сформулировал Ницше в «Сумерках идолов»: «Что не убивает меня, то делает меня сильнее». Но это полная чушь. Во всяком случае, в примитивном современном толковании. Каждодневное страдание никого не закаляет. Оно изматывает человека. Делает его слабым. Ранимым.

    Когда Анаис впервые появилась у него в кабинете, Фрер инстинктивно понял, что перед ним — сильная женщина. Из тех, кто оставляет свой след в мире. Она была сильной, потому что пережила страдание. Но одновременно она была хрупкой и уязвимой. И по той же самой причине. Конец XX века до полного износа затрепал банальную истину, суть которой лучше всех сформулировал Ницше в «Сумерках идолов»: «Что не убивает меня, то делает меня сильнее». Но это полная чушь. Во всяком случае, в примитивном современном толковании. Каждодневное страдание никого не закаляет. Оно изматывает человека. Делает его слабым. Ранимым.
14. «

    ...он приехал сюда в надежде спрятаться в чужом безумии. Чтобы быстрее забыть о своем собственном.

    ...он приехал сюда в надежде спрятаться в чужом безумии. Чтобы быстрее забыть о своем собственном.
15. «

    Фрер прикрыл глаза. Боль под веком не утихала. Он не обращал на нее внимания, убежденный в ее психосоматическом характере. Дни напролет он занимался тем, что лечил душевные расстройства, и хорошо знал, что они всегда проявляются в телесных недомоганиях. Почему же его собственный организм должен вести себя иначе?

    Фрер прикрыл глаза. Боль под веком не утихала. Он не обращал на нее внимания, убежденный в ее психосоматическом характере. Дни напролет он занимался тем, что лечил душевные расстройства, и хорошо знал, что они всегда проявляются в телесных недомоганиях. Почему же его собственный организм должен вести себя иначе?
16. «

    Это не были следы попытки самоубийства. Напротив. Шрамы свидетельстволи о стремлении к выживанию. Матиас в своей практике нередко сталкивался с подобным психическим расстройством. Подростки сами себе наносят раны, надеясь избавиться от ощущения безысходной тоски. Они чувствуют потребность выпустить из души наружу то, что не даёт им дышать. Они не боятся вида крови. Физическа боль вытесняет моральные страдания и приносит облегчение. А зияющая рана дарит иллюзию того, что яд, отравлявший душу, вытек вместе с кровью...

    Это не были следы попытки самоубийства. Напротив. Шрамы свидетельстволи о стремлении к выживанию. Матиас в своей практике нередко сталкивался с подобным психическим расстройством. Подростки сами себе наносят раны, надеясь избавиться от ощущения безысходной тоски. Они чувствуют потребность выпустить из души наружу то, что не даёт им дышать. Они не боятся вида крови. Физическа боль вытесняет моральные страдания и приносит облегчение. А зияющая рана дарит иллюзию того, что яд, отравлявший душу, вытек вместе с кровью...
17. «

    Есть очень простой способ не вляпаться в дерьмо. Не трогать его.

    Есть очень простой способ не вляпаться в дерьмо. Не трогать его.
18. «

    Страдание приходит не извне, оно рождается внутри.

    Страдание приходит не извне, оно рождается внутри.
19. «

    Ему говорили: «Вот увидите, это маленький Париж». Или: «Жить в этом городе очень престижно». Или: «Это Олимп виноделия». Ему много чего наговорили. Но он так ничего и не увидел. Он смутно ощущал, что Бордо — город буржуазный, высокомерный и… смертоносный. Холодный и плоский. Город, на каждом углу которого веяло удушливой атмосферой провинциального особняка.

    Ему говорили: «Вот увидите, это маленький Париж». Или: «Жить в этом городе очень престижно». Или: «Это Олимп виноделия». Ему много чего наговорили. Но он так ничего и не увидел. Он смутно ощущал, что Бордо — город буржуазный, высокомерный и… смертоносный. Холодный и плоский. Город, на каждом углу которого веяло удушливой атмосферой провинциального особняка.
20. «

    Больному легко обнаружить признаки собственной болезни у другого человека.

    Больному легко обнаружить признаки собственной болезни у другого человека.